Влад Талтош. Том 3. Орка. Дракон. Иссола
– Кто мог его послать? – Я не был уверен, что голос принадлежит Лофтису.
– Не говори чепухи. – А вот это точно Лофтис.
– Ты утверждаешь, что это дело рук Свечи?
– Во-первых, Домм, в моем присутствии изволь с подобающим уважением говорить о ее величестве.
– О, прошу простить меня за то, что мои ноги коснулись земли.
– Во-вторых, нет. Я хочу сказать, что мы не имеем ни малейшего представления о том, кто его послал, и если мы собираемся выяснить…
– А мы собираемся.
– …То нам следует сохранять осторожность. И получить ответы на интересующие нас вопросы.
– Он вполне мог дать настоящий адрес.
– Конечно. С тем же успехом он может оказаться королем острова Элде. Ты будешь следить за ним, Домм. И постарайся, чтобы он тебя не засек.
– Ты готов отдать мне письменный приказ, ЛЕЙТЕНАНТ?
– А ты готов проглотить девять дюймов стали, ЛЕЙТЕНАНТ?
– Не дави на меня, Лофтис.
– Или можем скинуть все проблемы Папе-коту, и пусть он решает, что нам делать дальше. Хочешь? Как ты думаешь, что он нам скажет?
– А вдруг он подумает, что это была твоя идея?
– Конечно. Давай. Я уверен, он тебе поверит. Можешь не сомневаться – клянусь сосками Вирры, – я выйду из игры, как только у меня появится подходящий повод. Так что давай. Мои возражения изложены на бумаге, Домм. А как насчет тебя? Или ты просто пожмешь плечами и скажешь: «Звучит забавно»? Что ж, действуй.
– Лейтенант, сударь, со всем уважением, но вы меня утомили.
– Круто. Ты получил приказ, господин лейтенант. Выполняй.
– Ладно, ладно. Ты же знаешь, как я люблю подобные задания, и мне известно, что тебе плевать на мои желания. Я подожду конца разговора, а потом прослежу за ним. Взять поддержку?
– Да. Используй Тиммер, у нее прекрасные навыки слежки. К тому же за то время, что мы здесь находимся, она и задницей не пошевелила.
– Хорошо. Какие указания дать Птенцу по поводу разговора с клиентом?
– Играть в открытую. Посмотрим, что у него есть, и пусть колокол все время звенит.
– Что?
– Битва у Мокрой Пристани, Домм. Десятый Цикл, начало правления Дома Дракона. Пограничные стычки между двумя лиорнами из-за прав на…
– О, очень ценные сведения, Лофтис, и исключительно к месту. Благодарю. Почему бы тебе не отказаться от экскурсов в историю и невнятных намеков и просто не объяснить мне, что передать Птенцу.
– Я хочу, чтобы Птенец заставил его говорить и извлек необходимую нам информацию.
– А если у него ничего не выйдет?
– Что ж, тогда мы поработаем.
– Хорошо.
– Признай, это все же лучше, чем сидеть здесь день за днем и делать вид, будто мы ведем расследование. Теперь у нас хотя бы появилось занятие.
– Наверное. Ты не возражаешь, если я переведу его в начало очереди, чтобы не пришлось ждать до вечера?
– Возражаю. Нам нельзя вызывать у него подозрений. Но ты можешь поставить его перед теклой.
– Ладно. Кстати, Лофтис.
– Да?
– Ты никогда не спрашивал себя: почему?
– Почему – что? Почему нам дали такой приказ?
– Угу.
– Просто смешно. В последние две недели я только и делаю, что задаю себе этот вопрос.
– Так-так.
Они замолчали. Я поднял голову, вернул Камень Феникса на шею и не стал оборачиваться, когда из кабинета вышел незнакомый мне человек, направившийся по коридору мимо меня. Чуть позже он вернулся. Я посмотрел на него, как и все остальные посетители, которые ждали своей очереди, но он не удостоил меня взглядом. Я пришел к выводу, что это Домм, и мое мнение о нем изменилось к лучшему – совсем не просто удержаться даже от короткого взгляда на человека, за которым тебе очень скоро предстоит следить. У меня появилось неприятное ощущение, что я имею дело с профессионалами.
Я сидел и прикидывал, не убраться ли восвояси прямо сейчас – и тогда мне не придется беспокоиться о хвосте, а им будет о чем подумать. Или все же следует подождать и побеседовать с ними в надежде получить дополнительную информацию? Я решил рискнуть, поскольку теперь знал, что у них на уме. Кроме того, у меня возникло предчувствие, что мне удастся выяснить что-нибудь важное. Хорошо, что Домм не понял значения фразы «пусть колокол все время звенит», – спрашивать у Лофтиса самому было бы с моей стороны нетактично.
Кто-то еще вошел в комнату, в которой я только что побывал, через несколько секунд он вернулся и устроился на соседнем со мной стуле. Мы молчали. Никто из посетителей не встречался друг с другом взглядом. Около часа я сидел и пытался придумать подходящую историю, чтобы угостить ею следователей. Время шло, а волнение не проходило.
Когда наконец в коридоре прозвучало имя «Калдор», я даже не сразу сообразил, что вызывают меня. Я говорил тебе, Киера, что не создан для обмана. Однако молча встал и шаркающей походкой направился в кабинет, стараясь делать большие шаги – должно быть, весьма забавно выглядевшие со стороны. Внутри сидел молодой лиорн, который производил впечатление человека, знающего свое дело. В последнее время мне пришлось видеть немало письменных столов – я даже начал немного скучать по собственному. Уж не знаю почему, но письменный стол придает человеку чувство уверенности. Быть может, все дело в том, что посетитель не знает, что находится внутри стола; а ведь его содержимое может оказаться пострашнее гнезда йенди.
Лиорн жестом предложил мне сесть на очередной деревянный стул – если подумать, то и в стульях есть свой скрытый смысл.
– Меня зовут барон Гнездовор. Вы Калдор?
Гнездовор? Птенец. Однако я даже не улыбнулся.
– Да, господин.
– Дом номер три по Змеиному Кольцу?
– Номер шесть, господин. – Ха! Тут он меня не поймал.
– Верно, извините. Вы пришли сюда по собственной воле?
– Да, господин.
– Почему?
– Господин?
– Что вас сюда привело?
– Расследование, господин. У меня имеется информация.
– Понятно. Вы располагаете сведениями о смерти Фиреса?
– Да, господин.
Он изучающе посмотрел на меня, но ему было далеко до Лофтиса. Конечно, я ему этого не сказал, чтобы не оскорблять его чувства.
– И какую же информацию вы намерены нам сообщить?
– Видите ли, господин, после работы…
– А кем вы работаете, Калдор?
– Я чиню вещи, милорд. Ну, штопаю одежду, иногда вожусь с кастрюлями и сковородками, вот только у меня украли инструменты, я даже подал заявление в Гвардию. Еще я зашиваю паруса для моряков или…
– Да, я понял. Продолжайте.
– Я знаю, что вы не станете разыскивать мои инструменты, у вас совсем другая должность.
– Именно. Продолжайте.
– Продолжать?
– После работы…
– О, правильно. Так вот, после работы, в те дни, когда она у меня есть, я люблю посидеть в «Устье». Вы знаете, где это?
– Я могу выяснить.
– О, это недалеко. Нужно пройти по Верховой, а потом свернуть…
– Да-да. Продолжайте.
– Хорошо, милорд. Итак, я как раз пропустил стаканчик хорошего эля…
– Когда?
– В прошлую рыночницу, милорд.
– Очень хорошо.
– Ну, я хорошенько выпил, поскольку в тот день начал немного пораньше, и комната принялась раскачиваться у меня перед глазами – знаете, как бывает, когда принимаешь на грудь больше, чем следовало бы?
– Да. Вы напились.
– Вы правы, господин. Я набрался. Комната вертелась, точно спятила… а потом я заснул.
– Отключились.
– Да, господин.
– И что же?
– Господин?
– Продолжайте рассказ.
– О да, господин. Должно быть, я проспал пять или шесть часов. Проснулся я оттого, что мне захотелось облегчиться – вы меня понимаете? – и был уже совсем не так сильно пьян, как раньше. Оказалось, что я лежу на скамье, у них специально установлено несколько таких скамеек в задней части зала, а в заведении почти пусто – там оставались только Милашка, хозяйка, которая мыла столик у противоположной стены, я и еще два джентльмена, которые негромко беседовали друг с другом. Но я слышал их разговор, понимаете, сударь? Стало уже довольно темно, я лежал неподвижно, наверное, они даже не подозревали о моем присутствии.