К эльфам даже не обращайтесь!
Кстати, сам он считает меня своей подопечной. Если я очень-очень попрошу, вполне возможно, что ради меня он даже спляшет. Потому что точно знает, что я и сама ради него хоть на голову встану. И еще – что попусту просить о таком я его не стану.
И уж точно я не стану с такими предложениями приближаться к дикому и совершенно незнакомому животному.
Можно, конечно, на короткое время с помощью быстрой смены транслируемых образов заставить любого зверя плясать, как в цирке. Но ни один стоящий заклинатель такого делать не станет, потому что это – вопиющее нарушение и профессиональной этики, и техники безопасности.
Нет сомнений, что всех животных, приведенных на экзамен, уговаривали и успокаивали по всем правилам. Да, их придерживали, чтобы обеспечить безопасность зрителей, но не подавляли и не заставляли делать что-то, что противоречит их природе.
То, что сейчас творил Феом Кариэль, было виртуозно. Потому что он одновременно подавлял волю зверя к сопротивлению своей песней и заставлял его “танцевать”.
И это было предельно глупо. Потому что стоит ему на секунду сбиться, устать, – и зверь кинется. Причем с целью именно убить. Никому не нравится, когда ломают его волю. Сейчас косолапый бедолага переживает сильнейший стресс в своей жизни. И в итоге пострадать могут даже случайные зрители.
А этот позер вдобавок стоит в паре шагов от зверя. Потому-то преподаватели не рискуют вмешиваться, ждут удачного момента, чтобы можно было прервать представление и никто при этом не пострадал. Включая придурочного абитуриента, который решил тут продемонстрировать “лучшее”, на что способен.
И медведя, конечно! Потому что убивать зверя, который доверился заклинателю и пришел за ним, попросту бесчестно.
Вот только все мы отлично понимали: чем дольше ждем, тем больше вероятности, что Феом устанет и ошибется. Как он вообще планировал завершать свое выступление?
Узнать об этом так и не удалось. Потому что все присутствующие на “экзаменационной” поляне преподаватели сосредоточились на медведе. Совсем все.
Первой очухалась курица. Вытянув шею, она принялась крутить головой, а потом и хлопать крыльями. Затаившийся рядом кролик от резкого движения с писком подскочил на месте. Виверна, недоуменно тряхнув головой, рявкнула на пробу. Енот с перепугу шарахнулся в сторону и принялся карабкаться на первую попавшуюся высоту… увы, первым попавшимся оказался дикий козел. Енот, моментально взобравшийся ему на голову, схватился обеими лапками за рога. Козел резко тряхнул головой, как-то неожиданно тоненько взмемекнул, ударив копытом оземь, а потом вдруг заревел и помчался куда глаза глядят. Правда, на секунду запнулся обо что-то, снова возмущенно мекнув и отшвырнув препятствие копытами. Препятствие заполошно вскудахтнуло, отлетая к нашему краю поляны. Странно, курица вроде бы в другую сторону сиганула…
Глаза козла глядели вперед – поперек поляны. Еще секунда – и он врежется или в мишку, или в эльфа, в любом случае сбив последнему концентрацию.
Все вокруг будто замедлилось. Я видела искаженные ужасом глаза преподавателей, разом кинувшихся следом за козлом, и понимала, что они не успеют.
– Сеня, сейчас! – завопила я, кидаясь вместе со своим псом в гущу событий. В этот же миг последний оставшийся абитуриент рядом со мной зачем-то присел.
Адская гончая метнулась черной молнией, мгновенно наваливаясь всем весом на поющего Феома и опрокидывая его в траву. Обезумевший от шока козел с вцепившимся в его рога енотом врезался в медведя. Тот, вздрогнув, на секунду замер – и заревел.
А я оказалась прямо перед ним. Заслоняя собой Сеню с замолчавшим наконец идиотом и не особенно представляя, что теперь делать. Ой, ду-ура…
– Лови! – крикнул кто-то за моей спиной, я обернулась, и мне в руки влетел, истерично лупя крыльями… петух. Здоровенный петух с лысым жабьим телом и длинным змеиным хвостом.
Василиск!
Больше ни о чем не думая, я подхватила василиска под крылья и ткнула прямо в морду медведю.
На какое-то мгновение показалось, что замерла абсолютно вся поляна. Преподаватели, успевшие приблизиться и разом вскинувшие руки. Придурок-Феом, лежащий навзничь в траве и в ужасе глядящий в пылающие глаза нависшей над ним адской гончей. Родственники абитуриентов, только сейчас, кажется, сообразившие, что все вышло из-под контроля…
А потом животные снова замычали, зарычали и заверещали, мечась по поляне. Козел, отскочив, обогнул препятствие и поскакал дальше. Вцепившийся в его рога енот реял флагом. Сразу два преподавателя кинулись за ломанувшейся в кусты виверной. Василиск в моих руках клокотал и истерично лупил крыльями, безуспешно пытаясь повернуть ко мне голову. Хорошо, что не совсем взрослый, взрослого я бы не удержала… и не менее истерично носилась под ногами курица, кажется, решившая, что я обижаю цыпленка.
И только медведь застыл передо мной статуей, угрожающе растопырив лапы.
Думается, полчасика у эльфов есть, чтобы оттащить мишку туда, откуда взяли. Потом он отомрет и будет очень не рад.
– Вы, ребят, должны этому мишке много меда, – в какой-то еще прострации сообщила я.
– Несомненно… кх-кхм, – я обернулась. За моим плечом оказался декан Лаэрис, задумчиво разглядывающий нашу композицию. – Студентка Тариус, будьте любезны отозвать вашу гончую. Абитуриент Кариэль…
Сеня, брезгливо фыркнув, сам отскочил от Феома Кариэля, и декан секунду полюбовался, как среброволосый красавец, очумело тряся головой, приподнимается на локтях.
– …Даже не думайте приближаться к факультету заклинателей! – заключил Лаэрис.
Глава 4
Что я хочу сказать… не рой другому яму. И не сажай в нее кур! Потом самому ловить придется.
Хотя, если честно, ловить кур пришлось нам. То есть мне, Сене, а еще моим новым сокурсникам – златовласке Нивен и ее, как оказалось, брату Ирвену. Тому самому сообразительному парню, что кинул мне василиска и, в общем-то, спас меня от позорнейшего фиаско. Экзамен он, конечно, сдать не успел, но в том, что поступит, я все равно не сомневалась.
Просто преподаватели ринулись в кусты. Двое – потому что левитировали окаменевшего мишку. Остальные – ловить виверну. Ясное дело, выпускать посреди населенного эльфийского леса хищника в истерике не стоило. Но нам от этого пришлось не легче.
Потому что козел в истерике – это тоже, знаете ли, тот еще аттракцион! Этот товарищ метался туда-сюда, время от времени бодая встречных. Встречных оказалось немало, ибо вся группа поддержки из родителей абитуриентов повела себя… ну, собственно, примерно так же, как козел. То есть металась туда-сюда и вопила.
Сам рогатый на каком-то прыжке все-таки ухитрился скинуть с себя енота. И прилетел тот прямиком на идеальную прическу некой безупречной эльфийки. Теперь уже не такой безупречной и вдобавок визжащей.
И, конечно, куры. То есть курица-то была всего одна… но с василиском, успешно вывернувшимся из моих рук, она вполне спелась и признала того за своего петуха. Наверное. И он ее тоже признал. И взял под свою защиту. Во всяком случае, стоило попытаться сцапать пеструшку, как тут же налетал этот змеехвостый, и приходилось быстро отворачиваться или зажмуриваться, чтобы не повторить судьбу медведя.
Не только медведя вообще-то. По поляне тут и там уже валялись несколько эльфийских “статуй”. На дереве дурниной орала кошка, которая надеялась поймать себе птичку, но птичка оказалась дурная, непонятливая, ужином быть отказалась, а охотницу едва не заклевала.
Кто во всем этом бедламе был совершенно счастлив, так это Сеня. Он радостно носился то за одним зверем, то за другим, молотил хвостом, сбивал мимопробегающих эльфов с ног, как кегли, припадал на передние лапы и даже повизгивал от удовольствия. Время от времени по его хребту пробегали языки пламени, что тоже свидетельствовало о высшем душевном подъеме.
Я же говорила, да, что он совсем молодой? В общем, с ним надо бы по-хорошему много играть и бегать, а у меня не всегда хватает времени. Так что сейчас мой пес в кои-то веки отрывался по полной программе. Поэтому если кто из присутствующих еще не успел запаниковать, то после встречи с вошедшей в раж адской гончей сразу начинал. Это даже справедливо где-то, только очень шумно.