Сделай громче
– …Шизоидности! – больше перебил, чем дополнил учитель.
– Все верно, Фрейд недоделанный, – едва не прокомментировал я.
Для справки: к шизоидам, этому любопытному психологическому типу, принадлежат лишь пятнадцать процентов населения, но зато каких! Эйнштейн, Вассерман, Перельман, Фрейд, Юнг и т. д. Все те, кто, несмотря на почти полное равнодушие к своему внешнему виду и мнению окружающих о себе, двигают вперед науку, культуру и общество в целом. Но другой стороной этой прекрасной медали часто бывает сумасшествие или иные, менее радикальные формы отклонений от нормы.
– Да, конечно, но и без нотки тревожности там тоже не обошлось, – добавил я.
– Невзрачная одежда, отведенный взгляд, да и в целом, невызывающий вид, – перечислил учитель.
– Капитан-очевидность, – огрызнулся я.
– Не груби старшим… – был мне мысленный ответ.
– …А какой тип по типологии Лаврухина? – спросил Северов уже вслух.
Напомню, всех клиентов я делю на пять категорий, от самых важных персон в первой – до маргиналов и психопатов всех мастей в пятой. Но в курсе этой типологии была разве что только моя помощница, да Александр Аркадьевич.
– Четвертый… Нет, пятый, – чуть было не растерялся я, как вчера это уже делала Анна Василюк.
– Не уверен? На взгляд размер уже разучился определять? – прицепился Северов.
– Шутка за триста. Слишком явный намек на размер ее бюста.
– Но ты улыбнулся!
– Пятый, – окончательно определился я.
– Ну и ладно! Тогда я коротенько расскажу тебе о своем новом предприятии… Пока не забыл! – Александр Аркадьевич аж присел на подушках. – А потом, если останется немного времени, ты поведаешь мне и свою грустную историю!
И он снова меня уел…
Глава 4. Десенсибилизация и переработка движением глаз
– …Теперь твоя очередь… – спустя некоторое время Александр Аркадьевич откинулся на подушках, благосклонно позволив и мне взять слово.
– …Надеюсь, я не слишком тебя утомил?
– Да иди ты…
– …Спасибо, учитель! – сказал я уже вслух. – А то уж и подзабыл, зачем сюда пришел…
– …Яне шучу, кстати.
– А я и не смеюсь. Тревожно лишь за твою память. Вроде, не старый еще.
– В общем, так. Одна пациентка… Скажем так… – начал я.
– …Нужно как-то завуалировать, чтобы Северов не начал докапываться и задавать лишних вопросов. А то пристанет, как банный лист, выясняя при каких обстоятельствах мы познакомились и так далее и тому подобное!
– Вуалируй – не вуалируй. У Северова нюх на такие вещи…
– …Кстати, я все еще весь во внимании, – произнес он вслух.
И мысленно добавил: – Долго ты будешь тянуть кота за это самое?
– Оставлю этот комментарий без комментариев. Но чем чаще меня прерывать, тем дольше это будет продолжаться.
– А я никуда не спешу.
– Вы же… ты же куда-то собирался?
– Тебе показалось.
– Ах ты ж!
Александр Аркадьевич уже сам поправил на кровати подушки, чтобы ему стало еще удобнее и многозначительно сложил руки на груди.
А я набрал в легкие побольше воздуха и представил относительно непротиворечивую версию недавних событий:
– Вчера ко мне на прием пришла женщина лет двадцати восьми – тридцати. Эмотивная в базе, с менее активной тревожной составляющей и столь же явно выраженной шизоидной ноткой. Помощнице она заявила, что пришла по знакомству, без очереди и именно ко мне. Хотя это был конец рабочего дня, и народа в центре не было в принципе. Вдобавок женщина вела себя агрессивно, добиваясь, чтобы я во что бы то ни стало проработал с ней некую ситуацию. А к тому же потребовала оставить все двери в офисе открытыми, чтобы она в любой момент времени могла видеть улицу.
Я посмотрел на своего супервизора. Когда его реакция и наводящие вопросы были бы весьма кстати, он наоборот сидел молча, сложив руки на груди. А на лице – полный покерфейс. Даже мысли его в тот момент я не мог прочитать.
– Ну и ладно!
После чего я продолжил:
– Весь сеанс она не подходила ближе, чем на два метра. А мне нужно было делать ДПДГ… Представьте, как делается десенсибилизация и переработка движением глаз с такого расстояния!
Северов о чем-то задумался. А пока он соображает, есть время описать, хотя бы коротко, один из самых популярных и действенных психотерапевтических методов. Тот, что возвращает к полноценной жизни солдат, мысленно так и не вернувшихся с поля боя, жертв насилия или пострадавших в катастрофах. Некоторые даже называют его волшебной таблеткой от всего, но я был бы поосторожнее с подобными заявлениями.
Итак, ДПДГ или ЕМОК на зарубежный манер. Однажды у американки Фрэнсин Шапиро нашли рак. Вдобавок она только что развелась с мужем. И казалось, что вся ее жизнь пошла под откос. Но гуляя в расстроенных чувствах по парку, она вдруг заметила, что одно повторяющееся действие приносит ей облегчение. А именно – движение глаз: влево-вправо, вверх-вниз и по диагонали. Будучи психологом, она стала препарировать собственное наблюдение и пришла к выводу, что взгляды в разные стороны повторяют то, что мы бессознательно проделываем каждую ночь, в фазе так называемого быстрого сна. В это время мы анализируем информацию, скопившуюся за день. И когда глаза смотрят влево – активируем правое полушарие мозга, а когда вправо – наоборот левое. Попеременную активацию обоих полушарий психологи называют билатеральной стимуляцией. Ну а с ее помощью мозг, как и во сне, переводится в режим переработки информации, и что особенно нас интересует – негативных воспоминаний.
Не обязательно это должен быть рак или развод, но любой казус, который отложился в памяти. Вас толкнули плечом в толпе, а вы не ответили? На работе вывесили график дежурств, а кто-то из более расторопных коллег уже занял лучшие дни? Всякий раз, когда возникают подобные эмоции и особенно, когда они не находят выхода – ведь вы так и не врезали хаму, а потом так и не решились на откровенный разговор с коллегой – негативный заряд не уходит, а застревает внутри вас, превращаясь в мышечный зажим. В идеале, и он должен «перерабатываться» естественным, природным образом. Но часто этого не происходит. И тогда, со временем, первоначальные неприятные ощущения будут только усиливаться:
– Я не смог ему ответить… Проявил слабость… Прогнулся…
Значит, я – ничтожество!
В таких случаях психолог как раз и может запустить процесс переработки негативной информации вручную…
В итоге мы сели друг напротив друга. И хотя между мной и клиенткой было не меньше двух метров, я попытался провести сеанс, как обычно.
– Уверены, что вам нужно именно ДПДГ?
– Да, я читала об этом.
– И я не буду знать сути проблемы?
– Именно так.
– Тогда я буду работать по закрытому протоколу.
Пациентка кивнула.
– Я буду двигать рукой перед вашими глазами, а вы постараетесь проследить за ней. Нет ничего проще, правда?.. Попробуем?.. А побыстрее?.. Теперь медленнее… Внимательнее следите за моими пальцами… А теперь нарисуйте глазами какую-нибудь геометрическую фигуру, к примеру, квадрат?.. А круг?.. Хорошо. Но учтите, что мысли и образы, которые вы будете представлять, важнее и заслуживают большего внимания, чем эти движения.
Эмотивная клиентка послушно кивала на все.
– Правда, без имени мне будет сложнее с вами взаимодействовать, – не без хитрого умысла признался я. Я ведь до сих пор не знал, как ее зовут.
– Не обязательно! Можно и без имени.
– Ладно, начнем… Могу предположить, что у вас была некая ситуация, которую вы до сих пор не можете забыть?
– Именно поэтому я к вам и пришла!
– И она до сих пор вызывает негативные эмоции?
– Верно, – призналась девушка, хотя внешне была более-менее спокойна.
– А что в первую очередь приходит на ум, когда вспоминаете о том случае? Снимите небольшой видеоклип у себя в сознании. Можете даже закрыть глаза, если вам так будет легче.