Пустой трон Одиссея (СИ)

Зоран встряхнулся и побежал исполнять приказ. Собран крикнул вниз:
— Эй вы! Вылезайте! Все в порядке. О, боги, что за жизнь!
Зена улыбнулась, отошла от поверченного негодяя и прислушалась. Голос Зорана взволнованно кричал оставшемуся на берегу стражнику:
— Эй! Твой товарищ свалился вниз! Он без сознания и истекает кровью; у него разбита голова.
— Брось ты врать! — донеслось с берега.
  
— Зачем мне врать? — отчаянно отвечал Зоран. — Мы же помним, какая нам грозит кара. Говорю же, он ранен! Он споткнулся о весло и рухнул вниз, головой вперед. Слышал, как он упал?
Всадник засомневался:
— Я… я возвращаюсь во дворец!
— А если он погибнет? Нет, ты не поедешь один! Мы не вытащим твоего приятеля, он слишком велик. А без помощи он совсем истечет кровью и умрет. Дай нам хоть кусок чистой ткани для перевязки!
Короткое молчание, и наконец:
— Ну хорошо, я поднимаюсь на борт. А вы все давайте-ка топайте на корму, грязные пройдохи. Иначе…
Зоран неистово прокричал:
— Тебе нечего бояться! Не хочу, чтобы мою жену и детей убили.
— На корму, я сказал! Все на корму! — нервно выпалил стражник.
Из своего укрытия Зена видела, как моряки тревожно попятились. Тишина. Грохот тяжелых шагов на носу. Остановка. Воительница отступила подальше в тень.
— Вас тут только трое, — снова голос стражника.
— Парнишки были внизу, привязывали мешки, когда твой приятель упал. Они все еще пытаются ему помочь, — молчание. — Ты же видел их перед отплытием, они не опасны, — опять тишина. Ее нарушили медленные, осторожные шаги. Вот они затихли.
— Эй вы, там! Пошли прочь от Метрикаса, я хочу его проведать.
— Парни глухие. Разве ты не слышал, что я говорил твоему другу?
— Он мне не друг, это брат морехода Мерониаса, — мрачно ответил Кринос. — Неужели они и вправду глухие? — он согнулся, заглядывая вниз. — Сейчас мы это проверим, — зловеще добавил стражник, соскакивая на пол рядом с корзиной позади предполагаемого мальчика. Кринос оглянулся, и это придало ему уверенности: моряки застыли на палубе, боясь даже моргнуть. Они не посмеют напасть. Кринос двинулся вперед и, гордо расправив плечи, постучал мальчика по спине.
«Паренек» обернулся, светлые и почему-то знакомые глаза заглянули в самую душу стража:
— Ты… но ты же не… Кто ты? — выдавил Кринос.
В ответ он получил лишь насмешливую улыбку. — Я тебя знаю!
— Вот как? — и голос, этот гортанный, низший, грозный рокот, тоже был ему знаком. Стражник вздрогнул; на прежнем месте воительницы не было. Он неистово вертелся, пытаясь ее отыскать; Кринос успел увидеть только, как Зена снова оказалась прямо перед ним.
Зена потерла руки и с удовлетворением взглянула на стражника, потом тихо позвала:
— Мелайос! Кто-нибудь! Принесите веревки, и побольше. А еще тряпку для кляпов. — У ее ног застонал Метрикас. Воительница бросила на него беглый взгляд, выругалась про себя и изо всех сил ударила страна ногой. Тот затих. Минуту спустя вниз спрыгнули морями. Они несли с собой длинные куски бечевки и полосы холста, оторванные от туники Собрана. Зена кивнула и взглядом указала на огромную тушу Метрикаса: — Для этого надо еще.
Когда оба стражника были связаны, из тени выскользнула Габриэль:
— Ой, да это настоящий великан! — Зена кивнула. И что теперь?
Воительница взглянула на узкую полоску неба, видневшуюся из чрева корабля. Почти стемнело.
— Подождем. Эй, Сокран! Эти двое и правда знают, где ваши семьи?
— Вряд ли. Они просто угрожали, но выяснить недолго.
— Стражники не называли вас по именам, они не знают, что мальчишки давно осиротели. Но ты прав, рисковать не стоит. Вам есть где спрятаться?
— Есть Пещера нимф… Она на берегу, вход в нее виден только во время отлива. Но мы не можем поселиться там навсегда, воительница!
— И не надо. Собери людей и захвати еду и воду. Я пришлю за вами, как только все успокоится. Теперь скажи, сколько воинов привез сюда Драконт?
— Дай сообразить… — Зоран покачал головой, но тут же принялся считать на пальцах и что-то бормотать себе под нос. — У него было двадцать два корабля, все чуть побольше нашего. Суда низко сидели в воде, столько на них было людей.
— Только люди? Лошадей не было?
— Нет, немного провизии, снаряжения, но в основном — воины. Захватив дворец, они затопили все наши корабли, кроме этого и двух маленьких рыбацких лодок, чтобы привозить еду.
Габриэль увлеченно считала на пальцах, в сгущавшейся темноте Зена разглядела на ее лице несомненное беспокойство. Воительница подняла руку:
— Брось, Габриэль, давай отправим моряков к их семьям, — девушка прикусила губу и кивнула. Сокран и Зоран крепко пожали мускулистую руку рулевого. Зена подпрыгнула, ухватилась за края отверстия и, подтянувшись, оказалась на палубе, потом помогла выбраться Габриэль.
— Э-э… А вино? — спохватился Сокран.
— Забудь о нем, — Коротко ответила воительница. — Отправляйся домой. — Все три моряка быстро прошагали по палубе, спустились за борт и прошли по узкой полосе песка. Габриэль подождала, пока они не скрылись из вида, взволнованно, прерывисто вздохнула и шумно выпустила воздух:
— Ты хоть представляешь, сколько здесь воинов? — Заявила она, поднимая руку. — Двадцать два корабля! Это значит, что врагов…
— …очень много, — невозмутимо закончила Зена. — Мы же не канат собираемся перетягивать! Мы с тобой против воинов Драконта. Количество противников неважно.
— Верно, — в голосе Габриэль сквозило раздражение. — И что же дальше?
Вместо ответа воительница взяла ее за руку и отвела в тень на носу корабля. Девушка опустилась на колени и подползла поближе к борту. В тишине вдруг послышался скребущий звук, словно кто-то забирался на корабль. Габриэль различила промелькнувшее в темноте бледное пятно лица, взметнувшаяся рука воительницы без слов приказала девушке не высовываться. Габриэль плотнее прижалась к деревянной обшивке и засунула руки под мышки, чтобы хоть чуточку согреться.
Снова что-то заскреблось. Затаив дыхание, воительница прислушалась. На борт лез какой-то человек. Он явно не привык карабкаться по веревкам, да к тому же не умел передвигаться бесшумно, хотя и старался, как мог. Зена сложила руки на груди и застыла в ожидании. Раздалось приглушенное проклятие, затем шорох кожаных подошв о дерево. Незнакомец ухитрился таки упереться ногами в корпус судна и теперь на руках подтягивался по канату. Мгновение спустя послышалось тяжелое дыхание и закутанный в хламиду человек с трудом перекинул через борт обутые в сандалии ноги и свалился на палубу. Зена выпрямилась в полный рост и небрежно пнула лазутчика ногой.
Незнакомец слабо вскрикнул и заставил себя встать:
— Вот ты и поймал меня. Я же говорил, что не собираюсь сдаваться, — это был юношеский голос, глубокий и мрачный, но на последнем слове он изменил хозяину и сорвался на пронзительный фальцет. Мальчишка упрямо сжал губы и уставился в пол.
Он едва доставал Зене до плеча. Она подошла поближе, спокойно и твердо взяла мальчика за подбородок и заглянула ему в лицо. Было уже так темно, что ей пришлось склониться совсем низко, но ошибки быть не могло. Зена увидела знакомые черты: недоставало только седеющей бороды.
— Телемах, сын Одиссея, не так ли? — мягко спросила она.
Ей показалось, что паренек не намерен отвечать, но вдруг он расправил плечи и взглянул ей прямо в глаза:
— Кто спрашивает об этом? — теперь мальчишка глядел на нее в упор, потом он перевел напряженный взгляд на Габриэль. — Девушки!..
— Какая наблюдательность! — Зена отступила и оглядела берег. — Ты не против, если мы продолжим разговор у весел? Сейчас мы стоим на самом виду.
  
Воительница развернулась и пошла к скамьям для гребцов. Поняв, что Телемах и не думает следовать за ней, она обернулась.
Царевич взглянул на нее:
— Кто ты, тайком проникшая на землю моего отца?
— Человек, который только что пожалел тебя и не сломал тебе шею, — вкрадчиво ответила Зена. — Думаю, теперь мы можем считаться друзьями.