Трофейная жена генерала дракона (СИ)

Я почувствовала, как внутри просыпается раздражение. Он заигрывал, и это мне было неприятно. В его глазах сияла искренность, и я знала, что он не лукавит. Но меня это только злило. Эти слова заставляли меня чувствовать себя обманщицей.
— Перестаньте говорить мне комплименты! — резко прервала я, голос мой прозвучал твердо и холодно. — Вы всего не знаете, и уже делаете выводы. Я не разрешала лезть в мою личную жизнь. Не хочу обсуждать эту тему. Всё. Закрыто. Баста, карапузики!
  
Генерал вздохнул, чуть смутился, — и попытался объяснить:
— Я просто хотел помочь тебе…
Я вздохнула, сдерживая внутренний гнев и усталость, и произнесла твердо, переходя на “ты”:
— Ты мне ничем не поможешь, - медленно с расстановкой произнесла я.
Внутри зашевелилась искра вызова. “Покажи ему! Пусть увидит!” — шептало что-то внутри, словно подначивая меня.
— Хотите знать правду, почему муж меня бросил? — спросила я, вызовом в голосе, снова переходя на официальное “вы”.. — Тогда смотрите!
Я медленно отвела прядь волос, чтобы показать шрам на щеке, и повернулась к генералу. Взгляд мой был полон вызова, и я дала ему возможность разглядеть причину моего нынешнего состояния.
— И с этим ничего нельзя сделать! — произнесла я, словно поставила точку, закрыв тему раз и навсегда.
Я медленно взбила волосы пальцами, сделав прядь пышнее, снова прикрыв уродство, и произнесла с вызовом:
— Надеюсь, теперь вопросов нет! — и посмотрела прямо в его глаза, в которых отражалась растерянность. Но мой взгляд стал холодным, ледяным — словно клеймо.
  
Глава 33. Дракон
 
— А вот и нет, — ответил я, почувствовав внутри нежность, которая вдруг вспыхнула в глубине души. В этот момент у меня возникло желание взять её лицо в руки, заглянуть ей в глаза и сказать, что никакой шрам не способен испортить такую красоту. Что я готов был бы костьми лечь за неё, что никогда бы не бросил её из-за какого-то шрама. Что я бы нашёл способ его исцелить, а если бы не смог — убедил бы её, что она всё так же прекрасна. И каждый раз, с нежностью и любовью, убеждал бы, что прекрасней женщины я не встречал. Любой кто посмел бы сказать ей что-то обидное или осуждающее, был бы убит мною на месте.
— Я всё еще не понимаю вашего мужа, — тихо произнёс я, глядя на неё.
— А что тут понимать? — усмехнулась она, и в её голосе слышалась горечь. Я смотрел на ее лицо, на ее тайну. Этот шрам, прикрытый волосами заставлял сердце биться чаще. — Наш брак с графом Астоном был обычной сделкой. Ему нужна была самая красивая женщина Исмерии. Он хотел, чтобы все восхищались: «Смотрите, какая у меня красавица! Она моя!» Но судьба распорядилась иначе.
— И что же случилось? — спросил я, видя, как она бросает на меня странные взгляды, полные сомнения. Она что? Ожидала другой реакции? Я не вижу ничего безобразного в этом шраме.
Я поймал себя на мысли, что хочу положить руку поверх ее шрама, прижаться к нему губами и шептать, что я никогда в жизни не видел такой красавицы. Что ничто не способно заставить меня думать иначе. И зря она думает, что со шрамом она некрасива. Она все так же прекрасна.
— Я плохо помню, — сказала она, вздыхая. Мне казалось, что сейчас она почти начала доверять мне. И я боялся потерять эту ниточку доверия. — Помню, что очнулась, а надо мной навис белобрысый маг. Он положил руку на мою щёку и что-то шептал. Вспомнила перевернутую карету и много испуганных людей. Они все время что-то кричали. Потом я увидела вторую карету, которую занесло в магазин. Меня доставили домой. Несколько магов колдовали над моим шрамом — и ничего не вышло. Прошел месяц, шрам остался. Потом началась беготня. Меня осматривали самые сильные маги, даже архимагистр — и всё равно ничего. Единственное, что удалось установить, что тот, кто лечил меня, что-то перепутал в заклинании, и шрам теперь нельзя убрать, — вздохнула она. - Эта отметина со мной навсегда. Ну, или надеяться на чудо! Чем, как говорится, магия не шутит?
Я видел, как красавица опустила голову.
— Муж сначала относился ко мне с заботой и пониманием, — продолжила она, усмехнувшись.— но я заметила, что он избегает меня. В его взгляде было что-то брезгливое, словно он купил новую вещь, которая вдруг испортилась. И сейчас ему хочется сделать вот так: “Фу! Уберите ее отсюда! Я привык смотреть на что-то прекрасное! А тут… Фу!”. Как насекомое стряхивают с костюма. Когда стало ясно, что ничего сделать нельзя, он привез меня сюда. Сначала у меня были слуги, потом — их стало меньше. Муж решил, что я могу довольствоваться одной горничной и слугой. Все равно я не выезжаю в свет. И гостей тоже не принимаю. Потом и они ушли. А когда я собиралась взять ещё горничную, муж заявил, что он — банкрот. И денег на слуг нет. Придется учиться все делать самой. И готовить, и стирать и убирать. Но ничего. Научилась! Не облезла.
Я слушал её рассказ, сердце сжалось. Каждое ее слово — это история пережитой боли и несправедливости.
— Почему ты не развелась? — спросил я, глядя, как она нервно поправляет волосы.
— Я пишу королю каждый месяц с просьбой о разводе. Но у короля другие заботы. Один раз меня приглашали в столицу, но… — она вздохнула, — А! Ты же не наш. Ты не знаешь наши законы. В Исмерии всё решает муж. Если он согласен — развод возможен. Если нет — брак продолжается. Мой муж не согласен. И не собирается давать свое согласие на развод.Замкнутый круг.
— Почему он не хочет развестись? — спросил я, понимая, что речь идет о законах чужой стране. - Если ему так не нравится твое общество?
Я не заметил, как перешел на “ты”. И сейчас ниточка связи между нами крепла. Может, из-за того, что моя спасительница переволновалась, но сейчас она вела себя иначе. И меня это не могло не радовать.
— Потому что мои родители положили на брачный счёт крупные деньги — гарантию нашего союза. Их можно снять только в случае смерти мужа или жены, или при наличии двух магических подписей. Не смотри на мое рваное платье. На самом деле я очень богата. Мои родители, видимо, хотели как лучше. Они хотели, чтобы брак был крепким. Чтобы муж не увлекся другой красавицей. А если и увлекся, то не подал на развод. Но беда пришла, откуда не ждали.
Эти слова прозвучали спокойно, и я удивился.
— Теперь он требует, чтобы я подписала документ, чтобы снять все деньги со счёта. Разумеется, мне с них ничего не достанется, — добавила она с легкой грустью. — И не даёт мне развода, чтобы деньги не достались мне.
Я молча слушал, видя, как она вздыхает, и в моём сердце зажглась решимость. Я прикинул картину, понимая, что красавица в опасности. В любой момент муж решит ее убить. Так ведь будет проще. Но делиться своими выводами я не стал. Не хотел пугать ее. Она и так сегодня пережила достаточно.
— Если что-то случится, я постараюсь не дать вас в обиду, — сказал я твердо.
— Себя не дайте, — ответила она, снова нервно поправляя волосы. Это движение вошло у неё в привычку, и она почти не замечала его. — Сейчас вы в большей опасности, чем я.
Она говорила, и я ловил каждый её жест, каждое движение. В её взгляде было что-то тёплое, знакомое, как будто она пыталась понять меня, понять, есть ли для меня место в её жизни.
Или я просто надеялся, что есть.
И вдруг её глаза снова засияли недоверием, словно она сомневалась в моих словах.
- Как вас зовут? - спросил я.
  
Глава 34
 
- Фиона, графиня Астон, - произнесла я, удивляясь сама себе. Я разговариваю с убийцей, врагом. Но такое чувство, словно разговариваю с близким другом. Или опасность так повлияла на меня. Или, может, просто я сама стала жертвой иллюзий, запуталась в своих чувствах и страхах.
  
“Может, все не так, как я думаю? Может, у него была причина напасть на деревню? Или во дворце его опоили чем-нибудь?”, - задумалась я. Ну не клеился образ жестокого убийцы с тем, что вижу я.
Какой смысл ему сжигать деревни на обратном пути? Это же всё равно, что получив приглашение в гости, на обратной дороге зарезать чужих слуг — без причины, просто так, из скуки или злобы. И сердце мое всё сильнее забилось в груди, пытаясь понять: кто он на самом деле?