Душа в обмен на душу (СИ)

— Н-да, — брякнула невесело. — А Губарёв избавился от дома, чуть только вступил в наследство…
— А тут Степан подсобил и выяснил, что Губарёв на вырученные деньги купил дачку поскромнее и пару квартир. И, уверен, весьма доволен своим решением, потому как бабки ещё и остались. Кстати, он же выяснил, кто соседствовал с Губарёвой, есть адресок, можно скататься завтра, то есть, уже сегодня.
  
— У меня сделка утром, а вечером — показ, — вздохнула, вспомнив, что я, вообще-то, пока не безработная.
— А, точняк, у меня тоже что-то было… Охренеть, вообще всё из головы вылетело, весь день на телефоне, хоть профессию меняй.
— Я ж извинилась… — вздохнула шумно.
— Вообще-то, нет, — заметил язвительно. — Ты сказала, что больше так не будешь.
— Одно и то же, — отмахнулась, а он прыснул:
— Да херушки. Ты проштрафилась по полной и ответишь за это. Тоже по полной.
— Так, что там у нас получается? — ввернула деловито и совершенно не в тему. — Что Губарёв, что Васнецовы, что Лунев о подвале знали, только он им как собаке пятая нога?
— Лунев точно, остальные — гипотетически, но, с выводом согласен — не всрался, один гемор. А вот что там дальше началось за мракобесие…
— Есть мысли, но надо проверить… — пробормотала задумчиво и шумно зевнула.
— Так и знал, что до клада на дойдём, — засмеялся тихо. — Давай спать, Манюх.
— Давай, — вздохнула, поняв, что мозг ворочается с большим трудом.
— Пообедаем завтра? — только собралась ответить, как он добавил своим коронным грудным голосом: — И это свидание.
— Очередное паршивое? — уточнила игриво.
— Обижаешь! — фыркнул возмущённо. — Худшее второе свидание, которое у тебя было.
— Тогда я согласна, — ответила быстро и ещё быстрее нажала отбой, глупо улыбаясь.
  
6
 
В банк я едва не опоздала, чудовищно долго собираясь, готовясь к предстоящей встрече с Вороновым. Влетела на шпильках, в неуместном, но таком романтичном розовом платьишке, с горящими глазами и шлейфом духов, нашла среди потных и злых клиентов банка своих, проводила в отдельную комнату и раздала по пакету документов для ознакомления, украдкой выскочив за дверь и набрав Мишу.
— Доброе утро, принцесса, — ответил со смешком.
— Ага, — буркнула, чувствуя, как щёки наливаются румянцем.
— Выглядишь, как феечка, которой подрезали крылышки и она свалилась в кучу навоза, — продолжил потешаться, а я завертела головой, выискивая его ехидную рожу. — Я прямо за тобой, — сказал зловещим шёпотом.
Резко обернулась, а этот гад заржал.
По смеху совершенно с другой стороны поняла, что он спрятался за углом, стиснула зубы, сдвину брови к переносице и нажала отбой, до кучи ещё и скрестив руки под грудью.
— Манюх, не подпирай, и без того видно больше, чем я могу вынести, — вздохнул, встав со спины и склонив голову, утопая взглядом в моём декольте.
— Феечка в навозе? — уточнила язвительно, повернув голову и почти столкнувшись с ним лбами.
— Феечка же, — ответил, озорно сверкая глазами исподлобья, — ты не виновата, это окружение подвело.
— Придурок, — буркнула недовольно и вернулась к клиентам.
«Как зефирка, аж зубы заныли» — прислал ещё и сообщение вдогонку.
«Продолжай и худшее свидание закончится, не успев начаться!» — отвечаю злорадно.
«Ты прекрасна» — присылает тут же.
«Это платье тебе очень идёт» — ещё одно следом.
«Немного меньше, чем футболка на голое тело, но мне всё равно нравится» — продолжает бомбить сообщениями.
— Мария, Вы не могли бы отключить звук? — делает мне замечание клиент раздражённым голосом.
— Разумеется, — отвечаю сдержано.
«В два?» — уточняет Миша.
«В два» — пишу быстро и убираю мобильный, провозившись в банке до трёх.
Вываливаюсь на улицу, обмахиваясь ладонью, и вижу унылого Воронова.
— Мне надо отъехать на пару часов, — говорит кисло. — Прости, это не было запланировано, но важно.
— Конечно, — выдавливаю из себя улыбку, но разочарования скрыть не получается.
Воронов делает шаг навстречу, пытаясь взять меня за руку, но я завожу обе за спину как обиженный ребёнок.
— Ну да, мой косяк… — бормочет себе под нос. — Извини.
— Ерунда, — отмахиваюсь, поднимаю ладонь, прощаясь, и тороплюсь к машине, пытаясь не уронить на асфальт надувшуюся нижнюю губу.
— Мария Александровна! — слышу самодовольный голос Владимира.
Морщусь, оборачиваюсь.
— День добрый, — отвечаю вежливо, когда он подходит вразвалку.
Краем глаза вижу, как Воронов, сжав кулаки, идёт к своей машине.
— Чего не звоним, не пишем, новостями не делимся? — уточняет нараспев Владимир. — В моём будущем доме очередной трупак, а я через десятые руки узнаю… неприятно.
— Послушайте, мой клиент, в первую очередь, владелец дома…
— Это типа ты кто такой, чтоб я перед тобой оправдывалась? — уточняет сквозь зубы, сверля меня взглядом.
— Не так грубо, но мысль логичная и разумная, не находите?
Тяжеловато, однако, быть пушистым розовым облачком и дерзить в лицо здоровому мужику, не обременённому моралью.
— Довыпендриваешься, риелторша… — смеётся подло и резко меняется в лице, глядя на меня чуть ли не с ненавистью. — Ещё раз выставишь меня идиотом — пожалеешь. Это ясно?
— И в мыслях ничего подобного не держала, — отвечаю серьёзно, делая осторожный шажок назад. У этого мужика со здравым смыслом определённо проблемы.
— Дом должен достаться мне. Как хочешь организуй.
— Это не мне решать… — начинаю строгим тоном, но он перебивает:
— Как хочешь. Впрочем, можешь выбрать — дом или ты.
Ухмыляется ехидно, разворачивается и возвращается в банк, насвистывая неизменный весёлый мотивчик. Что за идиотская привычка?
— Никаких больше сделок в этом банке… — ворчу, торопливо садясь в машину.
Хватаю ежедневник, листаю и понимаю, что данное себе же обещание будет крайне затруднительно сдержать: назначено ещё две сделки на следующую неделю, перенести которые уже не получится. Только отменять, а делать этого, по понятным причинам, не хочется.
— Ещё две сделки и всё, — режу спёртый воздух салона авто своим решительным голосом, приоткрываю окно и трогаюсь с места.
Но что он имел ввиду, говоря, что я выставила его идиотом? Очень странно… Не помешало бы позвонить Степану, но, я лишь дала ему свою визитку, а вот его номер так и не узнала…
— Время как раз для неудачного свидания, — бормочу недовольно и рулю в ресторан.
Господина Сурикова я увидела сразу. Полупустой бокал шампанского в руке, разнузданная поза, блуждающий от столика к столику взгляд и презренное выражение лица. Однако, его красивое лицо озаряет идеальная улыбка, едва он замечает меня. В какой-то степени даже приятно. И немного льстит. Самую малость.
— Мария! — восклицает, подскакивая и протягивая ко мне обе руки, едва я подхожу и встаю рядом с его столиком. — Рад встрече! Решили пообедать?
— Если честно, я искала Вас… — отвечаю туманно и опускаю взгляд. — По делу, разумеется…
— Само собой, — хмыкает, хватая мою руку и поднимая в двух своих, поднося у губам, чувственно целуя.
Блин, мужик… ну вот откуда тебе знать, где эта самая рука была пару минут назад? Ну, в самом деле, мы что, в средневековье?
— Прошу Вас, присаживайтесь, — подхалимничает с намёком на галантность, но плюхается на свой стул, не догадавшись отодвинуть мне мой. Андрея на него нет, поучил бы манерам…
— Благодарю, — отвечаю с улыбкой, вешаю сумку на спинку стула, сажусь. — Итак, о деле…
— Маша, — перебивает томным голосом. — Я могу Вас так называть?
— Как Вам будет удобно, — отвечаю между делом, — так вот…
  
— Маша, давайте на «ты»? — вновь перебивает, а я начинаю раздражаться, мимоходом гадая, как Воронов это терпит, но улыбаюсь:
— Давай. Степан…
— Можно просто Стёпа.
«О, как мило, — кривлюсь мысленно, — иди в жопу, Стёпа!».