Деньги правят миром (СИ)
Как они сумели сбросить древнюю привязку? А ведь он потратил такой артефакт!.. Был уверен, что его действие никому не под силу ни обнаружить, ни снять. Второго такого, скорее всего, у гоблинов не сыщется.
Но что же произошло? Лорд Поттер по пьяни свалился в бочку с рассолом? Ну-ну, вместе с супругой и сыном. Ведь только соленая вода… много соленой воды могут сбросить такие чары. Значит, скорее всего, Поттеры в Америке. И что их туда надоумило? Надо будет проверить эту догадку через Гринготтс.
Насчет воды он был совершенно прав. Семья Поттеров частенько посещала закрытый пляж клиники, откуда Джеймса обещали выписать к новому учебному году, и оба были готовы подстраховывать медленно выздоравливающего сына в соленых морских волнах. Тем более лекарь всячески настаивал. Да и собственное самочувствие определенно улучшалось.
Возвращаться в Англию, где у него оказался такой могущественный враг, лорд Поттер больше вообще не собирался. Глупо пыжиться перед тем, кто на порядок сильнее, будь ты хоть трижды аристократ, а тот — нет.
Поттер-старший не отличался легким характером и был весьма злопамятен, но выбирать между местью и собственным благополучием? Он, к счастью, не идиот. Его чуть без наследника не оставили, нет уж, нет уж. Он спокойно, планомерно начал осаду представителей Всемирной Федерации магов. Спокойно, по одному...
Дамблдор же знать не знал о таких настроениях «подопечного», он пытался выяснить, из-за чего же на него обиделся старина Дож. Настоящий бессребреник и надежный друг, по рекомендации которого он стал вхож практически во все семьи патриархальной магической Британии. Впрочем, тот уже сделал свое дело. Теперь репутация Альбуса и так была на высоте и более он ни в чьих рекомендациях не нуждался.
Он послал ему сову с мягким укором и, на всякий случай, пространными извинениями вроде «прости меня за все, если что» и на том успокоился. У него теперь были Уизли, которым было обещано снятие печати предателей крови, Лонгботтомы, не чающие души в своем наследнике, Боунсы, МакКинноны... а скоро за детьми подтянутся и многие другие семьи. Чем больше, тем лучше.
Он недаром делал ставку на Гриффиндор, там всегда были наиболее подверженные ментальным воздействиям дети, при всем при том — общительные, яркие, стремящиеся верховодить, в том числе над другими факультетами. Так что он рассчитывал на три против одного.
При таком соотношении Том вряд ли развяжет настоящую войну: силы будут неравны, а мальчик глупым никогда не был. Будет долго собирать сторонников, пытаясь уравновесить ситуацию, будет искать другие пути. А его подопечные будут их аккуратно перекрывать. Надо будет еще почаще бывать в Министерстве, кстати.
Жаль, до третьего курса пока руки не дошли, уж слишком много там интересных детишек учится. Правда, раз уж он начал со старших, то так и будет продолжать, так что, в лучшем случае, доберется до них к пятому курсу. До сдачи СОВ из Хогвартса никто не убежит.
Он вспомнил про Джеймса Поттера, когда гоблины ответили, что Поттеры во Франции. Видимо, он все-таки перегнул палку и поторопился. Уж очень хотелось увидеть ребенка от него и от Эванс, которую так удачно все считали магглорожденной. Результат от двух таких наследственных линий мог получиться, право же, чудесный. Впрочем, это тоже пока не проблема, он еще вполне может послать девочку в Шармбатон. Правда, учить ее языку…
А вот обрученная с Блэком Истинная Провидица… У него даже глаз дернулся, как вспомнил об этой помолвке. И надо же, даже скандала не было. Эх, рано убрали ее теток, они бы задали всем жару. Ведь сколько раз он гоблинам говорил, что торопиться не надо.
Придется все-таки заняться третьим курсом на следующий год. Хотя бы профилактически. Впрочем, все зависит от многий факторов, и прежде всего от времени. Влиять надо было на многих, а для того приходилось лично оказываться в нужных местах в правильное время. Зря он тогда пожадничал, вживив в себя ту гоблинскую цацку. Хотя без нее не бывать ему победителем...
* * *«Сволоч-ч-чь, — шипел про себя мистер Грин, похлопывая по плечу мистера Брауна и незаметно снимая очередной жучок. — Так я тебе все и выложу».
Информация, утекающая к гоблинам из разведструктур, постепенно становилась все более дозированной и все более далекой от реальности.
Оливер Грин, давно работающий в теснейшем контакте с Отделом тайн и одной весьма продвинутой маггловской лабораторией, уже довольно четко представлял себе расклад. Маги, рубящие сук, на котором сидят, гоблины, подкапывающие корни дерева, которое их же и питает, казались ему непроходимыми идиотами. И с этими идиотами надо было что-то делать.
Потому что магия Острова являлась необходимой и важной частью его существования. Можно сказать, регулятором силы сообщества, как бы ни открещивались маги от магглов и как бы ни соблюдали свой несомненно важный и нужный Статут. Он вздохнул. Когда в обоих сообществах дела шли хорошо, когда контакты были налажены, кто, как не Британия, отправил свои корабли по всему миру и обогатил страну самыми лучшими колониями? О, какая это была экспансия! А что осталось? Крохи, жалкие крохи, да память о былом величии.
«Правь, Британия…» Ему было горько за свою страну. За утрату ее могущества.
В свое время он поднял все материалы по Тому Марволо (вот ведь имечко!) Риддлу, пристрастно отследил все его путешествия, но ниточки, которая вела бы в социалистический лагерь, не нашел. Отпала такая складная гипотеза… Да будь он сам русским шпионом, то действовал бы именно так, собрал и привел бы на заклание всю аристократию. Но нет, оказалось, русские тут ни при чем. Все свое, родное, местное. Выросло.
Отбытие Тома в очередной «круиз» тоже не осталось незамеченным, так что наблюдение продолжалось и говорило о том, что подопечный временами начинает терять связь с реальностью и проявлять нехарактерные ранее наклонности. Это настораживало. Тогда и был создан новый уникальнейший «жучок». И появились гоблины. Что в какой-то мере поставило все на места.
Список "приговоренных" родов давно украшал рабочий стол мистера Грина. И он был категорически против вычеркивания из него оставшихся фамилий.
При таком раскладе практически не было времени следить за детьми: он только изредка посылал феникса приглядеть, все ли с ними в порядке. Все же они были еще слишком юны, чтобы как-то их вмешивать. Но кое-что в Выручайку он все-таки посылал, и это «кое-что» исправно исчезало, готовя из детишек юных гениев. Ну ладно, талантов. Которые потом весьма оценят его друзья-«тайнюки». Стране нужно это поколение сильным, умным и незашоренным. А пока он просто проследит за их благополучием, особенно вот тех двоих, невысокого крепыша и длинного носатика. Петтигрю и Снейп. Кстати, возможно, скоро надо будет переговорить с их родителями…
* * *— И как он тебе? — осведомился Орион Блэк у супруги, потягивая утренний кофе.
С появлением юной невестки постепенным, но коренным изменениям в доме на Гриммо подверглось всё и все. Вальбурга, до этого времени уверенно продвигавшаяся по пути к безумной злобной ведьме, осталась вспыльчивой, но стала удивительно отходчивой.
Сивилла, такая хрупкая и нежная, сначала испуганно-вежливая, но с каждым днем раскрывающаяся, словно пересаженный на правильную почву редкий цветок, продолжала удивлять. Вальбурга оттаивала, замечая у девочки не только ум, но и мягкий юмор, а иногда и твердость. И однажды, вспоминая в очередной раз восхищенное, еще совсем детское лицо, увидела в зеркале собственную улыбку... Оказывается, она еще это умеет.
Орион же после того, как собрал некоторые интересные сведения, постепенно становился негласным лидером у немалой части аристократии, к чему, кстати, весьма ревниво отнесся старший Малфой. Лорд Блэк лишь усмехался в усы — нувориш мог затмить его богатством, но у него было лучшее: умения, связи, артефакты, которых не купишь за деньги… Вряд ли тот был серьезным противником для него, хоть и достаточно весомым. А вот сойтись поближе было бы куда умнее.