Душа в обмен на душу (СИ)

Взвизгиваю так громко, что закладывает уши, делаю широкий шаг, рассчитывая быстро переступить преграду, но задеваю носком кроссовка нечто большое, спотыкаясь и падая плашмя сверху.
Барахтаюсь, пытаясь встать, бессвязно мычу, не в силах даже заорать как следует, практически переползаю объект, уже понимая, что это далеко не крыса, но отказываясь верить, что это человек. Наконец мне удаётся отползти немного на четвереньках, я подскакиваю, боюсь головой об потолок, забыв, что он низкий, но даже боли не чувствую, гонимая безотчётным страхом.
  
В дверь, ведущую в подвал под домом, практически влипаю, не ожидая, что достигну её так быстро, дёргаю ручку и влетаю в бетонный короб. Дезориентированная, испуганная, растерянная, но даже не подумавшая о том, что тут меня может ждать куда более неприятный сюрприз. С умными мыслями в тот день вообще было туго.
Верчу головой, вижу слабые очертания стальной лестницы, быстро поднимаюсь, хватаюсь за ручку, опускаю вниз, слышу щелчок, тут же выталкиваю люк и выбираюсь, распластавшись по мрамору полу в попытке унять сердцебиение.
Поднимаю голову, немного отдышавшись, и вижу мужские ноги в ботинках, свисающие со стола, обладатель которых слабо болтает ими.
Плотно сжимаю губы, сдерживая крик, но понимаю, что меня и без того отлично слышно. Встаю на четвереньки и начинаю выползать из-под стола в противоположном ногам направлении. Не успеваю, сдавленно кричу, когда чувствую на своей щиколотке крепкую руку. Прощаюсь с жизнью, когда мужчина дёргает мою ногу к себе.
Вскрикиваю, всхлипываю, на глазах наворачиваются слёзы, мешая обзору, понимаю, что попалась, что в западне, что удрать не получится, и обречённо опускаю голову к рукам, предавшись пустым рыданиям, чтобы хоть куда-то деть скопившееся напряжение и начать соображать.
— Испугалась? — слышу рядом грозный, но такой знакомый голос. — Это хорошо! В следующий раз… — Воронов неожиданно замолкает и бормочет: — А это ещё что?.. Маш? Маш, посмотри на меня!
Его голос срывается, я поднимаю голову, оборачиваюсь и неловко вытираю слёзы, тут же начиная ползти в его сторону.
Воронов вытаскивает меня из-под стола, не в силах дождаться, когда я сделаю это сама, поднимает, вцепившись мёртвой хваткой в плечи, и как-то уж слишком придирчиво оглядывает, с беспокойством и хмурясь.
— Я… там… — бормочу бессвязно, руки к нему тяну.
— Всё хорошо, — отвечает уверенно, одной рукой прижимает к себе, второй достаёт мобильный. — Матюх, здорова. У меня труп, походу, но я пока даже не знаю, человеческий ли.
— Охеренно! — вполне отчётливо слышу ответ. Похоже, он звонит по громкой. — А поточнее можно?
— Судя по кровище на Манюхе — точно не белка, — отвечает хмуро.
— Я в крови?! — взвизгиваю, пытаясь отстраниться, но он прижимает к себе ещё крепче.
— Начальник твой в теме, — вновь говорит Воронов. — Найди его и сюда.
— Куда сюда… — бубнит Матвей недовольно. — Ладно, отбой!
— Миш, я в крови? — шепчу громко, задирая голову и испуганно заглядывая в его глаза.
— Ага, — брякает, тут же натянуто улыбаясь. — Но и я теперь тоже, так что норм… — смотрю с сомнением, а он бубнит, прищурившись на один глаз: — Эт самое, Манюх, я ща кое-чё спрошу…
— Человек, — отвечаю хмуро.
— Да это понятно… — вздыхает тяжело. — Другое надо понять… он… тёплый? Кровища не вот тебе прям свежая, подсохла уже поход, но, мож, без сознания просто?
Передёргиваю плечами от воспоминания, но отвечаю уверенно:
— Холодный.
— Ага, ну и хорошо, — отвечает с улыбкой, которую тут же прячет: — То есть, конечно, ничего хорошего, но это для него. Для нас это значит, что его убийца не сидит где-то поблизости, хотя, вообще-то, не факт, потому как я увидел, как ты спустилась в этот тоннель и сразу пошёл караулить, а дом-то и не проверил… Вообще, очень ты меня огорчила своим игнором, Манюх! Как ножом по сердцу, вот ей-Богу!
— Это тебе туда с такими метафорами, — буркнула, ткнув пальцем в пол.
— Ну, не факт, что ножом, и сильно сомневаюсь, что в сердце… какого хера трубку не брала, а? Блин… мне позвонить надо. И давай без издёвок, я ещё слишком зол, — вновь достаёт телефон и говорит в трубку: — Ма, за час не получится. Я понимаю. Да, знаю. И это тоже я. Ты абсолютно права. Во всём и всегда. На будущее запомнил. Уважительную причину имею. Какую?.. Хм… Марь Санна на труп упала. Ну, как… шла-шла… — переводит взгляд на меня и спрашивает: — Кстати, как ты умудрилась упасть?
— Так я без фонарика там… — буркнула тихо.
— В лаз под домом полезла без фонарика, — нервно смеётся Воронов в трубку, — трындец. Ну, я откуда знаю чей? Кто-то помер. Явно не сам, она в кровище вся. Кстати, я тоже, сунь сменку в почтовый ящик. Да, давай.
— Если б я своей такое рассказала… — бормочу, когда он убирает мобильный в карман.
— Батя-зэк, — пожимает плечами невозмутимо. — А чё без фонарика, Манюх?
— Между прочим, правильно сделала! — говорю наставительно и только собираюсь продолжить, как слышу вой сирен, с каждой секундой всё громче.
— О, ща начнётся… — вздыхает Воронов. — А ничё, шустренько они… козырное, всё-таки, у домика расположение.
Отстраняется, берёт меня за руку и мы вместе идём встречать гостей.
Воронов достаёт мои ключи из своего кармана, открывает ворота, а я смотрю, как они медленно отъезжают, только чтобы не опустить голову и не посмотреть на себя.
Первый из машины вываливается Андрей, подлетает к нам, окидывает меня взглядом и довольно долго и виртуозно отчитывает, абсолютно не стесняясь в выражениях.
— А ты куда смотрел?! — рявкает уже на Воронова, выдохшись.
— Андрюх, — морщится Матвей, подошедший сразу за ним, и кладёт руку ему на плечо.
— Да иди ты! — Андрей нервно ведёт плечом, небрежно стряхивая его руку, и проходит в дом.
— Миш, чёт люди косятся… — говорю тихо, поглядывая на вереницу людей, решившихся выйти из машин после того, как шеф проорался. — Я сильно грязная?
— Ты похожа на стакан томатного сока с водкой, — отвечает со смешком.
Решительно опускаю взгляд, чувствую, как подкатывает дурнота, хочу зажать рот рукой, но на пальцах вижу засохшую кровь. А ведь я лица ими касалась…
— Я пошла… — бормочу чуть слышно, чувствуя, как подкашиваются ноги.
— Ку… куда ты, блин…
Воронов подхватывает меня на руки и я позволяю себе отключиться. Ну их всех…
— Не надо нашатырь, — слышу рык Воронова рядом. — Свали нахер, дел других нет?
— Да без сознания же… — бубнит незнакомый голос.
— Чё, правда? — уточняет Воронов язвительно. — Свали, говорю! Дай отдохнуть человеку.
— Тебе, придурок? — о, муженёк бывший.
— И ты иди нахер. Если б не ты, я бы сам этим дерьмом занимался.
— Вот и занимался бы, какого ляда Машку в подвал отправил?!
— Да кто её… мне что, связать её?! Иди, не ори тут!
— Сам разберусь! Мудила!
— Я чё т не понял, ты на что нарваться пытаешься? — охреневает Воронов. — Или думаешь, если при погонах, то…
— Достали оба! — хриплю, резко открывая глаза.
— Доволен? — язвит Воронов, держа мою голову на своих коленях.
— Ты как? — спрашивает бывший муж хмуро, но заботливо.
— Кто в подвале? — задаю встречный вопрос.
— Да чёрт его знает, — морщится Андрей. — Мужик какой-то. Криминалисты ещё работают, может, повезёт, и он документики прихватил. Три ножевых со спины, истёк кровью. Судя по всему, ещё с ночи там. Одет во всё чёрное… сегодня всё отменяется, дом опечатаем пока расследование идёт. И, имей ввиду, наряд будет дежурить, чтобы не лез никто.
— Блин, — брякаю разочарованно и делаю кислую мину.
— Оладушек, — кривится Воронов сверху. — Давайте к показаниям, нам тут торчать смысла никакого.
  
— Матвей! — зовёт Андрей подмогу. — Возьми у этого показания.
Закатываю глаза и сажусь, с укором глядя на бывшего мужа.
— Чего? — бубнит недовольно, садясь на место Воронова, когда тот отходит. — Он меня бесит. Давай по порядку всё. И на меня смотри.