Мои две половинки (СИ)

Он погладил меня по спине, забрался под волосы и прижал к себе для поцелуя. Затем отпустил и дал выпрямиться. Жадно осмотрел от макушки до живота, приподнял над собой и помог опуститься на себя.
– Одежда тебя скрывает, – подытожил глухо и с восхищением во взгляде огладил руками грудь и шею.
Я упёрлась ладонями ему в рёбра и начала двигаться. Глаза закатывались сами собой. От удовольствия и капельки стыда. От невозможности выдержать его алчущий взгляд и от странного ощущения теплоты на сердце. Если ещё вчера мне казалось, что я люблю одного Ромку, то сегодня меня переполняла нежность и к его брату.
  
Он потянул меня за руки к себе, распластал на своей груди и вместе со мной перекатился на бок. Я оказалась на спине, а он надо мной и раскачивался всё несдержаннее.
Повисла у него на шее и вжалась бёдрами в пол, чтобы он при каждом движении оказывался глубже. Мы стонали почти в унисон. Пытались целоваться, но я постоянно куда-то уплывала и сбивалась с ритма. Было так приятно, словами не передать. Это не взрыв ощущений, не слепящая вспышка удовольствия, а что-то глубинное и мощное, что приходит из самых затаённых уголков сознания и порабощает.
Если это и есть его проклятущий БДСМ, то я согласна на все условия. Быть его сабом, рабыней, нижней, каких их ещё называют? Ради таких эмоций, между прочим, люди травят мозг и организм препаратами, а мне всего лишь нужно состроить просяшую мордочку и прошептать: «Трахни меня, повелитель». Ну или как у них там заведено?
– Я тебя не дождусь, да? – Илья наклонился и жадно сомкнул губы на моей груди.
– Наверное, нет, – я внимательно прислушалась к новорождённой жилке рабыни и поняла, что на сегодня я опустошена.
Мне до мурашек хорошо, но это скорее от осознания, что он во мне, что мы единое целое и мне до умопомрачения нравится принадлежать ему.
Короче, полный раздрай, который усилился многократно, когда Илья резко вышел и ритмично задвигал рукой, изливаясь мне на живот.
Я млела даже от этого. С упоением размазывала по себе его семя и мурлыкала, как кошка, которую хорошенько того... накормили.
Полчаса спустя меня, умытую, распаренную и розовощёкую отнесли на руках в кровать. Уложили поверх свежих простынёй, предложили водички, пива, соков, фруктов и даже шашлык пожарить, а когда величественно отказалась от всех благ, прижали по бокам двумя восхитительными телами и обняли в четыре руки.
Вот на этом моменте я и закончилась как скромная дама тридцати лет, имеющая за плечами довольно скучный сексуальный опыт. Бесповоротно.
  
Глава 16
 
– Отвянь от неё.
– Я просто глажу.
– Разбудишь, шуганётся, опять её потеряем.
– Ты такое ссыкло.
– А ты тупень.
– Чего ей меня бояться?
– Непрошибаемый.
Первым шёпотом говорил Илья. Ромка отвечал ему сердитым шипением. Несложно догадаться, что это именно Ромкины руки порхали почти невесомо по моим груди и животу.
Я приоткрыла правый глаз, увидела поблизости сосредоточенно-хмурое лицо Ильи и помимо воли улыбнулась.
– Говорил же, – с раздражением сказал он, повернулся на бок и подпёр рукой голову. – Доброе утро, тигра.
Рома заворочался слева и всем телом прижался ко мне. Потёрся своей ненасытной штуковиной о бедро. Я вздохнула и с наслаждением потянулась. Ромыч перешёл к самым активным действиям. Запустил пальцы мне между ног, принялся целовать плечо и шею. Я выгнулась кошечкой и поощрила его варварство тем, что стиснула в ладони крепкий член. А сама глаз не сводила с Ильи.
Он смотрел с настороженностью, не мигая, так, что меня начинало знобить. Если другие мужики, Ромыч в том числе, умели раздевать женщину глазами, то этот владел тайной магией тантрического секса. Он меня брал этим взглядом, скручивал в бараний рог и вылизывал им с головы до ног. И подобное распаляло похлеще самых постыдных ласк.
Рома вытянул мою попу к себе, перехватил под коленом и нежно проник внутрь. Я резко выдохнула и приоткрыла рот, наслаждаясь ленивыми движениями.
А Илья всё смотрел. Чернющими как древний мрак глазами. И дышал уже прерывисто и тяжело. Водил взглядом от моего лица к ничем не прикрытой груди, и меня на качелях подбрасывало от происходящего. То стыдом заливало так, что не продохнуть, то безумной похотью ошпаривало. Хотелось вывернуться под немыслимым углом и сомкнуть губы у него на члене, и вылизывать, посасывать и заглатывать, пока не потеряет чёртов самоконтроль.
Он сорвался, когда я уже постанывала в полную силу голоса, а Ромыч от ленивых скольжений перешёл к быстрым и жадным шлепкам. Илья сдавил пальцами моё горло, подтянул к себе и поцеловал. Без мягкости. Жёсткие губы, требовательный язык, жалящие укусы. Меня трясло от его напора. Я бы кончила уже в первые секунды этого поцелуя, но держалась ради одной мысли: хочу кончить с ним, стискивать мышцами его член.
Он тоже думал о чем-то подобном, потому что прошёлся раскрытой пятернёй по моему телу, но не сделал ничего, что подстегнуло бы мою развязку. Зато двумя разведёнными пальцами провёл по половым губам и задержался на пару мгновений у входа, ощущая, как во мне движется член его брата.
Господи, какая грязь, но меня в ту секунду она окончательно распоясала. Оторвалась от его господских губ, которые так умело вытягивали из меня всё вольдумие, и принялась шарить ртом по его телу. Он подставлял шею, вжимал меня за затылок в грудь, изворачивался, давая возможность ласкать живот и спускаться ниже.
Мы без слов понимали желания друг друга, будто общались на каком-то астральном уровне.
Облизнула головку и с удовольствием расслышала его шипение. Рома добавил нам неудобств, когда перевернул меня на живот, навалился сверху и намотал мои волосы на кулак, чтобы самому подталкивать меня вперёд и насаживать ртом на член брата.
Я не протестовала. Понимание, что их двое, и каждый старается впечатлить меня своим умением порабощать мозги, расплавленным свинцом растеклось по венам. Видела, что они дуреют от осознания, что делают со мной, и подыгрывала. А может просто плыла по течению и наслаждалась.
Рома рванул меня на себя, когда мне почти целиком удалось вобрать в рот член Ильи. Заставил выпрямить спину, стиснул грудь в порыве жадности и выскользнул из меня, чтобы потереться о бёдра и с львиным рыком кончить. Это и есть их ревность вкупе с соперничеством?
Точно, она самая. Едва Ромыч затих, Илья обвил мою талию руками, поднял вверх и уложил поперёк кровати.
– Прокричишь для меня, тигра? – спросил хрипло, втиснул колено между моих ног, вынудил раскрыться как можно шире и с яростью вошёл.
– Да-а-а-а, – действительно прокричала и выгнулась ему навстречу.
Внутри уже всё саднило, но эта боль только усиливала ощущения. Я впивалась ногтями в жилистую спину, стискивала ногами его бёдра и похныкивала от бушующего удовольствия.
Взгляд Ромы оказалось вынести ещё сложнее. Меня съёживало, когда смотрела то на одного, то на другого, а потом расправляло и уносило куда-то далеко.
Оргазм был ужасающе прекрасным. Открыла рот в немом крике, почувствовала мощнейшую волну и впилась зубами в плечо Ильи. Он охнул мне на ухо и задвигался совсем уж хаотично, продлевая мои судороги, вынуждая извиваться и шёпотом просить о чем-то. Ускориться? Замедлиться? Не останавливаться? Я не соображала, что лепечу. Меня сжирал изнутри разрушительный экстаз.
– Хочу кончить в твой ротик, Сонь. Можно?
Раболепие во мне согласилось бы на любые капризы из уст этого мужчины, а уж такой пустячок...
Меня переложили так, чтобы голова свисала с края кровати. Илья встал рядом. Рома устроился между моих подрагивающих ног. Я открыла рот и тут же обалдело вскрикнула – Рома провёл по мне языком и сразу втянул в рот сгусточек нервов. Чувствительность была такой острой, что меня разодрало от ощущений. Матерь божья, я так сгину в океане удовольствия.
  
Илья повёл головкой по сомкнутым губам. Послушно открыла рот. Задохнулась от нового спазма мышц – Рома посасывал и облизывал меня с голодным неистовством. Запустила руку в его вихрастую макушку, а другой взялась за член Ильи, сдавила у основания и расслабила язык, чтобы впустить его глубоко.