Одноклассники Квадратного стола (СИ)

— Ты не поняла главного, — вмешалась Оля. — У будущего мужа — золотые руки.
Яна уставилась на свои руки. Пришла в себя от пинка по ногам и настойчивого шепота.
— Вставай и рассказывай. Народ ждет.
— Только не говорите, что моя очередь! — испугалась Яна. — После успешного пивзавода моя история вообще никак. А, ладно! — решительно выдохнула и поднялась из-за стола.
Все силы ушли на возвращение голоса, в голове — ни одной путевой мысли. Она забавно поклонилась.
— У меня скромные достижения. После школы я. я струсила и подалась в техникум. И только спустя семь лет, при муже и с детьми, поступила в университет на заочное…
Звон разбитой посуды и рев Толика заставили Яну плюхнуться на стул: ноги подкосились.
— Университеты, институты… вот вы у меня где! — дурным голосом орал скандалист, угрожая кулаком перепуганной Войтовской.
Он враскачку поднялся, потянул за собой скатерть, отшвырнул в сторону кусок хлеба.
— Я академий не заканчивал и получаю побольше вашего! Рабочий четвертого разряда, прошу любить и жаловать. Золотые руки! И меня це-енят! — последнее слово он произнес с дрожью в голосе и хлопнулся на место: Луиза дернула буяна за рукав.
— Закусывай, — она придвинула тарелку и вложила ему в пальцы вилку.
— Неужели Полина выйдет замуж за Толика? — Вероника вытаращила глаза и схватилась за грудь. — Что же это делается, мамочка!
— Судьба играет, — неопределенно высказалась Яна.
 Полина же задумчиво баловалась с ножиком, не подозревая о происках насмешливой фортуны, подсовывающей ей одноклассника-золотые ручки на место супруга.
— У Толика комплекс на почве образования. У всех — высшее, а у него — никакого. Его это убивает, — Оля прижимала ко лбу бутылку с холодной минералкой и развлекалась ролью психолога.
— А меня убивает, что уже целый час играет медленная музыка, и никто не приглашает меня танцевать! — возмутилась Ника. — Полине тоже грустно. Еще бы! Перспективы-то сомнительные.
Заскучавшая директорша пивзавода отодвинула в сторону закуску, подперла рукой щеку и со странным выражением рассматривала тупой столовый нож. Сжав оружие в кулаке, она темпераментно атаковала запеченное мясо, после чего уставилась на получившийся натюрморт.
— Эскалибур, черт бы тебя побрал, — процедила она и задохнулась в горячих объятиях навалившейся Вероники.
— Мне катастрофически не хватает мужского внимания, — жаловалась подружка.
— А мне воздуха, — прохрипела Полина, разрывая удушающие цепи. — Видишь, им не до нас. Шепчутся. У них — тайна.
— На свежий воздух…выйдем, Полиночка-а! — тянула Вероника и, взяв за ориентир скрещение двух алебард, пошла к двери.
Бывшая отличница твердо помнила про наикратчайшее расстояние между двумя точками. Проход вышел как на подиуме: ногу она четко ставила перед ногой — этакий заплетающийся шаг, очаг преодолела впритирку, стол был взят на таран, официант отброшен в сторону.
Полина вытащила нож из мяса, аккуратно помассировала горло, смешно подергала шеей, снимая спазм, и лишь тогда отправилась на вечерний променад.
  
ГЛАВА 8 — в которой Яну обвиняют в краже Грааля
 
Обиженные невниманием одноклассницы поочередно покинули пансионат, спустились по ступенькам и присели на парапете фонтана, уставившись в черноту аллей. Уютная темнота ночи, пьянящие запахи цветов и некоторая уединенность располагали к дружеским откровениям.
— Хочу замуж, — призналась Вероника. — Сигареты есть? Столько времени потеряла.
— Ты не куришь, — Полина опустила ладонь в воду фонтана, и легонько брызнула на пошедшую в разнос подружку. Та отодвинулась, прикрылась руками и продолжила, прямую, как предыдущий путь, мысль.
— Я дважды была замужем. Оба раза по расчету. Теперь желаю выйти по любви.
— Это хорошо, — улыбнулась Полина в темноту, — что объекты у нас разные.
 — Как думаешь, почему он ничего не рассказывает о семье? — Вероника решила хоть с кем- то обсудить наболевшее.
— Потому что нет никакой семьи или эта информация строго засекречена, — в ответах Полины не хватало логики. — Вот взять Геру… нежные чувства ко мне — это игра, вывеска. Обнимает, в глаза смотрит, а я не верю. Говоря на его языке, у меня эпизодическая роль.
 
— Хочу, чтобы он меня полюбил. Как это сделать? — у Вероники перед глазами маячил полковник.
— Кто? — испугалась ее приятельница, но тотчас сообразила. — Андрей? Да, никак. — Полина уставилась в темноту. — Проклятье дьявольского сосуда.
Она уперлась ладонями в мраморный бордюр и монотонно раскачивалась.
— О чем ты?
— О нем, о Граале.
— Что? Дело в этой штуковине?!
— В ней. Одно я всегда знала точно: и Грааль, и Янка исчезли из города одновременно.
— В моих бедах виноват Грааль! — прозрела Вероника. — Тогда слушай. Сегодня вечером хотела я выйти на балкон, чтобы посидеть в одиночестве, но услышала разговор на соседской веранде и осталась стоять в дверях. Так вот, танцуй, чаша — у Янки.
Полина взволновалась, вскочила, как будто действительно собиралась танцевать, и сгоряча рванулась в темноту, но, опомнившись, быстро вернулась и уселась на мрамор.
— Где она его прячет, кукла рыжая? Я подозревала! Теперь мне понятно, отчего Галл влюблен в нее до безумия, и муженек названивает. Приворожила их с помощью Грааля. Ведьма! — полыхала гневом праведница.
— Ты обратила внимание на ее декольте?
— Что там показывать! — отмахнулась Полина.
— Шарфиком задрапировала, — обличала приятельница. — Представляешь, она мне открытым текстом сказала, что в ее коллекции мужчин не хватает Андрея. Я ей говорю — побойся бога, у тебя законный брак, а ты…
— Бесстыдница! Надо что-то делать.
— Измазать смолой, извалять в перьях и пустить… — Вероника ткнула в звездное небо.
Староста задрала голову и уставилась на сияющие звезды.
— Только там ее не хватает! Слушай, она упрямая, не признается, — на смену эмоциям приходила мудрость.
— Припугнуть хорошенько, — искала выход Вероника.
В кустах громко хрустнула ветка. Дамы-интриганки мигом отрезвели. Кровожадная модель ойкнула и чуть не свалилась в фонтан. Полина вскочила с места, но тут из темноты выступила Луиза.
— Вышла проветриться, душно в зале. Сплетничаете? — миролюбиво поинтересовалась она.
— Фу, напугала, — Полина бухнулась на парапет. — Сплетничаем. Янке завидуем, раздумываем, как жизнь ей осложнить.
Луиза понимающе скривилась и коротко хохотнула.
— Какие вы злые, девочки.
— Мы не злые, мы справедливые. Она, будучи замужем, позарилась на Андрея, да и моему глазки строит. Где твой Чуев? — Полина вернулась к обязанностям старосты.
— Сидит за столом в обществе блудницы, — фыркнула Луиза.
— Видишь, Полин, а тебе скоро за него замуж выходить, — совсем раскисла Вероника.
Староста удивленно воззрилась на одноклассницу, хотела уточнить, но махнула рукой.
 — Надо возвращаться в зал, а то и вправду соблазнит, — Вероника готовилась к сражению с темной силой в лице Войтовской. — Помогите встать.
Полина и Луиза протянули ей руки. Та, что взывала к помощи, как бы нечаянно опустила ладони в чашу фонтана и щедро окатила водой доверчивых одноклассниц. Визг и вопли разорвали ночную тишину, заставив спящих постояльцев взбодриться и осознать, что жизнь — это суета сует, и правильнее — выпить снотворного на сон грядущий.
Хохоча и отряхиваясь, дамы переступили порог ресторана и были встречены волнующей мелодией — Вероника сочла ее непристойной — пустыми стульями и негодующим фальцетом Толика. Рабочий четвертого разряда в одиночестве сидел за столом и разговаривал с шеренгой бутылок.
 
— …согласился вынести мусор. Так, ё-моё, примчалась соседка и разоралась, что я насорил возле мусоропровода. А я не сорил! Катьке сказал, чтобы она больше не приставала ко мне с помойным ведром. И точка! — Чуев стукнул кулаком по столу.
Вернувшись в зал, Вероника довольно быстро нашла врага, сфокусировала взгляд и наметила мысленную траекторию. Хищница Янка и ее любимый разговаривали у окна. Расстояние между ними — не больше семи сантиметров. Она потянулась за алебардой. Герман курил, задумчиво таращась на доисторический очаг. Галл и Ольга стояли возле стены, разглядывая рыцарские доспехи. Беседа вертелась вокруг особенностей холодного оружия, и оба умника демонстрировали мощные пласты исторических знаний. Полина подтолкнула локтем застывшую подружку: