Вторая единственная (СИ)

Кто это всё устроил? Зачем?
Поворачиваю голову и вздрагиваю: к дверце холодильника кто-то пригвоздил ножом записку. Очень замечательно. Обычно для таких целей используют магнит, но это явно не тот случай. Да и смысловая нагрузка записки далека от классического «Купи молока».
— Раж! — не в силах оторвать взгляда от корявых букв, зову мужа.
— Что такое? — он врывается в кухню. — Ты в порядке?
— В порядке, — показываю взглядом на бумажку, прикованную ножом к дверце холодильника. — Пока в порядке.
Передавай привет жене, — гласит текст послания.
— Уроды грёбаные! — выругавшись, Раж снова с чувством плюёт на пол.
— Кто? — выдыхаю с дрожью. — Ты знаешь, кто это сделал?
— Волки Самвэлла, — муж извлекает холодное оружие из дверцы. — Тот альфа, с которым мне изменяла Жанна. Мстить мне собрался за то, что я его заставил огрести по полной.
Плохи новости. Записка как бы намекает, что в сценарии мести Самвэлла есть роль для меня. И, скорее всего, это будет мой последний выход на сцену, так сказать.
— Что теперь делать? — нервно сглотнув, поднимаю с пола записку.
— Надо подумать, — Раж забирает у меня бумажку и суёт её в карман куртки. — А пока валим отсюда.
Огромная лапа сжимает мою пятерню, и мы уходим прочь из разгромленной квартиры.
Кажется, я поторопилась с выводами насчёт девушки-ангела из Петри. И ошибалась, когда думала, что встречу смерть от рук обезумевшего после секса мужа. Тут совсем другая история намечается.
* * *
Пришлось мне везти Дарю к ней домой — не оставаться же в разгромленной хате. По дороге в Новый город она уснула. Я донёс её до квартиры на руках, уложил в кровать и взялся за телефон. Мне на угрозы Самвэлла по было похрен, а он спал и видел как побольнее ударить. И ведь, гнида, нашёл способ. Угрожает мне, на жену мою намекает. Новых разборок захотел? Будут ему разборки.
Пара звонков кому надо — и я выясняю, что Самвэлл до сих пор в больничке. Значит, налёт на мою хату организовал не он, а его бета Сурен. Ещё пара звонков — и мне становится известно, что Суренчик прямо сейчас отдыхает в известном всем небедным оборотням нашего города закрытом элитном баре. Я сегодня пить не планировал, но раз такое дело…
Приезжаю к бару, бросаю машину на парковке и иду промочить горло ни хрена не дешёвым пойлом. В «Новолуние» кого попало не пускают, но в былые времена я работал на Самвэлла и был частым гостем этого заведения. Проблем на фейс-контроле не возникает.
Захожу, осматриваюсь, принюхиваюсь. Сурен сидит у барной стойки с бокалом своего любимого коктейля — это я вижу. А кое-кого ещё не вижу, но чую носом. Её отвратный запах забирается в ноздри и заставляет моего волка агрессивно оскалиться. Ненавижу! Но сейчас не о ней.
— Доброй ночи, — присев на высокий табурет рядом с бетой, здороваюсь с барменом.
Делаю заказ, а Сурен пялится на меня. Не ожидал? Зря.
— Кто тебя сюда пустил? — бета, желая унизить меня, бьёт вопросом. — Надо поговорить с охраной, — качает головой. — Нищебродам здесь не место.
— Тебя спросить забыл, — хмыкаю. — А вот вашим гиенам в моём доме точно не место, — поворачиваю голову к Сурену. — Вы там не охренели, не?
— Нет, — улыбается. — Я предупреждал, что мы придём в гости.
Беру стакан с выпивкой, делаю обжигающий горло глоток и достаю из кармана куртки записку, которую снял с дверцы холодильника:
— Нет, козлы, вы охренели, — кладу бумагу на столешницу. — Не по понятиям это. Точнее, не по законам оборотней.
Самвэлл — альфа стаи и обязан чтить, уважать и придерживаться волчьих законов. Женщинам не мстят, женщин не используют для мести, но альфа поклал на это болт. И он не блефует.
— Не тебе говорить о законах, — пренебрежительным тоном заявляет Сурен. — Ты кинулся на своего босса — это тоже запрещено. Зуб за зуб, Раж.
— Тронете девочку — я всю вашу стаю прикончу. Не сомневайся.
— Не обещай того, что тебе не под силу. — Допив коктейль, волк, слезает с табурета.
Я тоже встаю. Не получится у Суренчика уйти, я ещё не закончил.
  
— Хочешь проверить, что мне под силу, а что нет? — гну бровь, сурово глядя на оборотня.
— Я тебя не первый год знаю, Раж. Мне отлично известно, на что ты способен. Или ты думаешь, что я идиот? — снова давит лыбу. — Мы с Самвэллом заставим тебя ответить за всё, но исполнение будет виртуозным и совершенно для тебя неожиданным.
Кровь в венах закипает за секунды. Я комкаю записку, хватаю бету за шкирку и трамбую бумагу ему в пасть. Он пытается сопротивляться, но попытки успеха не имеют, а барная охрана бездействует. Они знают, кто Сурен, и помнят, кем был я — в такие разборки лучше не лезть.
— Жри, с-сука… — шепчу зло. — Может, так до тебя дойдёт, кому и что ты пишешь! — добавляю громко.
В этот славный момент из туалетного закутка в зал вылетает моя бывшая.
— Сурен! — кричит в ужасе Жанна и бежит к нам.
С какого-то перепуга осмелевшая дура теряет весь запал, когда я впиваюсь в неё взглядом. Думаю, видок у меня сейчас тот ещё.
— Какая встреча! — скалюсь, глядя на Жанну. — С ним пришла? — киваю на давящегося бумагой волка и отпихиваю его от себя.
— Не твое дело, — схватив Сурена под локоть, дерзит мне. — Как ты? Позвонить нашим? — очень переживает за беднягу.
Нашим? Ты ж моя радость! В стаю, значит, приняли. Теперь понятно, что Жанна здесь делает. Мне чисто из спортивного интереса интересно: она теперь и с Суреном трахается?
Вытащив огрызки записки изо рта, бета пытается отдышаться:
— Не надо… никому звонить. Придёт время, и он за всё ответит.
Шарманка та же. Видимо, не дошло до Сурена. Зря.
— Рыпнитесь на мою женщину — и я вас всех не бумагу — землю жрать заставлю, — сажусь у барной стойки, беру стакан и выпиваю содержимое до дна.
— Как был бешеным придурком, так и остался, — тявкает из-за широкой спины Сурена моя бывшая.
— Мнение шлюхи меня не интересует, — огрызаюсь.
— Выбирай слова, когда говоришь с будущей матерью наследника моего альфы! — вступается за неё бета.
Вон оно что! Теперь ясно, как Жанна добилась места в стае Самвэлла — ей удалось от него залететь. Красотка, чо. Не стану скрывать, новость шаркнула меня по самолюбию. Я с этой дрянью много лет прожил, и о волчатах она слышать не хотела.
Но сейчас не о ней речь. Я подустал от тупости Сурена и от лишних телодвижений. Снова слажу с табурета и беру бету за грудки. Молча заглядываю ему в глаза. Сдаётся мне, что он всё же идиот. Как и его альфа.
— Слушай сюда, — выдыхаю пары алкоголя ему в морду, — передашь Самвэллу, что если он хочет разборок, то пусть разбирается со мной. Я готов биться, когда он очухается. Раз на раз.
— Как скажешь. — Сурен и бровью не ведёт.
Непонятный итог разговора. Но большего я сейчас не добьюсь. Разжимаю пальцы, и оскорблённый бета удаляется из бара вместе с брюхатой от альфы самкой.
Я не надеялся, что Сурен обделается от моих угроз, но надеялся, что он призадумается. Кажется, я прогадал. Надо думать, как защитить мою лапу. Эти мрази на многое способны.
  
Глава 32
 
Легла поздно, спала плохо, встала рано и чувствую себя разбитой. Я даже волноваться не в состоянии, а есть из-за чего. Беспредельщики разгромили квартиру Ража, оставив послание с угрозой фактически адресованное мне. Не могу определиться — это главная проблема или она идёт бонусом к истории с ворованным демоном? Сложный вопрос.
Зевнув, кутаюсь в пальто и сижу, нахохлившись, как воробушек. Погодка сегодня почти зимняя, а Раж толком не успел прогреть машину. Мы едем в дурдом забирать лампу с демоном. Впрочем, ни я, ни муж не уверены, что доктор вернёт артефакт. Мы вообще ни в чём не уверены.
— Прорвёмся, — подбадривает меня зверь за рулём.
— Конечно, прорвёмся, — вздыхаю. — Выбора-то нет.
— Это точно…
Волк пытается бодриться — ситуация под контролем и всё такое, — но мы оба знаем, что это не так. Такое ощущение, что жопа, которая происходит с нами не первый день, вот-вот достигнет апогея.