Тайновидец. Том 3: Украденные сны

– От всего сердца благодарю вас. Кофе такой вкусный и… я непременно занесу вам деньги!
– На здоровье, – улыбнулся Набиль.
Вдруг Куликов поднял голову и к чему-то прислушался.
– Прошу прощения, но мне пора, – неожиданно сказал он. – Будильник звенит. Нужно просыпаться и идти на службу.
Я тоже прислушался, но не услышал никакого звона.
– Рад был с вами познакомиться, господин Тайновидец, – сказал Куликов.
  
И вдруг стал таять в воздухе. Он по-прежнему сидел за столиком, но становился все прозрачнее. И в конце концов, совсем исчез.
– Спасибо, что выслушали! – донесся до меня его голос.
Призрачная чашка с недопитым кофе осталась стоять на столе.
Я взглянул на хозяина кофейни и удивленно хмыкнул:
– Что это было, как вы думаете, Набиль?
– Новая тайна, Александр Васильевич? – предположил джинн.
 
Глава 2
 
Удивленно качая головой, я допил остывший кофе и вернул чашку на стойку.
– Что вы думаете о рассказе господина Куликова, Набиль?
– Вам самому хочется разобраться в его истории, – проницательно заметил джинн.
– Хочется, – не стал отрицать я. – Ведь не случайно же он забрел в вашу кофейню именно сегодня утром. Не случайно рассказал нам о своих снах, а потом исчез прямо у нас на глазах.
Я задумчиво провел пальцем по стойке.
– Знаете, чем чаще я сталкиваюсь с магией, тем вернее убеждаюсь в том, что случайностей не бывает.
– Еще кофе? – предложил Набиль.
– Пожалуй, – кивнул я. – Только сделайте мне маленькую порцию крепкого ристретто. Разумеется, без сахара и молока.
Набиль поколдовал над жаровней и через минуту вручил мне крохотную чашечку, на дне которой тягуче переливалась черная, словно деготь, жидкость.
Я сделал глоток и поморщился – кофе был чертовски горьким, а от его крепости у меня чуть глаза на лоб не полезли.
– Вот, теперь я точно понимаю, что не сплю, – усмехнулся я. – Ваш кофе способен оживить любого призрака.
– Что вы собираетесь делать, Александр Васильевич? – спросил Набиль.
– Пожалуй, загляну в Песочный переулок. Удостоверюсь, что господин Куликов, действительно, жив и здоров. А заодно спрошу у него адрес этой мастерицы снов. Знаете, каждый раз, когда я сталкиваюсь с незнакомой магией, меня охватывает настоящий охотничий азарт.
– Это все ваш дар, – уважительно кивнул Набиль.
– Да, – усмехнулся я.
Одним глотком допил ристретто, снова поморщился и аккуратно поставил чашку на блюдце.
– Заглянете завтра утром? – спросил Набиль. – Мне тоже любопытно, чем кончится эта история.
– Непременно, – улыбнулся я. – Завтра утром, или в другое время – как выпадет свободная минута.
– Вы правы, Александр Васильевич, – неожиданно сказал Набиль. – Когда имеешь дело с магией, случайностей не бывает.
Я помахал ему рукой и легко сбежал по деревянным сходням на пляж. До Шепчущего моста проще всего было дойти напрямик через парк. Но я решил не спешить и прогуляться вдоль берега.
И тут в сознании раздался зов Игната.
– Ваше сиятельство, вам бы вернуться домой. Тут беда!
Голос слуги звучал испуганно.
– Что случилось, Игнат? – насторожился я.
– Приехал ваш батюшка с Анной Владимировной. Он очень сердит.
Вот, не было печали!
Мы с отцом не виделись уже пару недель. И зов друг другу тоже не посылали – за последний год мы оба благополучно избавились от этой привычки. Несмотря на потепление в наших отношениях, к тесному общению с отцом я не стремился. Да и он тоже, судя по всему.
И вдруг, взял – и приехал! Это неспроста.
– Не паникуй, Игнат, – сказал я. – Проводи гостей в дом и предложи им чаю. Я скоро приду.
– Так в том-то и беда, ваше сиятельство! – доложил Игнат. – Дом вашего батюшку ни в какую не пускает. Оставил за калиткой, и все.
От неожиданности я чуть не расхохотался, но вовремя взял себя в руки.
Надо же, а у моего дома хорошая память! Он не забыл нашу ссору с отцом, и по-прежнему защищал меня.
– Может, его сиятельству чай к калитке вынести? – испуганно предложил Игнат.
– Не нужно, – улыбнулся я. – Я подойду через пару минут и все улажу.
– Вы уж поторопитесь, Александр Васильевич!
Черный отцовский мобиль стоял на подъездной дорожке, перекрыв въезд в гараж. Отец сердито расхаживал перед калиткой, заложив руки за спину и крепко сцепив пальцы. Его напряженная спина выдавала крайнее возмущение.
Меня удивила одежда отца – он был в охотничьем костюме и высоких сапогах. Не самый подходящий наряд для того, чтобы навестить сына.
Анна Владимировна стояла возле мобиля. Она была в сером брючном костюме. С озабоченным выражением на лице она следила за метаниями моего отца. Заметив меня, Гораздова облегченно выдохнула.
– Анна Владимировна, очень рад вас видеть! – поздоровался я.
– Здравствуйте, Александр Васильевич, – приветливо откликнулась Гораздова.
Отец резко развернулся на каблуках и уставился на меня.
– Александр, что за… – резко начал он.
И тут же прикусил губу.
– Добрый день, Василий Игоревич, – улыбнулся я. – Не ожидал, что вы заглянете.
Отец хотел еще что-то сказать, но Анна осторожно потянула его за рукав.
– Мы сами не ожидали, что заедем, – с улыбкой сказала она. – А ваш особняк очень бережет ваш покой.
– Поэтому я здесь и живу, – кивнул я, открывая калитку.
Я задержал ладонь на холодной чугунной перекладине и попытался послать зов дому.
– Это мой отец, – сказал я. – Иногда он бывает невыносим, но я ценю его попытки наладить отношения.
Дом, как всегда, ничего не ответил. Большую часть времени он старательно прикидывался самым обычным старым домом, а я поддерживал эту игру. Ведь каждый имеет право казаться, кем захочет, не так ли?
Но я ощутил в груди волну тепла – дом дал понять, что слышит меня.
– Прошу, – сказал я.
Анна, не колеблясь, вошла в сад. Отец хмуро поглядел по сторонам, но тоже решился. При этом он не споткнулся о какой-нибудь внезапно выросший под ногами пучок травы и не застрял в проеме калитки.
Дом внял моей просьбе.
– Спасибо, – беззвучно сказал я.
И поманил Игната, который опасливо выглядывал из-за двери:
– Игнат, будь добр, принеси чай в столовую.
– Не нужно, – резко отказался отец. – Мы заехали буквально на минуту, и уже потеряли много времени.
Он демонстративно взглянул на часы, но я не обратил на это внимания. Манеры отца давно перестали меня задевать.
Анна снова дотронулась до его руки, словно успокаивая. И у нее получилось – отец с шумом втянул воздух, но все же немного расслабился.
– Поговорите с глазу на глаз, – предложила Анна. – А я с удовольствием посмотрю сад, если Игнат меня проводит. Можно, Александр Васильевич?
– Конечно, – кивнул я.
Невеста моего отца была магом природы. Ей куда привычнее было общаться с растениями, чем опекать недовольного жениха. Но она, все же, взяла отца за руку и тихо сказала:
– Прошу вас.
Анна не договорила – за нее все сказала мягкая улыбка.
– Хорошо-хорошо, – насупившись, буркнул отец. – Так где мы можем поговорить?
– Прошу в мой кабинет, – пригласил я.
Недовольство на лице отца уступило место удивлению.
– У тебя есть кабинет?
– Да, – улыбнулся я. – Сам не ожидал.
Мой отец обладал удивительным свойством характера – даже сам того не желая, он каждую свою фразу умудрялся превращать в колкость. Но ответное дружелюбие всегда обезоруживало его, и я успешно этим пользовался.
На этот раз в кабинете было только два кресла. Одно из них стояло за рабочим столом, другое – напротив. По замыслу дома, именно в нем должен был сидеть посетитель.
  
Это отцу тоже не понравилось – по его мнению, это ставило его в невыгодное положение. Наверное, дом именно потому и убрал третье кресло.
Я впервые задумался – а почему, собственно, дом, который принадлежал моей матери, так не любит моего отца? Что произошло между ними?