Целительница в бегах, или Истинных нам не надо! (СИ)

Я всеми силами пыталась оставаться спокойной, убеждая себя, что мой яд ни на вкус, ни на запах определить невозможно. Жаль только этого бледного бедолагу: на него тоже подействует мое средство-наказание. «Ну ничего, подсыплю, может, ему позже противоядие, — успокоила я свою совесть. — Если еще буду во дворце к тому времени» .
Яд меня не подвел. Дегустатор прожевал один гребешок и кивнул мне, позволяя присоединить свое блюдо к остальным. Сделав это, я торопливо поклонилась и, едва сдерживаясь, чтобы не побежать, устремилась к выходу.
  
Стоило мне снова миновать ряд гвардейцев и завернуть за угол, как я поймала свое отражение в одном из зеркал, украшающих стены: черты лица Юды стремительно менялись на мои.
О боги, кажется, я еле успела!
Новый поворот — и я ускорила шаг, спеша поскорее избавиться от формы служанки.
Внезапно кто-то сзади схватил меня за талию, и крик застрял в горле. А потом я услышала над ухом до боли знакомый голос, который показался мне очередной галлюцинацией:
— Спокойно, Иветта. Это я, Вельт.
Тот, кто назвал себя Вельтом, увлек меня в нишу и отпустил. А я наконец смогла развернуться и убедиться, что это действительно он.
— Ты? — от изумления я даже забыла, что раньше принципиально обращалась к нему на «вы». — Что… Что ты здесь делаешь?
— Хороший вопрос, — ухмыльнулся Вельтимор, а мое сердце от этой улыбки отчего-то екнуло, и по телу разлилось тепло. — И у меня к тебе точно такой же. Что ты здесь делаешь?
— Я? Я здесь на конкурсе целителей, вообще-то, — ответила я, поведя плечами. — Я же говорила об этом.
— В форме служанки? — он окинул меня скептическим взглядом.
— Это… Это временно. Я… Я просто в свободное время помогаю по кухне, — я поправила платье. — Зарабатываю на жизнь, пока есть возможность.
— Даже так? — Вельт снова ухмыльнулся. — А как же драгоценности, что мы отжали у Рыжего Глаза? Денег с их продажи вполне хватило бы прожить безбедно не один год.
— Я их оставляю на черный день, — вздернула я подбородок.
В коридоре послышались тяжелые шаги стражника, и я замерла.
— Кто тут? — раздался совсем рядом хриплый голос, и у меня внутри все обмерло.
Вельтимор же спокойно шагнул из ниши на свет и произнес:
— Это я, Филт.
— Прошу прощения, Ваше Высочество, — отозвался стражник, глянул быстро на меня и прошел мимо.
— Ваше Высочество? — во рту пересохло от осознания того, что я только что услышала. — Что это значит?..
— То и значит, — Вельт пожал плечами.
— Ты… Вы… Принц? — перед глазами все поплыло. Казалось, еще чуть-чуть, и я грохнусь в обморок.
Он вздохнул и потер переносицу:
— У каждого из нас свои недостатки, верно? Вот я, например, принц…
— Принц, — повторила я, не в силах поверить.
— Ну да. Второй принц. Его Высочество Вельтимор Брисед. Приятно познакомиться. Заново, — он вроде как шутил, но в глазах сквозило напряжение.
То есть все это время я провела с принцем? Разбойники, арканиты… И мой истинный.
Мой истинный! Я вскинула на него ошарашенный взгляд. Проклятье!
— Ты на меня так смотришь, будто увидела чудовище, — хмыкнул Вельт.
— Нет… Нет, прошу прощения, Ваше Высочество, — я опомнилась и, проклиная все на свете, попыталась сделать реверанс, но узкая ниша не дала мне это сделать с достоинством.
— Прекрати, — он нахмурился. — Мне куда больше нравилось, когда ты называла меня Вельтом. И на «ты».
— Теперь это невозможно, — я тоже нахмурилась.
— Ладно, — Вельтимор положил руки на пояс. — Тогда это мой приказ: называть меня по имени и на «ты», так подойдет? За неповиновение… — он задумался. — В общем, за неповиновение будет жесткое наказание. Потом его придумаю.
Тут я не удержалась от усмешки, но быстро спрятала ее, закусив губу.
— Итак, со мной мы все выяснили. А с тобой нет. Так что ты делала здесь, в покоях моего брата? — Вельтимор прищурился. — Действительно прислуживала?
Теперь внутри мне все похолодело. Пришло еще одно запоздалое осознание: Дейлимор ведь родной брат Вельтимора. И я только что…
— Да. И мне нужно идти, — быстро сказала я, пытаясь прошмыгнуть мимо Вельта. — Меня ждут в кухне.
— Я провожу тебя, — он направился за мной.
— Это, наверное, будет неуместно, — я старалась на него не смотреть. — Могут подумать…
— Какая разница, кто что думает? Главное, что думаю я. А мне хочется проводить тебя. И мне не нравится, что ты прислуживаешь моему брату, — без перехода заявил Вельт. — На что тебе нужны деньги? Я могу тебе дать сколько надо.
— Нет. Нет, — торопливо ответила я. — Мне больше не нужны деньги. Я уже заработала, сколько нужно, и больше здесь не появлюсь, так что можете не переживать на этот счет.
— «Можешь», — поправил он с нажимом. — Мой приказ, помнишь?
— Можешь, — повторила я и, остановившись, повернулась к нему лицом. — Правда, не надо меня провожать… Вельт, — мой голос дрогнул.
Мне просто невыносимо было сейчас находиться рядом с ним, после всех тех новостей, что обрушились не меня несколько минут назад. Я еще даже не свыклась с мыслью, что Вельтимор — мой истинный, пусть уже и бывший, если верить в силу озера арканитов. А теперь он еще и принц. Просто в голове не укладывается!
И я должна была переварить это в одиночестве.
— Что ж, — на его лице проскочило разочарование. — Тогда не буду тебе мешать. Может, еще увидимся, — и он, взмахнув рукой на прощание, пошел от меня прочь.
— Проклятье, — прошептала я, сглатывая колючий ком в горле.
Но на этом потрясения не закончились. У этого дня оказался припасенным для меня еще один сюрприз, да такой…
Уже переодевшись в свое платье и оставив форму в прачечной, где ее и взяла, я заглянула в чулан, в котором оставила Юду. Она все еще спала, подоткнув ладонь под голову, но когда я закрывала дверь, начала шевелиться, просыпаясь. Это меня успокоило, и я продолжила свой путь.
— Иветта? — вдруг окликнул меня удивленный голос.
Я медленно обернулась — и чуть не отошла в мир иной. Передо мной стояла моя подруга Марисабель. Живая и здоровая.
— Иветта! — она бросилась ко мне с радостным визгом и повисла на моей шее. — Что ты здесь делаешь? Как тут оказалась?
— Ты живая? С тобой все в порядке? — я, ошеломленная, обняла ее в ответ.
— Конечно, живая! Что ты такое говоришь? — Марисабель хмыкнула. — Я, между прочим, работаю здесь. Горничной. Не смотри, что без формы! Я на три дня уезжала вместе с главной горничной в Гронзо за новой формой. Там самая лучшая шерсть, знаешь? Фелиса хотела сама посмотреть, как ее изготавливают для королевского дворца, а то у нее появились подозрения… Эй, а чего ты на меня так смотришь? На тебе лица нет! Ты себя хорошо чувствуешь? — в ее взгляде появилось беспокойство.
— Я думала ты умерла. Все думали, что ты умерла, — проговорила я тихо. — Понимаешь?
— Так, пойдем-ка со мной, — подруга взяла меня за руку и потащила за собой. — Сейчас все мне расскажешь.
Она привела меня в маленькую комнату, похожую на ту, где нас поселили с Анхелой,и усадила на кровать.
— Жди меня здесь, сейчас вернусь, — велела мне и убежала.
Я же едва соображала. Марисабель жива! Она жива!
Я была счастлива этому и одновременно ощущала себя обманутой. Словно надо мной кто-то зло подшутил.
— Ну вот и я, — Марисабель вернулась с двумя кружками чая и тарелкой еще теплых кренделей, посыпанных сахаром. — А теперь давай рассказывай. Почему все решили, что я умерла? — она сдвинула брови.
— Ну, из-за кронпринца… Из-за того, что он с тобой сделал, — я сглотнула, а Марисабель поджала губы.
— Ну да, он редкая скотина, — пробормотала она тихо. — А как красиво пел… Что заберет меня во дворец, сделает своей фавориткой… А сам женится скоро, представляешь? Нет, я понимаю, конечно, что где я, а где он, но все же… — она вздохнула и замолчала.
  
— Мне сказали, что он тебя обесчестил, унизил и бросил, а ты так убивалась, что пошла и… В общем, все думают, что тебя уже нет, — я обхватила чашку ладонями. — Только лента для волос осталась. На берегу речки.