Слёзы Эрии (СИ)

— Правильный выбор, — губы Ария растянулись в лукавой улыбке. — Зачем резать и без того израненные ручки, когда мы уже знаем кто ты?
Мое сердце встрепыхнулось, словно израненная птица. Я попыталась спрятать перевязанные серыми лентами ладони за спину, но Арий ловко поймал меня за запястье и поднял руку. Я пискнула от страха, попыталась вырваться, но парень держал крепко, не оставляя шанса.
— Значит это и правда была ты, — удовлетворенно произнес Арий, изучая взглядом серебряную цепочку с нанизанными бусинками Слез, и весело усмехнулся. — А я ведь почти поверил, что всему виной неудачные эксперименты студентов с магией. Эти ребята частенько наводят переполох в городе, но еще никогда не связывались с первородной Силой. И меня очень удивило, когда сегодня утром трое второкурсников покаялись в своей вине перед Коллегией.
Указательным пальцем свободной руки, он провел пальцем по зачарованным кристаллам, не сводя при этом с меня взгляда:
— На твоем месте я бы спрятал этот браслет от чужих глаз, он буквально кричит: «посмотрите на меня, я Зверь из ваших кошмаров!».
— Отпусти! — набравшись храбрости, прорычала я.
Арий криво улыбнулся, хватка ослабла, но прежде чем я успела вырвать руку, улыбка резко сползла с его лица, пальцы еще крепче впились в запястье, сжимая его до боли, а меж бровей пролегла хмурая морщинка. Он смотрел на меня так, словно видел впервые и не узнавал.
— Отпусти! — повторила я.
Я отчаянно дернула руку, решив, что мне хватит сил бороться, но запястье пронзило острой болью. Арий застыл будто каменное изваяние, прожигая меня взглядом, от которого в жилах стыла кровь.
Звать на помощь не было смысла, никто бы не услышал моего крика в этой части библиотеки. Я оказалась беззащитна перед лицом опасности и даже Эспер не спешил вмешиваться, молча наблюдая за происходящим моими глазами, — я чувствовала его напряженное внимание на задворках сознания. Зверь был где-то неподалёку, скрывался в вентиляционных туннелях Академии и выжидал, пока я дрожала от страха, злилась на собственную беспомощность и бездействие тамиру. Но несмотря на это именно разум Эспера казался мне сейчас самым надежным убежищем. Я потянулась к его звериной сущности, ощущая прилив новой, небывалой уверенности и силы, и совершенно не замечая, как тону в ней.
Я больше не чувствовала боли в запястье и всепоглощающего страха, не видела перед собой напряженного взгляда Ария. Все мое внимание было сосредоточенно на его шее, там, где в так сердцебиению пульсировала жилка под светлой кожей, я знала какой тонкой она была, как легко в нее вопьются острые клыки и как приторно-сладок вкус горячий крови. И я знала, что смогу себя защитить.
Я вновь попыталась выдернуть руку, — безуспешно, — и тут же бросилась в атаку. Но Арий неожиданно отпустил мое запястье, уклонился в сторону и свободной рукой отвесил мне звонкую пощечину. Щеку обожгло, я ощутила вкус крови собственной в прокушенной губе.
Боль отрезвила меня. Вновь вернула мое сознание обратно в слабое, беззащитное человеческой тело. Сердце неистово колотилось в груди от осознания произошедшего: я едва не вцепилась зубами в шею человека, подобно дикому зверю.
Подобно Эсперу.
— Откуда в тебе столько злости, пташка? — ошеломленно произнес Арий.
Не задумываясь, я оттолкнула его и бросилась прочь, не разбирая дороги. Мне хотелось сбежать, как можно дальше, забиться в темный чулан и спрятаться о самой себя и той жажды крови, которую в меня вселяла связь с тамиру. Эспер, удивлённый и напуганный произошедшим не меньше моего, пытался возвести, между нами, стену, но я всё еще не могла его отпустить. Наши разумы сплетались в тугой клубок, будто сцепившиеся в схватке змеи.
❊ ❊ ❊
Страх и злость кипели в моей груди, будто столкнувшиеся морские волны. Они с грохотом разбивались друг о друга и тут же сливались в единое целое. Эспер безуспешно пытался взять контроль над моими эмоциями и успокоить. Но очередной после неудачной попытки тамиру оттолкнул меня, пока я вновь не увязла в его инстинктах.
 
Пролетев через широкий коридор, я ворвалась в просторную дамскую уборную, едва не поскользнувшись на кафельном полу, и в этот самый миг познала магию зачарованных Велизаром Омьеном Слёз. Мои эмоции подошли к той самой грани, когда Сила Зверя готова была вырваться наружу, и в этот момент руку пронзила острая боль, словно сотни ледяных иголок впились под кожу и медленно прокладывали свой путь вверх по предплечью. Вены набухли от напряжения и под кожей затеплился тусклый бирюзовый свет.
Я прижала руку к груди и обессиленно рухнула на колени. Боль привела меня в чувство, и какое-то время я не ощущала ничего кроме нее.
«Больше не делай так, не пытайся спрятаться в моем разуме», — недовольно произнес Эспер.
«Я не хотела», — виновато пролепетала я.
В ответ тамиру ласково коснулся моего разума, обволакивая теплом. Я закрыла глаза и позволила ему хозяйничать в моей голове. Меня наполнило приятным спокойствием. Носа коснулся запах сырой земли и свежескошенной травы, который окутывал зверя, а на оголённые лодыжи опустился пушистый мягкий хвост, будто нас с Эспером не разделяли коридоры и стены, и тамиру был рядом, свернувшись вокруг кольцом, оберегая меня от внешнего мира и тревог.
❊ ❊ ❊
Не знаю как долго я просидела в уборной, разглядывая разноцветное пятно света, проникающего в высокое арочное окно. Лучи струились сквозь витраж, изображающий исполинского ворона, распростершего крылья над бескрайней долиной и наполовину заслонившего высоко повисшее солнце. Золотистый свет разливался по ряду запертых кабинок, в то время как зеленый и темно-синий стелились по белой плитке словно ковер.
Вскоре в коридоре послышались нарастающие голоса — занятия закончились, студенты покидали лекционные залы, — и я поспешила уйти. Толпа студентов душила. Я чувствовала на себе любопытные взгляды тех, кто задавался вопросом: что в закрытом крыле забыла девчонка, не принадлежащая к числу учеников и не облаченная в мантию. Другие же изучали меня более пристально и в их взгляде читалось подозрение, от чего я не сомневалась — они видели мою ауру и знали, что я не принадлежу их миру.
Я свернула на очередном повороте коридора и едва не столкнулась с низкорослым полным мужчиной. Я вовремя отпрянула назад, а он удивленно поправил съехавшие на кончик приплюснутого носа очки. Почти сразу же я узнала его маленькие прищуренные глазки, которые смотрели с подозрением и жгучим интересом.
За спиной графа Роу возвышался худощавый мужчина, облаченный в длинную черную мантию с вышитой на груди эмблемой Коллегии, — точно такие же крылья красовались и на пиджаке графа.
— О, милая леди, — граф попытался выдавить из себя обворожительную улыбку, но от получившегося оскала по моей спине пробежали мурашки, — не ожидал вас встретить в этом месте. Что вы здесь делаете?
— Я… — подбирая подходящие слова, я махнула рукой в сторону коридора, откуда только что появилась, — я была в библиотеке.
— Изучаете наш мир в обмен на рассказы о своем, что ж справедливо. А знаете, я бы с радостью послушал пару историй о вашем мире.
Граф Роу дружески коснулся моего плеча, но я отдернула руку, будто от удара током. Лицо мужчины резко переменилось: улыбка исчезла, брови нахмурились, а маленькие глазки прожигали, словно пытались заглянуть в душу. Я сжалась, боясь ощутить колючее прикосновение чужого разума, но, к счастью, ничего не произошло.
— Знаете, какой вопрос не дает мне покоя в последнее время? — граф вновь поправил сползающие очки. — Почему гостья Артура Моорэт не живет в его доме?
По моей спине пробежал холодок.
— Потому что Лукреция Моорэт и думать не желает о том, чтобы в доме жила такая очаровательная гостья, — раздался голос за моей спиной и на плечо по-хозяйски опустилась рука Ария, пригвоздившая меня к месту. — Переживает, что я не устою. Да и как тут устоять, верно?