Целительница в бегах, или Истинных нам не надо! (СИ)

— Что ж, возможно в другой раз, — господин с улыбкой поклонился и удалился.
— Тебя ни на минуту нельзя оставить одну, — проворчал Вельт. — Что это вообще за хмырь?
— Понятия не имею, ты мне даже слова сказать не дал, — отозвалась я.
— Только не говори, что ты собиралась согласиться на танец с ним, — не унимался Вельтимор.
— Об этом я тоже не успела даже поразмыслить, — хмыкнула я. — Но если бы ты пришел чуть позже… Как знать?
  
— Хорошо, что я пришел вовремя.
— Ну так как? Пойдем танцевать? — я изогнула бровь.
— Да! — быстро согласился Вельт. — Само собой!
Он забрал у меня бокал с недопитым пуншем, отдал его вместе со своим проходящему слуге и повел меня к танцующим. Я вспомнила наш танец у арканитов и невольно улыбнулась.
— Помнишь, как вы танцевали на празднике у Реи? — тут же произнес Вельт.
Надо же! Мы одновременно подумали одно и то же!
— Помню, — ответила я. И снова улыбнулась.
Вельт прекрасно вел в танцах, я полностью доверилась ему, даже там, где не знала движений, и просто наслаждалась моментом.
— Видишь того нэста в белом костюме? — наклонился ко мне Вельтимор когда мы, уставшие от музыки, отошли в сторону. — А рядом с ним нэсса в голубом? Это мой брат и его невеста.
— Сам кронпринц тоже здесь? — несколько удивилась я.
— Он решил таким образом провести время с Барбарой.
— А где ее сестра? Она тоже здесь? — я попыталась скрыть нотки ревности в голосе.
— Понятия не имею, — Вельт пожал плечами и повертел головой. А потом вдруг замер. — А ну-ка… — он взял меня за руку. — Быстро, но незаметно идем за той нэссой.
Я заметила впереди брюнетку в рубиновом платье и огненно-красной маске.
— Ты знаешь ее? —шепотом спросила я, следуя за ним.
— К сожалению, да. Это давняя любовница моего отца, — ответил Вельтимор напряженно.
— Ты уверен, что это она? Ведь маска…
— Уверен. Она сейчас живет во дворце, и именно в этом платье я видел ее сегодня вечером. Перед тем, как встретиться с тобой. Не знал, что она тоже приглашена к герцогу, думал, что идет в другое место.
Брюнетка свернула с парковой дорожки и заскочила в беседку. Там явно кто-то был еще, но в темноте можно было разглядеть лишь силуэт в плаще. Они стали о чем-то тихо переговариваться, и Вельт поморщился, пытаясь уловить слова.
— Проклятье, я ничего не слышу, — пробормотал он.
— Возможно, вокруг них заглушающее заклинание, — предположила я.
— Это точно не Реджина сделала, она не владеет магией. Значит, ее собеседник.
Разговор у этих двоих длился не больше пяти минут. Первым из беседки выскользнула фигура в плаще. Стало ясно, что это мужчина, довольно высокий, но не крупный, скорее, худощавый. Он спешно направился в обратном направлении от нас, и лица его мы так и не смогли рассмотреть.
Следующей вышла Реджина и пошла по дороге обратно в сторону особняка. Выждав несколько секунд, мы отправились следом. Она почти дошла до места праздника, как ей навстречу шагнул еще один мужчина, на этот раз невысокий, коренастый в серебристо-сером наряде и маске в тон. Свет фонаря упал на него, и стало заметно, что он почти седой.
— Канцлер, — почти одновременно поговорили мы с Вельтом.
Вельтимор подхватил меня под руку и затянул в тень дерева.
Канцлер взял Реджину за локоть и притянул к себе. Было видно, что она сопротивляется, но он держал ее крепко. Канцлер наклонился почти к ее лицу и что-то заговорил. Реджина молчала и не проронила ни слова даже тогда, когда он ее отпустил, лишь схватилась за локоть и попятились. Канцлер развернулся и пошел прочь, а Реджина, немного постояв с прижатой к груди рукой, почти бегом двинулась к особняку.
Мы попытались ее нагнать, но она затерялась в толпе и пропала из виду.
Вельтимор был раздосадован, а я все еще не до конца понимала, зачем мы устроили всю эту погоню.
— Можно мне теперь узнать, почему мы следили за любовницей твоего отца? — тихо спросила я.
— Только лучше не здесь, — отозвался Вельт. — Я здесь никому не доверяю.
— Мы можем уйти отсюда, — сказала я. — Да и мне уже пора возвращаться во дворец. Скоро полночь.
— Хорошо, тогда расскажу тебе все по пути, — кивнул Вельтимор, и мы отправились на поиски кареты и Шульта.
Экипаж нашелся быстро: Шульт умело припарковался так, чтобы его легко было увидеть.
— Во дворец, — велел ему Вельтимор, и карета сразу тронулась.
— Я слушаю, рассказывай, — попросила я, снимая маску. — Кто такая эта Реджина и чем она тебя беспокоит?
— Как я уже говорил, — Вельт тоже сдвинул маску на лоб, открывая лицо, — она — давнишняя фаворитка моего отца. Насколько я знаю, она была ею еще до того, как отец женился на моей матери. Но родители были истинными друг другу, и отец на время забыл Реджину, ведь он любил мою маму. Кажется, тогда он подарил Реджина в качестве откупа земли в Гарване и титул графини. Потом родился Дейлимор, через несколько лет я, а когда мне было три, мама умерла, и Реджина вскоре опять появилась в нашем дворце.
— Постой, а отчего умерла твоя мать? — перебила я его. — Она была чем-то больна?
— Я не помню, — Вельт покачал головой. — Только то, что она умерла быстро, сгорела за неделю.
Я задумчиво кивнула, сохранив этот момент в памяти.
— Продолжай, что было дальше?
— Реджина жила какое-то время во дворце, иногда уезжала в свое графство, но потом всегда возвращалась. Я плохо помню те годы, после смерти матери я долго приходил в себя. Когда мне исполнилось шестнадцать, отец внезапно снова женился, на Диане матери Мэдж. Под предлогом, что стране нужна королева.
— А Реджина?
— Ей вновь пришлось покинуть дворец. Через два года у Дианы и отца родилась Мэдж, а еще через год Диана умерла.
— От чего? — я прищурилась.
— Этого я тоже не знаю, поскольку был далеко от Роял-Дама. Как раз учился в Академии и помню лишь, что узнал об этом через газеты, а потом получил письмо от Дейлимора, что наша мачеха скоропостижно скончалась. Да и мне в то время было как-то не до них, — Вельтимор на мгновение ушел в себя. — Я всячески пытался забыть, кто я есть.
— Как я понимаю, после этого Реджина снова вернулась во дворец? — догадалась я.
— Нет, — он покачал головой. — Точнее, далеко не сразу. Она появилась во дворце незадолго до того, как заболел отец. Так она сама сказала мне, когда мы встретились на прошлой неделе.
— Как интересно, — я побарабанила пальцами по коленке. — Теперь я понимаю, что тебя смущало в ней. Я бы сама начала следить за ней. А что канцлер?
— Ну, начнем с того, что он сам по себе неприятный тип, — ухмыльнулся Вельт. — Потом, с его слов, он где-то отсутствовал «по делам» три дня все на той же прошлой неделе. Ну и то, что заметила ты на последнем испытании. Как он пристально следил то ли за тобой, то ли за арканитом.
— Да, этот тип тоже подозрительный очень, — согласилась я. — И у них явно какие-то дела с Реджиной. Она его боится… Почему?
— Возможно, он заставляет ее делать то, что она не хочет? — предположил Вельтимор. — Было видно, что он ей угрожал, тебе ведь так же показалось.
— Да, — я кивнула. — Возможно, они действовали заодно, но потом Реджина решила выйти из дела, а канцлер ей стал угрожать или шантажировать.
— Вполне правдоподобно, — согласился Вельт. — Но у нас есть еще одно неизвестное. Тот тип в плаще, с которым общалась Реджина в беседке. Кто он? И связан ли тоже с канцлером?
— Может, он как раз помогает Реджине избежать зависимости от канцлера?
— И это тоже не исключено, — Вельтимор откинулся на спинку сидения. — Кажется, у меня сейчас закипит мозг.
— У меня тоже, — вздохнула я.
  
В этот момент карета въехала в ворота замка и остановилась у главного крыльца.
— Я смогу отсюда как-то пройти незамеченной к своему флигелю? — забеспокоилась я.
— Сможешь, но для начала я хочу тебе кое-что показать, — Вельтимор протянул мне руку.
— Мне надо идти, Вельт, уже поздно, — мягко напомнила я.