Мои две половинки (СИ)

– Мы восхищаемся, тигра, – он резко рванул с места и перепрыгнул через диван. – Твоими умениями, твоей красотой, твоими губами... Ай!
Я запульнула в него подушкой и угодила ровнёхонько по наглой физиономии.
– Восхищайтесь про себя! – шутливо прокричала и попробовала перегнуться через диван, чтобы поймать гада.
Он отступил на шаг, а я не рассчитала манёвр и перевалилась через спинку. Ноги взлетели под потолок. Я выставила вперёд руки, чтобы не свалиться. Илья воспользовался шансом и отобрал у меня скотч, потом перетащил целиком на диван, уложил на спину и перекинул ногу через мои бёдра.
  
– Попалась, злюка! – навис над моим лицом, упёрся кулаками по обеим сторонам от моей головы и шёпотом выдал: – Диктуй уже, в каком темпе мне носиться перед тобой на цырлах, а то я за себя не ручаюсь.
– Накажешь? – спросила с замиранием сердца.
– А ты хочешь?
Покивала головой, воспламеняясь от той искры, что мелькнула в тёмном каземате его взгляда.
– Отшлёпаю, – с угрозой пообещал он и чиркнул пальцем по моим губам.
Я ведь могу его поцеловать, да? Просто поцеловать. Закрыла глаза и представила свою пятую точку, на которой алел красный след от его руки. Я не большой фанат истязаний, но эта картина почему-то вызвала острый приступ вожделения.
– Ты там не раздавил её случайно? – обеспокоенно спросил Рома.
– Не, мы фантазируем, – негромко отозвался Илья и начал с меня подниматься. За руку вытянул меня из плена бурных страстей.
– О чём это?
– Под каким предлогом спровадить тебя за дверь, – пожал плечами Илья.
– Он обещал меня отшлёпать, – решила я наябедничать.
– Вот же... Садомист непутёвый!
Мы дружно грянули хохотом, а отсмеявшись, я всё же осмелилась выдвинуть условия.
– Илюш...я хочу свидание. На троих. Только не в нашем городе. Не хватало ещё слухов и сплетен.
– Всего лишь свидание? – он недоверчиво вперился в меня рентгеновским взглядом.
– Ну почти... – я никак не могла заставить себя наглеть, но потом вспомнила, что мне придётся сделать ради этого свидания, и сурово продолжила: – Есть одно требование. Пускай будет с голливудским размахом, чтобы всё как в сказке. Удиви меня, в общем, и срази наповал.
– Помнится, я однажды просил тебя сделать то же самое и почти разучился нормально ходить от стояка, – он подмигнул мне, припоминая сексапильную доярку Соню. – По рукам. Будет тебе свидание с вау-эмоциями.
– Готов проспонсировать это мероприятие, дамы и господа, – предложил Ромка.
– Да погоди ты, – Илья отмахнулся от инвестиций. – А что с моими условиями?
– Это и будет условием. Удивишь креативом, надену ту сетку, а на нет и суда нет.
– А кто выступит гарантом шкалы твоего удивления? – Илья, похоже, просёк мою задумку. – Полетим мы завтра в космос втроечка, а у тебя покерфейс и восклицание: «Тьху, так за мной еще Витька Самсонов ухаживал из третьего бэ». Аргументов у меня не найдётся, поверь.
– Переживаешь, что оставлю с носом?
– За тобой водится такая привычка.
– Тогда раздам по паре обещаний, чтобы вам хотелось верить в собственные силы, – я обвила его шею рукой и привстала на носочки.
Поцеловала мягко, и Илья ответил тем же. Широченные ладони он положил мне на спину и властно прижал к себе, но движения губ так и остались нежными, неторопливыми, томительными. Он щекотал нёбо кончиком языка, выписывал восьмёрки на моих губах и с осторожностью прикусывал.
Я отстранилась, лишь когда начала задыхаться и тут же поймала на себе одуряюще голодный взгляд Ромки.
– Он пялится, да? – Илья проехался губами от щеки к ушку.
– И с ума сходит от ревности, – констатировала и вдруг ощутила, как неестественно быстро меня заводит эта ситуация.
– Подбросим дровишек в костёр его гнева?
– Какие милейшие люди меня окружают, право слово, – Рома досадливо лязгнул челюстью.
– Он же покусает меня, когда до него дойдёт очередь, – ввязалась я в эту опасную авантюру.
– А ты запрети, – посоветовал Илья. – Как запрещаешь сейчас мне сорвать с тебя эти тряпки и выебать до искр из глаз, – выдохнул мне в шею и невесомо чмокнул.
– А ты хочешь? – вернула ему его же любимую фразу.
– До красной пелены перед глазами.
Я чувствовала, каким настойчиво-твердым было его желание, и плавилась под взглядом Ромыча.
Да решись ты уже разок! – требовала та часть, что отвечает за распутство и крайнюю степень блядства.
Поманила светленького пальчиком, продолжая виснуть на плечах у его брата. Вообразила эту картину: как сижу на груди одного с оттопыренной задницей, покачиваюсь, подставляя себя под движения его языка, и вместе с тем ласкаю рукой его член. Бля-я, как же хочется стонать, но не могу. Во рту член его брата, и я отчаянно стараюсь заглотить его целиком.
Меня как кипятком ошпарило. Взвилась от желания перенести все эти мысли в реальность и тут же поймала себя за волосы. Дёрнула назад. Тормози, припадочная!
И всё же Рома почувствовал моё состояние. Отлепил мои руки от брата, переплёл наши пальцы и столкнул лица носами. Илья отступил всего на шаг в бок.
– Ты так тяжело дышишь, – пропыхтел Рома ничуть не спокойнее. – Завелась. Хочешь, я сделаю тебе приятно? Поцелую там.
Да они угорают! Это же форменное издевательство. Один чуть ли не рыком обещает выебать до искр, второй ласково предлагает вылизать, а я как гребаная нимфоманка готова вестись на эти контрасты.
Вспомни, Сонюшка, вспомни, что они игрались с тобой, разбили тебе сердечко, уложили в нашу с Ромкой постель шлюху. Они моральные уроды, калеки с изувеченной психикой, которые млеют от идеи натянуть на тебя в два ствола.
Помогали ли эти уговоры? Даже не знаю, но Ромку я поцеловала.
  
Глава 15
 
Сразу после ужина мы поехали в ночной клуб. Здешняя атмосфера веселья, расслабленности и вечной молодости как-то слёту захватила всех троих. Даже всегда сдержанный, если не сказать отчуждённый, Илья поддался эмоциям и добрых полчаса скакал вместе с нами на танцполе.
Поначалу я дёргалась от их прикосновений, уворачивалась, если пытались обнять или вжать в себя, но позднее поняла – всем вокруг плевать. Лапает меня один или двое – это уже сугубо мои проблемы и дилемма для той части меня, которая стремительно перестраивалась.
В итоге я закружилась в танце в Ромкиных объятиях, через пару минут обнаружила себя в руках у Ильи, а там и вовсе перестала отслеживать ситуацию. Мне было хорошо, по-настоящему расслабляюще и комфортно рядом с ними. Я купалась в их внимании, нежилась в ласках и внутренне забралась на крышу небоскрёба, чтобы с высоты шестисот метров прокричать во всё горло:
– Я, мать вашу в душу, счастлива!
Как Рома давеча высказался? «Такого рода секс – это наркотик». Я бы внесла поправочку: такого рода отношения – чистейший эндорфин.
Мы выдохлись уже после первого часа круговерти треков. Притом я сдалась первой и потащила Илью к бару.
– А Ромыч? – прокричал он мне на ухо.
– Пускай отдувается, раз бахвалился выносливостью, – так же громко ответила и присосалась губами к мужской шее.
Пахло от него крышесносно и на вкус он был как выдержанный алкоголь – я специально лизнула. Дурманящий, терпкий и по ощущениям непозволительно прекрасный, будто тот запретный плод, что рос в райском саду.
Мы устроились у барной стойки. Илья заказал нам по коктейлю, названий не расслышала, и повернулся ко мне лицом.
– Не боишься, что нашего блондина уведут?
Я обернулась назад, отыскала глазами Ромку, который раскачивался в такт с беснующимся людским морем, приметила рядом парочку заинтересованных стерв вульгарной наружности и махнула рукой. Улыбнётся хоть одной из них – кастрирую к чертям.
  
– Не улыбнётся, – уверил Илья. – И не из опасения потерять причиндалы. Нас обоих замкнуло на тебе.
– Я, что, сказала вслух насчёт кастрации?
– А ты не заметила? – Илья пододвинул ко мне высокий стакан с голубым напитком и белой шапкой какого-то мусса.