Инженер. Система против монстров 3 (СИ)

— То есть, ты теперь… супермен? — недоверчиво поднял бровь Фокусник, разглядывая меня так, будто видел впервые.
— Скорее, громоотвод, который научился бить молниями в ответ, — хмыкнул я. — И то не всегда.
— Это… это невероятно! — глаза Олеси сияли неподдельным восторгом. — Лёша, ты теперь настоящая имба! Как в играх! Самый сильный персонаж!
Я невольно улыбнулся и, протянув здоровую руку, взъерошил её русые волосы.
  
— Ты у нас тоже имба, — сказал я. — Со своим карманным зоопарком. Просто ещё маленькая.
Девочка счастливо рассмеялась. Этот смех, чистый и звонкий, немного разрядил тяжёлую атмосферу. Потом Олеська ускакала обратно и плюхнулась на диван, сразу же открыв интерфейс и разглядывая значки питомцев.
— «Кайрос»… — задумчиво произнесла Алина. — Странное название для артефакта. Хотя в данном случае оно подходит идеально.
— А что оно значит? — повернула к ней голову Искра.
Алина перевела на неё спокойный, чуть отстранённый взгляд.
— Древние греки разделяли понятие времени на две сущности. Хронос — это линейное, измеримое время. Последовательность событий. Часы, минуты, годы. То, что можно посчитать. А Кайрос… — она сделала паузу, подбирая слова. — Кайрос — это нечто другое. Это неуловимый, решающий миг. Особенный момент, когда нужно действовать, чтобы добиться успеха. Удобный случай. Благоприятная возможность. Время не в количественном, а в качественном смысле. Греки изображали его как юношу с крыльями на ногах и прядью волос на лбу. Его нужно было успеть схватить за эту прядь, когда он проносится мимо. Если упустил, то он улетит навсегда.
Она замолчала, и все снова посмотрели на меня.
— Бог из машины, который даёт шанс поймать удачу за чуб, — невесело усмехнулся я. — Звучит поэтично. И очень в духе этой Системы.
Варягин молчал, и это молчание казалось тяжелее любых слов. Я видел, как его взгляд переместился на Олесю, а потом вернулся ко мне. Сейчас наш командир взвешивал на невидимых весах жизнь своей дочери и жизнь бойца.
— Любое наше убежище, каким бы надёжным оно ни казалось, рано или поздно станет осаждённой крепостью, — наконец глухо произнёс он. — Любой наш маршрут превратится в кровавую бойню. Монстры будут идти на нас, как на маяк. Потому что с нами ты, Иванов.
Я почувствовал, как Искра напряглась. Борис нахмурился, его бицепсы непроизвольно дёрнулись. Друзья были готовы защищать меня даже от командира. И это грело душу, несмотря на то, что Варягин абсолютно прав.
— Понимаю, — тихо сказал я, глядя ему в глаза. — Я должен уйти. Один. Так будет безопаснее для всех. Это единственное логичное решение.
— Нет! — тут же вскинулась Искра. — Даже не думай об этом! Ты с ума сошёл⁈
— Лёха, ты чего несёшь? — прорычал Борис, поднимаясь на ноги. — Мы своих не бросаем!
— Просто нужно разделиться и всё, — внезапно подал голос Женя. Все взгляды тут же обратились на него. — Наша группа пойдёт своей дорогой, а «Ратоборцы» своей.
На некоторое время повисла тишина. Брови паладина сдвинулись, а челюсти крепко сжались. Он обдумывал этот вариант. Довольно долго обдумывал, просчитывал, анализировал. Потом тяжело вздохнул и опёрся на стол.
— Разделяться самоубийство, — решил он и сделал паузу, обводя взглядом всю нашу разношёрстную компанию. — А прятаться бессмысленно. Значит, остаётся только один путь: решить проблему. Не убегать от неё, а решать. Нужно найти способ снять с тебя эту метку, Иванов. Или хотя бы заблокировать её. Это становится нашей главной стратегической задачей.
— А как это сделать-то? — хмыкнула Искра. — У кого-нибудь есть идеи?
— Это проклятие, — тихо сказала Алина. — Сильное, наложенное сущностью высокого порядка. Обычные методы тут не помогут. Возможно, существует какой-то ритуал очищения. Для этого могут понадобиться редкие ингредиенты или место силы. Или артефакт, способный поглощать и рассеивать тёмную магию. Нам нужно искать информацию. Системные гримуары, например. Любые сведения о Бесформенном и способах борьбы с его влиянием. В идеале, нужно найти высокоуровневого мага, специализирующегося на снятии негативных эффектов.
— Место силы… гримуары… — задумчиво повторил Варягин. — Звучит как сюжет для фэнтези-романа. Но в нашем новом мире, думаю, и такое возможно. — Он перевёл взгляд на меня. — А что скажет инженерная мысль?
Я устало посмотрел на командира и разлепил сухие губы:
— Если метка — это какой-то энергетический маяк, который транслирует сигнал в определённом диапазоне, то теоретически его можно заглушить. Создать экран. Помехи. Что-то вроде системы РЭБ, только для магии. Ну или аналог моего «Покрова Тени», но на стероидах и настроенный на конкретную частоту. Проблема в том, что у меня нет подходящего оборудования и я даже не представляю, что это за оборудование. Мне нужны приборы для анализа магического спектра. Если Система внезапно не подарит мне подходящий чертёж, то на эксперименты с кристаллами и создание такой технологии может уйти очень много времени.
Искра резко хлопнула меня по плечу. Спасибо хоть, по здоровому.
— Не переживай, котик. Система тебя любит, так что загадай желание и ложись спать. Глядишь, утром под ёлочкой найдёшь подарок, перевязанный ленточкой.
— Хм… а ведь у меня и правда куча непринятых подарков… — от этой мысли даже голова немного прочистилась.
— Вот, — удовлетворённо кивнул Варягин. — Уже какие-то подвижки.
Сокол презрительно фыркнул:
— То есть, теперь мы все будем рисковать задницами, чтобы этот… меченый… смог найти запчасти для какой-то шайтан-машины? Отличный план. Надёжный, как швейцарские часы.
— Заткнись, Сокол, — прорычал Борис. — Лёха нас всех спас, пока ты в отключке валялся! И тебя тоже спас, тварь ты неблагодарная!
— Тихо! — осадил их Варягин. — Сокол, твоё мнение учтено. Но решение принимаю я. И оно таково: мы остаёмся вместе. И мы ищем способ решить проблему Иванова, потому что его проблема — это наша общая проблема. А пока ищем, придётся отбиваться. Будем считать это… полевыми учениями с повышенной нагрузкой. Раз уж враг сам лезет к нам, грех этим не воспользоваться. Может, даже получится превратить «Метку» в инструмент для интенсивной прокачки. Будем выбирать места для засад, а не ждать, пока нас зажмут в углу. Так что, как ни крути, Сокол, нам придётся рисковать. Но теперь мы будем рисковать с умом. И чтобы дважды не вставать…