Ментальная кухня (СИ)
Не суть! Суть в том, что я снял сотейник с огня и проник в мысли негодяя. План по моему магическому профилю уже был готов. Итак. Клянусь, что затеваю лишь шалость. Пока Мин раздевался, я подтянул на самый верх одно из его самых недавних воспоминаний. В этом воспоминании он переходил в режим стелс. Причём в тех же самых, блин, декорациях, что значительно упрощало мою задачу.
И вуаля! Японец теперь был свято уверен в том, что УЖЕ невидим. Вот и весь фокус. Теперь мне оставалось лишь ждать и удерживать соответствующую мыслестрочку в топе.
— Хи-хи-хи-хи-хи, — мерзко отсмеялся Мин Сель Хоз и явил себя миру.
Щуплый, костистый, маленький, абсолютно голый, но такой радостный. И кстати… внезапно, срам японца оказался прикрыт. Как бы так объяснить? Он, — то бишь срам, — вырос столь миниатюрным и трепетным, что по холодку сам собой запрятался где-то внутри естественного волосяного покрова. А про интимные стрижки азиат явно не слышал.
Во-о-о-от… Понеслась, стало быть. Для пущего эффекта я уставился куда-то мимо японца. Дескать, стою себе, арборио мешаю, никого не вижу и ничего такого не замечаю. И Мин Сель Хоз уверенно пошёл на дело.
— Хи-хи-хи-хи-хи.
Ссутулившись, голый японец побежал безобразничать в сторону шатра кондитерки «Промеж Булок». И как же, блин, удачно всё срослось! Его там хотя бы не сразу убьют. Там в основном работали молодые девчонки: хорошенькие такие, кровь с молоком, в очень стильной форме. Низкие вощёные фартуки на подтяжках, белые рубашечки и маленькие такие шляпки с полями. Санюшка после поедания зелёного мухомора то и дело засматривался в их сторону. Со Вселенской тоской во взгляде; разве что не поскуливал.
Но едем дальше! Всё так же хихикая, Мин Сель Хоз преодолел путь до шатра «Булок», воровато оглянулся по сторонам и прошмыгнул внутрь. Один, два, три…
— И-и-и-и-и-и-и-и-и!!! — раздался оглушительный девичий визг. — Извращенец!!! Эксгибиционист!!!
— Где эксгибиционист? — тут же оживился один из наших гостей.
Это был пузатый дядечка кило так-эдак под сто двадцать, который только на наших глазах употребил три палки шашлыка и в охоточку выпил четыре литра пива. Вместе с ним за столом сидела жена под стать ему телосложением и две потешные малыхи — дочки примерно десяти лет. Вот их-то он, по всей видимости, и собрался защищать.
— И-и-и-и-и-и-и!!! — повторился визг. — Извращу-у-у-уга!!!
А дальше примерно такой же звукоряд, который я слышал в тот момент, когда Гио громил «Грузинский Дворик». Металлический лязг, удары, шлепки, грохот посуды. На раз-два-три уже считали, теперь начинаем обратный отсчёт. Три, два, раз…
— У-у-у-усс-с-сука!!!
Это резко вскочил с места наш гость-великан. Когда голый тощий японец с самым что ни на есть европейским разрезом глаз внезапно прошёл сквозь брезентовую стену и оказался на людной улице, он просто не смог остаться в стороне. Он вынужден был соблюдать мораль. Ведь если не он, то кто?
— А-ну иди сюда! — дядечка ринулся в атаку.
Сзади толпа разгневанных валькирий с кухонным инвентарём наперевес, а спереди поросший салом богатырь. Мин Сель Хоз оказался в ловушке. Затравленно озираясь и прикрывая ладошкой то, что в общем-то можно и не прикрывать, японец метнулся в сторону и начал будто бешеная крыса носиться мимо столиков.
— Иди сюда, говорю!
— Извращенец!
— Держите его! Ловите!
— А-ну подошёл!
И каждый норовил чем-нибудь кинуть. И каждый силился поставить подножку. И большой дядя, изловчившись, всё-таки настиг его могучим поджопником, — как бы от такого позвоночник не осыпался.
Кто-то ржал, кто-то орал, кто-то расчехлил телефон и делал годный контент. А Мин Сель Хоз в свою очередь всё петлял и петлял по центральной аллее. В конце концов он переборол шок, собрался с мыслями, разбежался и прыгнул в куст. Конечно же, по законам жанра куст оказался терновым.
— Ы-ы-ы-ый!!! — взвыл напоследок господин Мин и, скрывшись от посторонних глаз, врубил стелс.
Что было дальше — я не видел. У меня сейчас возникли другие дела. Насвистывая себе под нос, я прогулялся до заветной кабинки, забрал пакет с одеждой, вернулся к себе и принялся ждать.
— И чо? — чуть ли не наполовину перевалившись через витрину, спросил Мишаня. — И всё⁈ Продолжения не будет⁈
Будет-будет. Прошло совсем немного времени, и я снова услышал шаги невидимки. Правда вот, на сей раз Мин Сель Хоз прихрамывал.
Дверь открылась. Дверь закрылась. Мой выход, стало быть.
— Эй! — постучал я по пластиковому корпусу сортира. — Ниндзя! Слышь меня⁈
— Да-да? — ответил Мин.
Японец изо всех сил старался сохранить самообладание и утихомирить акцент. К его великому сожалению, не получалось у него ни то, ни другое.
— Что вам нужно? — ну прямо чопорного английского джентельмена закосплеить решил.
— Выходи! — говорю.
— Отстаньте от меня! — отвечает. — Вы не в себе!
Ну ладно.
— Ничего не потерял? — спросил я с явной издёвкой в голосе.
И тут:
— Что⁈ — тут же маленькие кулачки забарабанили по пластику изнутри. — Сын собаки, верни мои вещи!
— Не верну!
— Ах ты… Собака-падла-тварь! — это было последнее, что я разобрал в речи Мин Сель Хоза. Дальше японец решил ругаться на своём родном. Я дал ему примерно минутку на то, чтобы вдоволь выговориться, после чего пошёл на следующий заход:
— Слышь, — сказал я. — Я тебя сейчас переверну, — и начал трясти кабинку.
В ответ разразилась настоящая истерика. Визги, вопли, мольбы пощадить вперемешку с грязными ругательствами, и вроде как даже слёзы.
— Возьми себя в руки, дочь самурая! — крикнул я.
— Кто ты такой⁈
— Я апостол Кармы! — ответил я и ведь ни разу не соврал.
— Что тебе нужно⁈
— На самом деле много чего. Верни мои грибы на место, сволочь. Почини ребятам из «Коза-Ностры» бойлер. Исправь всё то, что успел натворить, а потом снимайся со своей сраной «Сушишкой» с места и упёрдывай отсюда, пока ветер без камней. Вот, вроде бы, и всё. Ты согласен, чёрт?
Чёрт задумался…
* * *— Непривычно видеть вас в одежде, — не сумел удержаться я.
На самом деле, за эти пятнадцать минут было придумано столько острот, что мне теперь даже жаль отпускать Мин Сель Хоза из парка. А тот в свою очередь, видно что злой, таки сумел справиться с эмоциями и вдруг зачем-то встал передо мной на колено.
— Ты чего?
— Вот, — японец достал из-за спины футляр от ножа. — Настоящая японская сталь. Зачарованный нашими лучшими мастерами так, что теперь никогда не затупится. Прими в знак моего раскаяния… и как гарантию того, что о случившемся не узнают третьи лица.
— Гарантию, млять⁈
— Как просьбу, — поправился господин Мин, улыбнулся на манер побитого пса и повторил: — Конечно же, как просьбу.
— Годится, — кивнул я и забрал футляр.
Красивый. Красный. С иероглифами всякими, тиснениями, и стилизованным под Азию усатым демоном в самурайском шлеме. А нож-то! Нож-то ещё красивей! Сантоку, правда, мне такими работать немного непривычно, ну да хрен с ним. На вес тяжёленький. Рукоятка из какого-то козырного дерева, а лезвие, как полагается, с разводами от слоёв стали.
— А вот ваши грибы, — Мин Сель Хоз поднялся на ноги, взял у своего подмастерья гастроёмкость и передал мне.
— Отлично.
— Я могу идти?
— «ПодBEERёзовик»! — в тот же самый момент раздалось у меня за спиной. — Вы готовы⁈
Кричала девушка-администратор.
— Губернатор начнёт дегустацию через пять минут!
Пять минут? Пф-ф-ф-ф… Я как-то раз на спор тушу лосося за четыре сорок филировал. А уж ризотто по-мытищински вообще за две успею, — учитывая, что рисовая масса уже готова. Главное, чтобы меня сейчас не отвлекали.
— Иди-иди, — отпустил я господина Мина и взялся за готовку.
Поставил сковороды на прогрев. Взял грибок, взял свой новый нож, аккуратно снял зелёную кожу и отчекрыжил ножку. Ножку сразу кинул жариться, всё равно потом в блендер пойдёт, на пюре. Порезал шляпку, взялся за второй гриб, и повторил процедуру. Затем ещё раз. И ещё раз. И ещё. И тут вдруг: