Тайновидец. Том 3: Украденные сны

Но решил отложить эти мысли до более удобного момента.
Отец снова недовольно поджал губы, но смирился и опустился в кресло для посетителей. Занимать место за столом было бы слишком даже для него.
– Присядь, – буркнул он.
Я опустился в рабочее кресло и удобно откинулся на спинку.
– Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня и Анны, – без предисловий начал отец.
Не самое удачное начало разговора. Отец словно нарочно старался не дать мне возможности проявить терпение.
  
– Вам нужна моя помощь? – прямо спросил я.
На этом наш разговор чуть было не закончился. Пальцы отца напряглись и стиснули ручки кресла. Но он пересилил себя и остался сидеть.
– Да! – чуть было не выкрикнул он. – Теперь ты доволен?
Я равнодушно пожал плечами.
– Не вижу в этом ничего особенного. В семье принято помогать друг другу. Так что у вас случилось?
– Ничего не случилось, – отрезал отец. – В кои-то веки я решил обратиться к тебе с просьбой. Но если тебе трудно…
– Хотите воды? – предложил я.
Не дожидаясь ответа, поднялся, налил воду из графина в хрустальный стакан и протянул отцу.
– Выпейте и расскажите, чем вы недовольны. Вряд ли десять минут ожидания возле калитки могли вас так разозлить. А потом, когда вам станет легче, перейдем к главному.
Я говорил прямо, уже не заботясь о том, как отреагирует отец. В конце концов, всему есть предел. И моему терпению тоже.
Отец сделал несколько глотков и поставил стакан на стол.
– Это все твой дед. Он затеял рыбалку с деловыми партнерами и решил, что мы с Анной непременно должны присутствовать. Настало время официально объявить о нашей помолвке всем, кто сотрудничает с нашим родом.
– Так вот почему вы в охотничьем костюме, – улыбнулся я.
– А ты думал, это мои причуды? – огрызнулся его сиятельство.
– Я правильно понимаю, что сбор назначен в Воронцовке? – спросил я.
Воронцовкой называлось личное имение деда. Игорь Владимирович купил его, чтобы иногда отдыхать от городской суеты. Имение раскинулось на берегу лесного озера. Двухэтажный хозяйский дом стоял среди соснового леса, а домики для гостей рассыпались по самому берегу – так, что рыбу можно было удить прямо с крытой веранды.
Охоту дед не жаловал и выезжал на нее только по приглашению императора. А вот рыбалку любил и частенько хвастался уловом.
– У меня деловые заботы, – поджал губы отец. – Договора, проверки. Свадьба на носу! А он устраивает этот выезд на природу. Что там делать? Морщиться от дыма и кормить комаров?
– Вы могли бы отказаться, – улыбнулся я.
– Ничего другого я от тебя и не ожидал, – упрямо покачал головой отец. – Отказаться! Соберутся все деловые партнеры нашего рода. Но тебе до этого дела нет, я понимаю. Ты бы, конечно, сделал по-своему.
– Да, – честно сказал я.
– Иногда нужно уметь жертвовать своими интересами ради интересов семьи, – наставительно сказал отец.
Мне стало смешно. Что-то не видно, чтобы он шел на эту жертву с большим желанием. Впрочем, каждый сам выбирает, как ему жить.
– Надеюсь, рыбалка не затянется надолго, – только и сказал я.
– Я тоже на это надеюсь, – буркнул отец.
Я прекрасно понимал, почему Игорь Владимирович не позвал меня в Воронцовку. Во-первых, мы с ним любили проводить время без посторонних, а не встречаться изредка в толпе званых гостей. Во-вторых, он не хотел давать нам с отцом лишний повод поцапаться.
И я очень ценил тактичность Игоря Владимировича.
Вот разъедутся гости, и мы как-нибудь скатаемся в Воронцовку вдвоем, на моем мобиле. Сядем с удочками на берегу и будем неторопливо беседовать, глядя на уснувшие на темной воде поплавки. И никакой дым с комарами нам не помешает.
– Еще немного, и мы опоздаем, – сказал отец, взглянув на часы. – Ты готов меня выслушать?
– Разумеется, – улыбнулся я.
Прежде, чем заговорить, отец сделал еще глоток воды.
– Ты знаешь, что скоро наша свадьба с Анной Владимировной, – сказал он. – Я рад, что ты доброжелательно отнесся к моему выбору. И хочу просить тебя об услуге.
Выпустив пар, он наконец-то заговорил нормальным человеческим языком.
– Я бы хотел, чтобы угощением на свадебный стол занимался господин Иевлин. Ты его знаешь.
Такого я точно не ожидал. Поэтому сильно удивился и даже не подумал скрыть свое удивление.
– Почему именно Иевлин? Он удивительный повар, но характер у него не самый сговорчивый.
– Я знаю, – снова нахмурился отец. – Но для этого у меня есть веская причина. Не хочу говорить о ней раньше времени, просто сделай труд поверить мне на слово хотя бы раз в жизни.
Снова начались колкости, усмехнулся я. До чего, все-таки, у отца трудный характер! Или он только в моем присутствии не может сдержаться?
– Хорошо, – кивнул я. – А чем я могу вам помочь?
– Поговорить с Иевлиным, конечно, – раздраженно откликнулся отец.
– А почему вы не можете пригласить его сами?
Отец отвел взгляд в сторону.
– Потому что он даже не соизволил ответить на мой зов. Проигнорировал меня. И это еще не все! Я отложил все дела и поехал к нему. И что же?
– Он вас не впустил? – улыбаясь, предположил я.
– Вот именно! Трактир оказался закрыт, и на мой стук никто не отозвался.
– Думаю, господин Иевлин был очень занят на кухне, – предположил я. – В такие моменты окружающий мир для него не существует.
– Я вообще не понимаю, как люди с таким подходом к делам могут ими заниматься, – пожаловался отец.
– Ну, у каждого свой подход, – улыбнулся я. – Вы так и не скажете мне, зачем вам понадобился именно господин Иевлин?
– Нет, – помолчав секунду, ответил отец. – Это слишком щекотливый вопрос, и я не хочу о нем распространяться.
– Ваше право, – отступил я. – В таком случае, все, что я могу сделать – это попросить господина Иевлина встретиться с вами. Уговаривать его вы будете сами. Подходит вам такой вариант?
– Мог бы и не останавливаться на половине дороги, – проворчал отец.
– Именно на этом я и остановлюсь, – твердо сказал я. – Не хочу быть обязанным господину Иевлину по неизвестной причине.
– Что ж, и на том спасибо.
Отец решительно поднялся из кресла. Я только сейчас понял, как неуютно ему находиться в моем доме.
– Хотите совет? – спросил я.
Первым порывом отца было гордо отказаться. Но он пересилил себя и кивнул.
– Попросите Анну Владимировну переговорить с господином Иевлиным, – улыбнулся я. – И постарайтесь вообще с ним не встречаться. Вам будет трудно сойтись характерами.
– Благодарю, – сухо кивнул отец. – Ты проводишь меня, или мне самому искать дорогу к выходу?
Он был неисправим. Но я твердо решил держаться. Хотя бы для того, чтобы не стать на него похожим.
– Конечно, – кивнул я и тоже поднялся.
После прохлады кабинета летнее тепло показалось особенно приятным. Или это было облегчение от того, что отец сейчас уедет?
Анна Владимировна увлеченно беседовала с Игнатом, склонившись над грядками клубники.
– Александр Васильевич, – сказала она, увидев нас. – Вы знаете, что ваша вишня в опасности? Вот, посмотрите!
Не обращая внимания на отца, который нетерпеливо хмурился, она подвела меня к дереву. Встала на цыпочки и притянула к себе нижнюю ветку.
– Видите?
Девушка показала мне на бурые пятна, которыми были густо усеяны продолговатые листья.
– Если оставить все, как есть, дерево может погибнуть.
Мне было жаль старую вишню. Судя по толщине ствола, она росла в этом саду еще до моего рождения и каждый год исправно приносила крупные и сладкие темно-красные ягоды.
– Это лечится? – спросил я.
– Конечно, – уверенно кивнула Анна Владимировна. – Нужно только ваше разрешение.
  
– Прошу вас, – без колебаний кивнул я.
– Это займет несколько минут, – предупредила Гораздова. – Мне нужно поговорить с деревом.
Мы отошли на несколько шагов. Анна Владимировна обняла вишню. Закрыла глаза, прижалась лбом к гладкой коре и некоторое время стояла без движения. Мы молча смотрели на то, как сильный маг природы творит свое волшебство.