Тишина

– Да, но тихо. Снаружи его не будет слышно, заверил Финч.
Сначала тишину нарушали редкие помехи и невнятные передачи. Судя по часам, висевшим над кассой магазина, прошло тридцать две минуты, прежде чем получилось поймать радиопередачу:
– Внимание! Всем, кто слышит это обращение: военные силы объявляют об эвакуации гражданского населения в связи со сложившейся чрезвычайной опасностью. Следуйте инструкциям, чтобы солдаты знали, в какое здание зайти и вывести вас из зоны карантина: напишите на двери, сколько в здании выживших, если есть зараженные, указать их число. Будьте бдительны – зараженные крайне опасны и проявляют агрессию к любому источнику звуков.
  
Дальше перечислили график, в котором говорилось во сколько и в каких штатах будет происходить эвакуация. Мы находились на территории Флориды, а значит можем ожидать прибытие военных не раньше, чем завтрашним вечером. Финч сказал, что в подвале была краска – он недавно «освежил» окна, поэтому в банке еще оставалась краска. К работе решили приступить только когда вернется Марк. В одиночку отпускать Пола я не захотела, даже встала перед входной дверью, на что он усмехнулся и добродушно кивнул.
– Твоя взяла, Джина! – развел он руками в примирительном жесте. – Ты мне напомнила Карен.
– Карен? – переспросила я, усаживаясь на стул.
Пол сел напротив и принялся прочищать разобранный арбалет.
– Да, Шелли подарила мне прекрасную дочь, которую мы назвали в честь моей боевой бабули.
Он поднял на меня глаза, а я уже хотела задать вопрос, но Финч, кажется, уже знал, о чем я спрошу.
– Нет, Джина, Карен тоже уже нет в живых, – покачал головой мужчина. – Случилась авария, тогда погибло много людей. И моя Карен оказалась среди них. Она ехала домой из колледжа.
Пол тяжело вздохнул и отложил деталь.
– Год прошел уже, а будто все вчера случилось.
– Я сожалею, – искренне сказала ему. – Мне не стоило расспрашивать…
– Джина, я долго злился, правда, но наш преподобный как-то сказал, что у Бога на всех нас есть планы. – Он грустно улыбнулся. – Если он оставил меня в живых, забрав родных, значит, моя миссия еще не закончена.
Финч не стал дожидаться от меня ответа, продолжив свои дела, а я начала даже верить его словам. Ведь, если бы у него в жизни все сложилось иначе, мы бы не встретились в решающий момент. Он не спас бы нас. Можно ли назвать это судьбой? Или все случившееся лишь стечение обстоятельств?
***
Я постоянно бродила по магазину, не в силах усидеть на месте: периодически подходила к окнам, отодвигала ткань и смотрела, поднималась наверх, затем спускалась и всё начинала заново. Периодически подходила к окнам, отодвигала ткань и смотрела, как некогда оживленные улицы маленького городка превратились в бездушный клочок земли со зданиями, из которых не доносилось ни звука. До самых сумерек ничего не происходило. В очередной раз заглянув в щель между досками, чуть не вскрикнула, отпрянув от окна.
Там, прислонившись к самому стеклу, стоял человек.
Зараженный.
Он резко дернулся, поворачивая голову, а затем снова прислонился, но уже ухом. Его кожа вся посерела, черные прожилки стали отчетливее проявляться, а из открытого рта вытягивались черви-жгутики.
Боясь, что могу закричать, я зажала рот руками и затаила дыхание.
Пол еле слышно подошел и коснулся плеча. Его прикосновения я не испугалась, хотя была напряжена до предела. Мысли беспорядочно крутились в голове, выдавая одно паническое умозаключение за другим.
Где Марк? С ним что-то случилось? Как он сможет попасть обратно, если зараженный у магазина?
Внезапно раздался тихий стук. Он исходил от входной двери. Финч сжал мое плечо, заставляя посмотреть на него.
– Я проверю. Спрячься, – велел он одними губами.
Я кивнула и поднялась наверх. Малышка в животе вовсю толкалась. Я знаю, что дети в утробе чувствуют настроение матери. И эта связь меня все время напрягала, ведь предстояло расстаться с ребенком. Но теперь это изменилось.
В глазах собрались непрошенные слезы, губы задрожали. Снова страх завладел всем моим существом, не давая и шанса на отступление. Полностью погрузиться в отчаяние не дал шум внизу. Привычно погладив живот, стала двигаться к лестнице. Да, Пол велел спрятаться, но внутренне чутье подсказывало, что там неопасно.
И я оказалась права.
Финч устанавливал засов обратно, а на пороге стояла девушка с выкрашенными в ядовитый малиновый цвет волосами. Она ссутулилась и всхлипывала, отчего ее миниатюрная фигурка постоянно содрогалась.
Я медленно спустилась, но девушка меня не заметила, пока я не наступила на скрипнувшую половицу. Тогда гостья отпрянула и уставилась на меня перепуганными зелеными глазами.
– В-вы к-к-кто? – заикающимся шепотом спросила она.
– Джина, – тихо ответила я.
Девушка скосила взгляд с моего лица к круглому животу, отчего мне стало неуютно. Никогда не нравилось, когда люди смотрели на живот. И даже сейчас, в сложившейся ситуации, казалось, меня не должно было это волновать. Но волновало.
– Господи, вы беременны!
Я шумно выдохнула, чувствуя, как поднялся уровень раздражительности.
– Да, беременна, – терпеливо согласилась с ней, пытаясь снизить дозу сарказма в голосе.
– Но… как? – она округлила глаза, но потом досадливо поджала губы, понимая, какой тупой вопрос задала сейчас. – Простите, я просто все еще не могу поверить… Мир сошел с ума!
– Дорогуша, ты лучше скажи, как ты поняла, что тут безопасно? – спокойно спросил Пол, добродушно улыбаясь.
– Там мужчина был, в магазине. Я вообще не отсюда, проездом, остановилась, чтобы купить фейерверк на четвертое июля, – сумбурно рассказывала она, постоянно заправляя волосы за уши, будто это действие ее успокаивало. – А тут началось такое… Я спряталась в подсобке, сидела там, пока не проголодалась так сильно, что заболел живот. Пришлось выйти, и тогда…
Она судорожно всхлипнула. Финч понимающе похлопал ее по плечу.
– В общем, тот мужчина со здоровенным ножом их убил. Я знаю, что это уже не люди, просто… Господи, это так ужасно!
Я подошла к ней ближе и коснулась руки. Девушка подняла на меня свои большие глаза.
– Тот мужчина – его зовут Марк. Скажи, когда ты уходила, он был в порядке?
Мгновение, казавшееся мне вечностью, она молчала, а потом кивнула.
Облегченно выдохнув, я отступила на шаг.
– Дорогуша, ты прости, но мне придется… – начал было Пол.
– Нет-нет! Не выгоняйте меня! – в отчаянии чуть не завопила она. – Я не продержусь там. Я буду полезна, прошу…
– Эй, мы тебя не выгоняем, – я пыталась казаться дружелюбной. – Это мера предосторожности. Тут есть подвал. Посиди там минут тридцать-сорок. Если все будет в порядке, мы тебя выпустим. Обещаю.
– А зачем это? – недоверчиво поинтересовалась она, смахивая проступившие слезы.
– Чтобы проверить, не опасна ли ты, – осторожно сказала я.
– Но, я и так могу сказать, что не опасна…
– Так, мы теряем время, – уже строже заметил Финч. – Иди в подвал или топай наружу. Джина тоже там сидела, когда пришла сюда. Жива и здорова, видишь?
Та медленно кивнула. Кажется, до нее начало доходить.
– Хорошо, – кивнула гостья.
Когда Пол закрыл за ней люк и придвинул небольшой комод, подпирая выход из подвала, я сложила руки на груди и подошла к нему.
– Как думаешь, почему Марк еще не вернулся? – стараясь унять тревогу, задала вопрос.
Финч одарил меня серьезным взглядом.
– Не стану врать тебе, Джина, – мужчина покачал головой. – Я подумал, раз пацан не вернулся, либо он не нашел того, что искал, либо бродит среди зараженных.
  
Что-то внутри екнуло. Мне не нравился второй вариант, как итоговый исход событий. Хотелось верить, что Марк просто не нашел аккумулятор на спутниковый телефон, а не сбежал или заразился, ведь иначе… Иначе кому будет нужна беременная девчонка, которая ни черта не умеет?