Леди Маллоу
— Одну из служанок, совершенно верно. Другими словами, тебя, моя дорогая Сара.
— Меня? — воскликнула изумленная девушка.
— Да, тебя. Ведь ты же сама заявила, что не выйдешь замуж за меня — нищего.
— Ты, Амброс, вовсе не нищий. Но я действительно не соглашусь своим замужеством лишить тебя из-за нехватки денег достойного будущего. Здесь мое решение твердо.
— Тогда ты можешь сделать для меня — для нас обоих — то, о чем я только что говорил.
— Шпионить! — прошептала Сара.
— Не составит особого труда. Мне известно, что им нужен человек, который заботился бы о маленьком мальчике. Блейн — я имею в виду самозванца — имел нахальство после оглашения решения суда пригласить меня с ним выпить. За его удачу. Как вам это нравится?
— И ты принял приглашение?
— Проиграв, нужно не терять присутствия духа, — заметил Амброс с кислой миной. — Все время я испытывал страстное желание свернуть ему шею. Мы выпили пинту эля в таверне «Три короны». Мне пришлось выслушать разглагольствования относительно его дерзновенных планов на будущее. Семья намеревается почти сразу же переехать в усадьбу. Они, видите ли, полагают, что деревенский воздух окажет благотворное влияние на ребенка, который слаб здоровьем. В школу ему еще рано, а потому они наймут для него гувернантку. Именно тогда меня и осенило.
— Что на эту должность следует поступить мне? — воскликнула Сара. — Но даже если исходить из того, что мне в самом деле необходимо начинать зарабатывать себе на жизнь, каким образом я смогу что-либо обнаружить, когда им будет известно о моих связях с тобой?
— Но они не будут знать. Кто им скажет? К счастью мы сохранили наши взаимоотношения в тайне. О них знают только ты, я и тетя Аделаида.
— Сара ежедневно посещала зал суда, — вставила тетя. — Если ее там видели, разве ее вновь не признают?
— Сара, как неразумно ты поступила! — воскликнул Амброс.
Покраснев, девушка стала горячо оправдываться:
— Но меня никогда не узнают. Я обыкновенно сидела в самом последнем ряду среди простых зевак и всегда закрывала лицо широким воротником
— Но что — ради всего святого! — заставило тебя пойти туда?
— Решалась ведь судьба твоего и моего будущего.
— Да, разумеется, — согласился Амброс, уже значительно мягче. — Хотя я и сам мог информировать тебя о ходе судебного разбирательства.
— Мне хотелось понаблюдать за теми людьми. Они разжигали мое любопытство.
— Разжигали любопытство? — быстро переспросил Амброс, в голосе которого промелькнула настороженность.
— В отрицательном смысле. Они так гладко лгали, что их показания походили на правду.
— Значит, ты им поверила?
— Конечно, нет. Даже леди Мальвине. Хотя она твоя тетя, Амброс, я не верю ей вот ни столечко.
— Она предпочла отдать усадьбу Маллоу совершенно постороннему человеку, — проговорил Амброс с горечью. — Всегда не любила меня. Не удивился бы, если бы весь этот заговор придумала она. Только для этого она недостаточно умна.
— Леди Мальвина охотно и много болтает, — заметила Сара, размышляя. — Если почаще беседовать с ней, то она рано или поздно скажет что-нибудь для нас существенное.
— Именно это я имею в виду. Находясь ежедневно в доме, ты обязательно что-то обнаружишь.
— Подслушивать у замочных скважин? — проговорила Сара с возмущением.
— Но ради благого дела, милая. Разве ты недостаточно сильно любишь меня и не желаешь исправить несправедливость?
— Ты прекрасно знаешь, что из любви к тебе я готова на все.
— Прилично ли воспитанным людям плести подобные интриги? — спросила тетя Аделаида с явным неодобрением.
— Ах, тетя, не говорите так. Амброс, мне думается, прав. Ничего другого нам не остается.
Сара испытывала растущее возбуждение и энтузиазм. После смерти отца и в условиях наступившей бедности ее жизнь сделалась однообразной, унылой и, казалось, не сулила больше никаких радостей. Затем она встретила и полюбила Амброса, но ожидавшую ее блестящую будущность у нее теперь отнимали. Если дело будет окончательно проиграно, то ей придется пойти по стопам своих сестер и искать место в качестве компаньонки какой-нибудь эксцентричной и капризной пожилой дамы — исключительно мрачная перспектива. Но роль, которую предлагает сыграть Амброс, и интересна и, может быть, немножко опасна. Ей предстоит померяться сообразительностью и находчивостью с бесстыдным чернобровым самозванцем, с его желтолицей женой и словоохотливой леди Мальвиной. Тетка Амброса станет жить в доме, который должен был бы принадлежать ей, Саре, и который будет ей принадлежать, если она поведет себя достаточно умело. Да, Амбросу пришла в голову блестящая идея. Она буквально захватила молодую девушку, хотя мысль о предстоящей борьбе заставила беспокойно забиться сердце. Правда, Сара еще не имела возможности испробовать свой актерский талант, но она унаследовала от отца склонность к риску, и ее было не так-то просто запугать.
— Значит, ты рекомендовал меня новому лорду Маллоу? — спросила Сара.
— О нет. Я предпочел действовать не столь прямолинейно. Ты должна появиться там как совершенно посторонний человек. О семье ты якобы узнала, читая публикации, посвященные нашумевшему процессу. Ты с нетерпением ждала окончательного результата и от души поздравляешь их с успехом. Кроме того, ты предположила, что пятилетнему мальчику может понадобиться гувернантка. Как поступать дальше, решай сама. С твоим умом и обаянием ты, я уверен, преуспеешь.
Тетя Аделаида отнеслась к затее с крайним неодобрением.
— А чем, позвольте вас спросить, займетесь вы, Амброс, в то время когда моя племянница будет унижать свое достоинство?
— А я, дорогая леди Аделаида, — слегка улыбнулся он, — отправлюсь в Вест-Индию. Закажу билет прямо сейчас.
— В Вест-Индию! — воскликнула Сара. — Ты хочешь поискать там кое-какие факты? Но туда уже выезжали следователи.
— Это мне известно. И я вовсе не утверждаю, что они плохо поработали, но они обнаружили только свидетельства, лежавшие на самой поверхности, причем, возможно, специально подстроенные. Но чтобы разобраться в этой путанице, требуется нечто большее — требуется личная заинтересованность. Следователям было абсолютно все равно кому, в конце концов, достанется усадьба Маллоу: мне или этому проходимцу.
— Но перекрестный допрос не смог поколебать показания Томаса Уайтхауса, — напомнила Сара.
— Именно. Но тот же самый Томас Уайтхаус упорно избегал встречи со мной. Всякий раз, как только мне удавалось установить место его пребывания, он куда-нибудь переезжал. А сегодня, когда я уже подумал, что наконец-то поймал его, выяснилось, что совсем недавно он отбыл в Тринидад.
— Не дождавшись решения присяжных?
— Он свое дело сделал, и было желательно поскорее от него избавиться, сунув ему, естественно, в карман приличный гонорар.
— Ты полагаешь, он лгал? В действительности он не знал Блейна в течение двадцати лет с момента прибытия того подростком в Вест-Индию? Но помнится, следователи, побывавшие в Тринидаде, полностью подтвердили этот факт.
— Тогда почему мистер Уайтхаус так неуловим? Почему мне до сих пор не удалось с ним потолковать? Быть может, потому, что он не очень хороший лжец? Я непременно разыщу его в Тринидаде. И не только это. Постараюсь раскопать и другие нужные нам улики. Необходимо кое-что прояснить, отыскать надгробный памятник Блейна Маллоу.
— О Господи! — изумилась тетя Аделаида. — Вы полагаете, что он мертв?
— Возможно. Наверняка не знаю.
— Если это так, то негодяя и его жену следует разоблачить.
— Мальчика зовут Тайтус, — неожиданно сказала Сара без всякой связи с обсуждаемым вопросом.
Амброс сердито прищурился:
— Так звали моего дедушку. Интересно: получил ли ребенок это имя при крещении или лишь недавно.
— Но его необыкновенное сходство с портретом. Никто не мог этого отрицать.
Впервые Амброс слегка заколебался.
— Согласен. Это самое веское доказательство, которым они располагают. Трудно объяснить, но разумное объяснение должно существовать, — добавил он решительно, — и я собираюсь его найти. С твоей помощью, Сара. Ведь ты не откажешься помочь?