Стертая аура

— Как только будет готово, я вас позову, — пообещала она.
Мы поднялись на два лестничных пролета и вошли в комнату.
Лекси беззаботно плюхнулась на мою постель.
— Ну что еще новенького?
— Еще? — поднял бровь Дилан, глаза его по-прежнему были занавешены челкой.
— Понимаешь, это тоже связано со стертым, но... как бы это сказать... с другой стороны. Я попыталась сама связывать людей, и у меня получилось. А! Еще одна из звезд, когда поет, заколдовывает своего парня, так что он таскается за ней, как пришитый.
  
Дилан бесстрастно глядел на меня. Лекси тут же объяснила ему, что кроме аур я теперь вижу связи между людьми и даже могу их соединять и разъединять.
— И ты этим занимаешься? — спросил Дилан. — Играешь с людскими жизнями? — Он старался говорить с отвращением, но у него не получилось.
— Всего один раз попробовала! — возмутилась я. — И не играла, а всего лишь подтолкнула кое-кого. Я не стану разводить людей, даже если вижу, что им не по дороге. И не стану завязывать дружеских связей — это бессмысленно. Я просто могу соединить две нити аур, если мне кажется, что люди подходят друг другу.
— Если она ошибается, нити просто развяжутся, да и все, — пояснила Лекси.
— Колин и Сара, — осенило Дилана.
Я робко кивнула.
— Они.
— Ну и кашу ты заварила.
— Да ничего подобного! — вскинулась я. — И вообще — сам ведь просил рассказать.
— А что там за певица? — спросила Лекси.
— И почему ты чуть не продырявила меня взглядом на математике? — подхватил Дилан, ставший вдруг излишне разговорчивым.
Я вздохнула и, сев на пол, положила голову на кровать.
Мне придется многое им объяснить.
  
12
 
И снова розовый
 
Итак, если вы позволите, я замечу, — сказал Дилан, явно наслаждаясь своим неожиданным красноречием, — что наша неотложная задача — разоблачить Кисслера. Потому что мне нет никакого дела ни до людей, которые портят мне жизнь, ни до их романов. Назовите меня старомодным, но мысленное сватовство — не моя забота.
Я недовольно прищурилась. Когда Дилан молчал, его еще хоть как-то можно было переваривать.
— А что же мы можем сделать? — спросила Лекси с порозовевшим от волнения лицом, ее аура тут же выросла чуть ли не вдвое.
Лишенная собственного Взгляда, Лекси с удвоенным интересом воспринимала все, связанное с моим, но я не была в обиде: в конце концов, именно сестра сумела открыть мою тайну Дилану, да так, что он не заподозрил во мне психопатку. Жаль только, что из всех людей на Земле она выбрала именно его.
Я не ответила Лекси. По мне, так мы еще ни на шаг не сдвинулись с места. Я знаю, что мистер Кисслер творит или уже сотворил какое-то зло, а вот что с этим делать дальше?
— Можно его погуглить, — предложил Дилан.
Лекси посмотрела на него так, будто подозревала, что он сказал что-то неприличное.
— В Интернете? — уточнила я.
Дилан кивнул, и я почувствовала, что слова «Дурацкий вопрос» засветились у меня на лбу.
— Здорово! — воскликнула Лекси, — как же мы раньше не догадались!
Мы перешли к компьютеру, я подсоединилась и свернула аську, на случай, если кому-то из звезд вздумается поделиться информацией, написанной обо мне на стенах туалета. Напечатала в окне поисковика «Иона Кисслер» и нажала клавишу «Ввод».
— Ты печатаешь двумя пальцами, — заметил Дилан.
— Ну и что?
Мне снова захотелось его треснуть. С тех пор как я сквозь зубы объяснила Дилану, что его аура спасает меня от стертого, он стал еще несносней и жутко действовал мне на нервы.
Дилан не ответил, потому что как раз в этот момент на экран выскочили результаты поиска, и мы погрузились в чтение. Там была статья из местной газеты о том, как мистер Кисслер получил премию округа за отличную работу в школе, еще статья про волонтерскую программу в местной больнице и полным-полно информации о женщине по имени Иона Кисслер, которая жила в Северной Каролине и играла на флейте.
— И кто только додумался назвать маленькую девочку Ионой? — удивилась я.
Дилан щелкнул по ссылке.
— Видимо, мистер и миссис Сэм Кисслер из Парк-Мидоу в Северной Каролине. Наверное, семейное имя.
— Иона? — с сомнением спросила я. Он пожал плечами и вернулся к результатам поиска.
— С ним же случилось какое-то несчастье, разве нет? — раздумывала я, чувствуя, что поиски толком еще не начались, а я уже устала.
Снисходительно поглядев на меня, Дилан напечатал слово «несчастье» рядом с именем Кисслера. Ничего не вышло.
— Надо же, у Кисслера нет он-лайн дневника, в котором он признается в совершенных преступлениях, — прокомментировал он.
— Заткнись, — проворчала я.
Аська заморгала, сообщая, что получено какое-то сообщение, однако я не стала отвлекаться.
— Попробуй набрать «смерть», — велела я.
Дилан послушался, и я хмыкнула, глядя, как он набивает текст всеми десятью пальцами. Лекси молча сидела рядом, и я буквально ощутила, как она старается что-нибудь предсказать или увидеть на расстоянии.
Выскочила та же самая статья о местной больнице. Не дожидаясь Дилана, я перегнулась через него и кликнула мышкой по ссылке. Когда статья появилась на экране, Дилан скептически закатил глаза.
— Здесь только о том, какой он прекрасный, да как помогает в больнице. Пример для всех и каждого, — проворчал он.
— Давно? — спросила Лекси и даже губу прикусила от напряжения.
Интересно, к чему она ведет?
— А? — неожиданным баском переспросил Дилан.
— Давно он работает волонтером? — повторила Лекси.
— С тех пор как здесь поселился, — ответил Дилан. Мы с Лекси молча смотрели на него, ожидая продолжения. — Года три, наверное, — пояснил он.
Лекси задумчиво намотала на палец прядь волос.
— И что тогда творилось в больнице?
— Болезни, — ответил Дилан. — Ну и хирургия, переливание крови, все такое прочее.
— Переливание! Крови... — прошептала я. — Ты думаешь, он — вампир?
— Что это за вампир такой — расхаживает на солнце среди бела дня и помогает в больнице? — усомнилась Лекси. — Нет, вряд ли.
Да, действительно, и впрямь глупо. Дилан, на удивление легко признавший Взгляд, теперь смотрел на меня так, будто я предложила зажарить его ручного козленка. Я тряхнула головой и сердито напомнила себе, что в Оклахоме не держат ручных козлят.
— У тебя ведь нет козленка? — не сдержавшись, спросила я.
— Нет, — сухо ответил он.
— А если ваш математик такой злодей, почему он работает в больнице? — не унималась Лекси.
Не дает ей покоя эта больница.
— Чтобы запудрить людям мозги, прикинуться отзывчивым, — предположила я.
— Может быть, — согласилась Лекси, но как-то неуверенно.
— Пациенты беззащитны, — сказал Дилан, и глаза его потемнели. — А вдруг он как-нибудь питается их болью, вот и пасется около своих жертв?
Лекси покачала головой.
— Не думаю. Тут что-то другое.
Я вдруг удивилась — чего это мы с Диланом так внимательно слушаем тринадцатилетнюю пигалицу? — но тут же забыла об этом.
— Может быть, ему нужны не все пациенты? — предположила я. — Может, только некоторые?
Лекси кивнула.
— И не сейчас, — сказала она. — А тогда, когда он только начал работать.
Я разочарованно вздохнула. Не приведут ни к чему наши гадания.
— Мы ведь не можем проверить всех, кто лечился там последние три года.
Мы посидели в молчании, я совершенно автоматически полезла проверить аську.
— И кто такой Сын__Волны? — насмешливо спросил Дилан.
— Никто, — ответила я.
Потому что это был Пол. Я посмотрела на часы. Здесь половина шестого, а значит, в Калифорнии только-только закончился учебный день.
— Скоро приду, — сообщила я и пошла искать мамин сотовый — там тариф позволял звонить по всей стране без доплаты.
  
— Конечно, — хором сказали мне вслед Лекси и Дилан.
Интересно, когда это они успели так спеться? Кто бы мог подумать, что моя сестра-болтушка и самый главный молчун города так хорошо поймут друг друга?