Да здравствует магия! 3 (СИ)

Итак.
В приложенной к письму тетради списки и доказательства. Первый список — это проверенные хорошие люди, которые в силах тебе помочь. Второй — проверенные плохие люди. Третий — непроверенные люди и мои мысли на их счёт.
А теперь к сути.
В империи созрел заговор…'
В следующей части письма Денис Анатольевич повторял примерно то же, что говорил мне в ресторане, но вот дальше уже шли неизвестные факты.
  
'…Похожие послания получили ещё несколько человек, в том числе, я очень надеюсь, и наш любимый Фёдор Алексеевич, но я не тешу себя излишними надеждами. Уверен, подобного рода корреспонденцию, да и в целом доносы, он получает чемоданами, к тому же его возможности сейчас сильно ограничены, поэтому как минимум тем, что происходит в нашем регионе, тебе придется заниматься самому.
Более того, списком хороших людей тоже лучше не злоупотреблять. Чем реже просишь, тем лучше, да и список этот, к сожалению, постоянно сокращается. Например, в этой редакции данного послания я удалил из него четыре имени, точнее, перенёс их перечень непроверенных.
Надеюсь, ты понимаешь причину всего этого.
Ладно, вернёмся к нашим баранам. А точнее, к трём козлам.
Первый — организатор, ты его знаешь под именем граф Б, действительно граф, но зовут его Павел Фёдорович Прокофьев.
Второй — это Коготь, новый глава «Тигров». Он во всей этой схеме является руками, то есть исполнителем.
Третий — Георгий Романович Шишкин, многоуважаемый мэр нашего с тобой родного городка.
Теперь более подробно.
Прокофьев богат, умён, честолюбив и не останавливается ни перед чем. Он очень хотел стать губернатором Саратова, но император, да будут его лета долгими, сделал правильный выбор в пользу Репина.
Прокофьев, очевидно, относится к высшему кругу заговорщиков, но далеко не самый влиятельный и сильный из них. Ему этот факт не нравится, и он изо всех сил пытается его исправить.
Начал он с организации банд и подошёл к делу очень масштабно. В одно время под его крылом находилось под две сотни вооружённых групп, одна из которых захватила участок твоей тёти. Со временем эти банды начали трансформироваться и объединяться. Многие стали диггерскими кланами, в том числе и «Тигры». Шерхан вообще раньше служил в дружине Прокофьева.
Теперь Коготь. Ты уже встречался с ним, и, думаю, не нужно объяснять, что это за человек. Я написал, что это руки, но это такие руки, которые в любой момент могут начать жить своей жизнью, а то и вовсе придушить хозяина. Но Коготь на инстинктивном уровне знает, как управлять людьми определённого рода и грандиозно умеет играть на их страхах и жадности. Его союз растёт невообразимыми темпами, и, чтобы ты понимал, при желании он в любой момент может захватить Волхов и водрузить над ним своё знамя.
И самое страшное, он это отлично понимает.
Ну и Шишкин. Скользкий крысёныш, бывший торговец средней руки, сумевший пробиться в мэры, даже не являясь аристократом. Он обладает выдающимся талантом не отсвечивать и не привлекать внимания, даже находясь на таком высоком посту. При этом он внимательно следит и влияет на все процессы, которые для него интересны.
Вот такое, Миша, я оставляю тебе наследство.
Я написал первую версию этого письма ещё месяц назад, но, как уже говорил выше, до конца надеялся, что оно к тебе не попадет. Ты невероятно талантлив, и у тебя потенциально очень большое будущее. Я очень хотел, чтобы ты смог раскрыться полностью, и это гораздо проще сделать, когда не нужно воевать с такими козлами.
Но… Похоже, больше некому, и теперь это твоя забота.
Я не буду говорить тебе, что делать. Во-первых, ты умный, а во-вторых, если меня всё-таки достали, значит, я не такой уж умный. Действуй по своему усмотрению.
А теперь прощай, мой друг.
Я в тебя верю!
Твой Денис Анатольевич Подушкин'.
Я быстро пролистал тетрадь и обнаружил там десятки имен с описаниями и стрелками, обозначающими их связи.
Денис Анатольевич подготовился хорошо, но ему это не помогло.
— Ещё что-нибудь есть для меня? — спросил я у терпеливо ожидающего чуть в стороне Василия Степановича.
— Нет, ваше благородие, — ответил тот и протянул мне визитку. — Вот мои обновлённые контакты. Если буду нужен, найдите меня.
— Хорошо, спасибо. Всего доброго.
Поверенный уехал, а ко мне тут же подошли Петя и Снегирь.
— Что-то случилось?
— Подушкин умер. Скажите Серёге, пусть зайдёт ко мне через полчаса.
— Писец, — выдохнул Петя. — А кто…
— Всё потом! — отрезал я. — Займитесь делами и из деревни не уезжайте. Остальным членам малой дружины тоже передайте.
Ребята быстро испарились, а я пошел в сторону дома.
Вот суки!
И самое хреновое, что всё, похоже, гораздо хуже, чем предполагал сам Денис Анатольевич. Он говорил, что обратился к каким-то серьезным людям, и они не помогли, а может быть, и предали. А это значит, что даже тот сокращённый список проверенных не очень надёжный.
Что, конечно же, неудивительно — тварей везде и во все времена было предостаточно.
Ладно, к чёрту философию, что делать-то?
Ответ пришел моментально. Пыш. Игры закончились, пора подключить моё секретное оружие.
Я ускорился и вскоре чуть ли не забежал к себе домой. Питомица вернулась из последнего рейда вчера вечером и всё ещё спала в мягкой коробке под моей кроватью.
— Ты что? — сонно пробормотала Пыш, когда я поставил ее домик на кровать и снял крышку.
— Дело важное.
— Что, надо кого-то убить? — хмыкнула зверушка, но, видимо, почувствовала моё настроение и добавила: — Что, серьёзно?
— Да, — кивнул я. — Подушкина убили. Надо ликвидировать тех троих, кто в этом замешан.
Пыш не ответила, и я подпитал её магией. Как оказалось, дело было не в недостатке энергии.
— Тут такое дело, Миш, — наконец заговорила питомица. — Я не могу.
— Как? — опешил я. — Ты же до этого сама предлагала.
— Когда это было… Всё течет, всё меняется.
— Недели не прошло. В лесу ты предлагала убить Литвинова.
— Да помню я! — резко ответила питомица, и её шерстка приподнялась, но тут же опала. — В общем, подпитывай и слушай.
Пыш выпрыгнула из коробки и легла мне на шею. Это было её любимое место, а с учётом того, что в длину теперь была около пятидесяти сантиметров, внешне она очень напоминала меховой воротник.
— Ты помнишь, как после предыдущей миссии спросил, почему я задержалась? А я соврала, что в городе заблудилась.
— Соврала?
— Ага, прости, так вышло… — Снова последовала пауза, и я терпеливо ждал. — В общем, я там в больнице в одну ситуацию попала. Присутствовала при ссоре, а потом мужчина принялся душить женщину подушкой. Я слышала их разговор до этого и понимала, что она не виновата, а он плохой. В общем, я бросилась на него… Хотела просто, чтобы сознание потерял, а он взял и умер.
Пыш снова замолчала, а я коснулся пальцами её шёрстки и погладил.
— Короче, сутки меня колбасило. Думала, сама помру. Кошмары, глюки, непроизвольные выбросы энергии. Случись это не в больнице, точно бы отъехала. В общем, похоже, нельзя мне убивать. Не для того меня создали.
— Сейчас-то ты как? — с тревогой спросил я.
— Лучше… но, несмотря на то что понимаю, что спасла хорошего человека и убила плохого… Как только вспомню, трясти начинает и чуть ли не парализует.
— А чего не рассказала?
— Не знаю. Постеснялась… побоялась… Неважно.
— Не нужно меня стесняться. Я всегда тебя поддержу. А насчет текущей ситуации — не бери в голову, сам справлюсь.
  
— Я помогу, Миш! — Явно взволнованная питомица переползла на плечо и вытянулась так, чтобы я смог ее видеть. — Я могу двери открывать, подслушивать, стырить что-нибудь. Легонько придушить, если очень надо…
— Не переживай! — Я снова погладил Пыш. — Там всё не так критично. Справимся.