Сделай громче

Моя собеседница закатила глаза и выдохнула.
– Это может быть и слайд-шоу из разных не очень приятных картинок, – продолжил я. – А теперь представьте, что у вас в руках пульт от телевизора. Нажмите паузу в самом неприятном моменте. И сделайте так, чтобы на экране возник стоп-кадр.
Пациентка замерла и дернула плечом.
– И какой образ возник перед глазами? Только не надо делать над собой никаких дополнительных усилий, просто опишите, что видите…
  
Она заметно напряглась:
– Да, я вижу… образ… из прошлого. Что дальше?
– Прислушайтесь к себе. И проговорите вслух те не очень приятные фразы, которые повторяете про себя, глядя на этот стоп-кадр. Ну, например: «Я не достойный человек», «Я не выдержу этого», «Я не имею права быть счастливой» и так далее.
– А сколько их может быть, этих фраз?
– Возьмите самые яркие и ядовитые: три, можно пять. И вам нужно будет прокручивать их в голове на протяжении всего сеанса.
– Хорошо, запомнила.
– А теперь сопоставьте картинку и эти фразы. Зафиксируйтесь на них и попробуйте почувствовать то же самое, что чувствовали тогда, в первый раз.
Пациентка сжала зубы и бросила злой взгляд куда-то сквозь меня.
– А потом дайте знать, когда мы сможем продолжить, – отреагировал я.
– Вы можете…
– Тогда попробуйте оценить свои чувства в диапазоне от ноля до десяти, где ноль – полное спокойствие, а десятка – крайняя степень нервного напряжения.
– Девять-де сять…
Тогда я призвал эмотивную просто следить за моей рукой, и больше ничего. А когда закончил, снова спросил, насколько неприятно ей было обо всем вспоминать. Оказалось, что уже на «десять». Клиентка призналась, что из-за нахлынувших чувств ей стало даже тяжелее, чем в начале сеанса. А я акцентировал внимание на том, что это нормально, когда цифра сначала возрастает.
– Теперь сосредоточьтесь и полностью погрузитесь в свои воспоминания. Забудьте о том, что вы здесь, на сеансе, вернитесь туда… Как будто вы погружаетесь в виртуальный мир, как в «Матрице», смотрели этот фильм?
– Я попробую!
– Попробуйте. И вслед за мыслями о том событии, снова припомните свои чувства тогда. Пока я буду активно водить рукой.
По щекам пациентки покатились слезы. Но она продолжала выполнять упражнение. А моя попытка сделать паузу была решительно отвергнута.
– Нет! – перебила она. – Не надо, давайте дальше!
– К сожалению, необходимо придерживаться определенного количества движений, – я попытался встать, но девушка буквально усадила меня на место.
– Сидите! Я же сказала «нет»! Продолжайте сеанс. Пожалуйста…
Мы продолжили. По ее лицу пробежала судорога. Но я лишь усиливал «интервенции»:
– У вас достаточно яркая реакция. И это даже неплохо. Значит, в переработку включились самые активные участки мозга, имеющие отношение к проблеме.
Одновременно я продолжал спрашивать, что чувствует клиентка и на какую оценку. Вслед за девяткой появилась восьмерка. Девушке стало чуть легче, а потом и образ перед глазами стал выглядеть «как-то по-другому».
– Как именно?
– Сложно сказать…
– И все же? Это важно.
Выяснилось, что негативное изображение несколько отдалилось от нее, в буквальном смысле.
– На сколько? – продолжал «душнить» я.
– Я не знаю, как посчитать…
– Можно в метрах. Как от меня до вас?
– Да, наверное…
– Четкость тоже уменьшилась?
– Нет, у меня хорошее зрение! Но как будто я смотрю на себя уже со стороны… И все это происходит не со мной… Это так странно…
– Это нормально. И даже хорошо. Продолжим.
– Да!
Я еще не раз водил рукой перед ее глазами: влево-вправо, описывая зигзаги, круги, полукруги и другие геометрические фигуры. Неприятный образ отдалялся все дальше и становился менее разборчивым, а степень душевной боли по шкале от ноля до десяти упала до пятерки.
– Когда слишком много махали, было тяжело сосредоточиться, но в какой-то момент стало прямо хорошо, – призналась клиентка. – Особенно, когда улыбнулись…
Я не помнил, чтобы улыбался. Но все же переспросил:
– Улыбнулся, и стало хорошо?
– Ну да. Так не должно быть?
– Должно. Тогда можем перейти к следующему этапу – от мысленных образов к вашему телу.
По лицу пациентки вновь пробежала судорога, хотя и тщательно скрываемая.
– Я что-то не то сказал?
– Давайте не будем… В смысле… Продолжайте! Не обращайте на меня внимания!
– Как скажете. Уточню только, что отрицательные эмоции имеют обыкновение скапливаться не только в головном мозге, они образуют зажимы во всем теле, – сообщил я. – И нам нужно определить, где именно. Для этого вы должны сказать, что больше вызывает у вас дискомфорт: картинка или те токсичные фразы, которые вы проговариваете про себя?
– Пожалуй… Есть несколько фраз, от которых мне становится хуже всего.
– Хорошо. В смысле – хорошо для нашего общего дела. Вы умеете щелкать пальцами?
– Попробую.
– Тогда, пока я буду водить рукой перед вашими глазами, вы будете поочередно щелкать пальцами около своих ушей, максимально близко к ним. Готовы? Начали…
Клиентку аж затрясло, но усилием воли она уняла дрожь и даже улыбнулась, дав понять, что справится и с этим:
– Продолжайте!
Одновременно с щелчками я рисовал в воздухе самые замысловатые фигуры. А эмотивную бросало то в жар, то в холод, она ловила ртом воздух и расстегивала ворот, продолжала плакать и с трудом сдерживала крик. Но в финале прикрыла глаза и вдруг начала улыбаться:
– Это было… странно!
– Что именно?
– Я не могу описать своих ощущений!
– Тогда…
– Но мне стало значительно легче! И…
– Продолжайте.
– Я посмотрела на всю свою ситуацию совершенно по-другому! И взамен старых неприятных фраз у меня в голове возникли новые, хорошие…
Девушка снова закрыла глаза. И снова открыла.
– Спасибо вам, доктор!
– Хмм… Это моя работа.
– Вы могли повести себя иначе…
– Я всегда стараюсь профессионально выполнять свою работу.
– Вы не поняли. И вряд ли поймете! А я не могу рассказать всего, но… Все теперь встало на свои места. Если раньше я считала себя жертвой обстоятельств, думала, что мной грубо воспользовались, и хуже уже не будет… Теперь я вспоминаю моменты, которые предшествовали тому случаю… Я не была жертвой… Я сознательно пошла на это… Я хотела этого больше всего на свете…
Напоследок мы нарисовали в воздухе знак бесконечности, мысленно представили самую красивую картинку и проговорили максимально оптимистичные фразы. Когда закончили, с лица клиентки уже не сходила широкая улыбка, от уха до уха.
– Можно, я вас обниму? – вдруг предложила она.
– Хмм…
– И расцелую!
– У нас это не принято.
– Да мне все равно!
С этими словами она бросилась на меня, задрала на себе одежду, принялась обнимать и целовать, одновременно пытаясь положить мою руку себе на бедро и на грудь. Я с трудом смог от нее отбиться. Хотя по-хорошему нужно было ее наказать… Ведь на сайте Центра психологических консультаций «Гармоника» Игоря Лаврухина в графе «Правила приема» все черным по белому написано…
– Информация, полученная от клиента или о клиенте, не разглашается и не передается третьим лицам. Исключение составляет лишь информация о вреде здоровью или угрозе жизни, а также о совершенных либо планируемых уголовных преступлениях. В таких случаях психолог обязан сообщить о них специалистам соответствующего профиля.
– Ага…
– …Ну и что, ты сообщил? – впервые за время моего монолога подал голос Александр Аркадьевич, казавшийся до того уснувшим.
– Нет.
– Ну и ладно, в конце концов, она ж тебя не убила, – ответил супервизор.
– Вот и я решил не калечить ей жизнь из-за одного инцидента.
  
– Ага. Только зачем ты мне врешь? – спросил он следом, почти без паузы.
– Александр Аркадьевич, ты о чем вообще?!
– А о том, Игорек, что ты умолчал о половине обстоятельств этой душераздирающей истории, а другие переврал.