Влад Талтош. Том 3. Орка. Дракон. Иссола
– Вам уже встречались аналогичные случаи?
– Ты спрашиваешь, лечила ли я людей, которые так глубоко ушли в себя, что потеряли связь с окружающей действительностью? Да, нескольких. Некоторые были даже в худшем состоянии, чем Савн.
– Вам удалось им помочь?
– Двоих я сумела вылечить. Троих – нет, – ее голос оставался невозмутимым.
Получалось, что шансов на благоприятный исход совсем немного. С другой стороны, можно надеяться, что как раз сейчас она, вопреки прежним неудачам, сумеет добиться успеха. Впрочем, меня продолжали мучить сомнения. Поэтому я спросила:
– А как вы действуете обычно?
– Я стараюсь выяснить причину болезни. Потом излечиваю физические травмы, полученные моими пациентами. После чего, когда мне кажется, что они уже готовы, я отправляюсь вместе с ними в путешествие по снам.
– Понятно.
– Тебе известно, что такое путешествие по снам?
– Да. И какого рода сны вы выбираете для таких прогулок?
– Я пытаюсь вновь подвести их к моменту, явившемуся причиной ситуации, из которой они теперь не могут выйти, и дать возможность принять другое решение.
– И в тех трех случаях вы не смогли добиться положительного результата?
– Нет. Но в одном из них я слишком мало знала, когда уходила в сны.
– Судя по вашим словам, этот метод весьма опасен.
– Очень. Я чуть не сошла с ума, а пациенту стало хуже. Он разучился есть и пить, даже с посторонней помощью, и вскоре умер.
Я постаралась ничем не выдать своих чувств, хотя это далось мне нелегко. Какая ужасная смерть – и с какими страшными мыслями приходится жить человеку, пытающемуся бороться с недугом.
– А что явилось причиной болезни?
– Моего пациента жестоко избили грабители.
– Понятно. – Я с трудом удержалась от очевидного вопроса. С такими вещами трудно потом жить.
– На мою долю пришлось гораздо меньше страданий, чем на его.
– Вовсе не обязательно, – возразила я, вспомнив о Водопадах Смерти.
– Возможно, ты права.
– В любом случае я понимаю, почему вы так тщательно готовитесь.
– Да.
Она подошла к Савну и снова села рядом с ним, взяла за плечи и заглянула в глаза. После паузы Гудфрьяанси сказала:
– Мне кажется, что за этой маской прячется очень милый юноша. Наверное, он бы тебе понравился.
– Может быть, – ответила я. – Мне нравятся многие люди.
– Даже те, у которых ты воруешь?
– Особенно те, у которых я ворую.
Она даже не улыбнулась.
– Почему ты уверена, что я не напишу на тебя донос?
Вопрос меня изрядно удивил.
– А вы собираетесь написать? – спросила я.
– Не исключено.
– Тогда вам не следовало ставить меня в известность.
Она покачала головой.
– Но ты же не убийца, – заявила она.
– Вы уверены?
– Да. А вот твой приятель, выходец с Востока, – он убийца.
Я пожала плечами.
– И что вы сообщите в своем доносе? Что я воровка? Чиновники Империи об этом знают. Что я что-то украла? Они спросят, что именно. Вы можете рассказать им обо всем, что знаете. Но к тому времени Влад надежно спрячет бумаги или даже вернет на место. Что дальше? Вы думаете, они будут вам благодарны?
Она бросила на меня свирепый взгляд.
– На самом деле я не собиралась писать донос.
Я кивнула.
Через несколько минут Гудфрьяанси сказала:
– Ты знакома с выходцем с Востока совсем мало – их жизнь коротка. Однако ты относишься к нему как к другу.
– Он мой друг.
– Почему?
– Он тоже не смог бы ответить на ваш вопрос, – сказала я.
– Но…
– Иными словами, вас интересует, сумеет ли он выполнить свое обещание, – предположила я.
– И станет ли это делать, – не стала со мной спорить Гудфрьяанси.
– Полагаю, да. Он умеет складывать головоломки. В любом случае попытается. Более того, зная Влада…
– Да?
– Не исключено, что он будет так сильно стараться выполнить поставленную задачу, что может забыть о собственной безопасности.
Она не нашлась, что сказать в ответ, и снова обратила все свое внимание на Савна. Размышлять о Савне было бесполезно, а мысли о возможной гибели Влада мне нравились еще меньше, поэтому я решила прогуляться. Малыш составил мне компанию – то ли потому, что я ему нравилась, то ли из-за того, что он мне не доверял и предпочитал за мной присматривать.
В любом случае – хороший пес.
* * *К тому времени, когда мы вернулись, уже начало темнеть, а за кухонным столом сидел Влад. На его левом предплечье красовалась повязка, а кроме того, он сбрил усы. Уж не знаю, что меня удивило больше. Наверное, все-таки отсутствие усов.
Повязка пропиталась кровью, но Влад не казался ослабевшим и не обращал внимания на рану. Малыш прыгал вокруг него, приглашая поиграть, принюхивался к ране и явно обиделся, когда Влад слегка отпихнул его. Лойош наблюдал за ними с некоторым пренебрежением, если, конечно, я в состоянии понять образ мышления джарега.
Влад заметил, что я смотрю на него, и заявил:
– Не беспокойся, заживет.
– Похоже, ты занимался чем-то серьезным.
– Совершенно верно.
– Давно вернулся? – поинтересовалась я.
– Полчаса назад, не больше.
– Узнал что-нибудь новенькое?
– Да.
Я села за стол напротив Влада. Савн лежал на полу. Старуха сидела рядом с ним и наблюдала за нами.
– Начнем с самого начала?
– Сперва мне нужно выпить стакан воды.
Старуха хотела встать, но я жестом остановила ее. Выйдя на улицу, подошла к колодцу, наполнила водой кувшин и вернулась в дом. Влад выпил полную чашку.
– Хочешь еще? – спросила я.
– Пожалуйста.
Я принесла ему вторую чашку. Он сделал несколько больших глотков, вытер рот тыльной стороной ладони и кивнул мне.
– Ну? – нетерпеливо спросила я.
Он пожал плечами.
– Ты уже рассказала, как все началось.
– Продолжай.
– Полная бессмыслица, – проворчал Влад.
– Ты уже говорил. Но что именно?
Влад нахмурился:
– Киера, ты когда-нибудь занималась расследованием гибели человека – пыталась определить причину смерти?
– Нет, такого опыта у меня нет. А у тебя?
– Тоже, но мне приходилось иметь отношение к нескольким делам подобного рода, если ты понимаешь, о чем я говорю.
– Понимаю. И представляю себе, как проводятся расследования. – Я пожала плечами. – К чему ты ведешь?
– Сколько времени необходимо, чтобы выяснить, что смерть не является насильственной?
– То есть что человека не убивали?
– Да.
– Не знаю. Тут многое зависит от трупа…
– Если имело место убийство, то на расследование уходит день, в крайнем случае два.
– Ну да, но чтобы доказать, что человек умер своей смертью…
– Именно.
– Необходимо провести тщательное расследование.
– Да. Очень тщательное. В обязанности следователей входит доскональное изучение всех обстоятельств и деталей – как если бы он был человеком, которого хотели убить, или у них вызвало бы подозрение время смерти, или…
– То есть именно тех неясностей и темных мест, которые имеются в случае Фиреса.
– Да. Смерть Фиреса у многих вызвала сомнения и вопросы. Если бы ты оказалась на месте старшего следователя, разве ты не проверила бы все несколько раз, прежде чем отсылать рапорт, в котором говорится, что Фирес умер от несчастного случая, никак не связанного со злым умыслом какого-нибудь человека?
– На что ты намекаешь?
– Твой друг джарег сказал: следователи Империи установили, что Фирес умер от несчастного случая.
– И?..
– Когда умер Фирес?
– Несколько недель назад.
– Именно. Несколько недель назад. Киера, они не могли так быстро решить задачу. Только в том случае, если Фирес умер насильственной смертью, у них появился бы шанс написать исчерпывающий отчет за такой короткий промежуток времени.
– Теперь я поняла. И к какому выводу ты приходишь?
– Либо твой друг Булыжник тебе солгал, либо…
– Либо кто-то солгал Булыжнику.