Мы созданы из моментов (ЛП)

Но первое воспоминание, которое пришло мне на ум, произошло на том плетеном диване. Когда Хейден сказала мне, что беременна и планирует остаться с Лейном.
Я должен был сказать ей о своих чувствах, но не хотел усложнять ей жизнь. Не хотел впутывать свои чувства и ранить ее еще больше, когда она и так была напугана и растеряна.
Я думал, что защищаю ее, и рациональная часть моего мозга говорит мне, что я поступил правильно, потому что даже когда признался в своих чувствах, она все равно выбрала его.
Но эгоистичная часть меня знает, что я защищал и себя тоже. Отступление позволило мне остаться на задворках ее жизни вместо того, чтобы вызвать переполох и быть полностью отброшенным.
Ребенок, которым я был пять лет назад, был не против быть сторонним наблюдателем, но человек, которым я стал сейчас…
С меня хватит.
— Папа, ты идешь? — окликает Джетт с дальней тропинки, ведущей к озеру. Хейден держит его за руку, ее волосы развевает теплый вечерний бриз, как в ту ночь, когда нашел ее на пляже, и я знаю… Знаю, что должен сделать.
Тогда я сдержался, но больше этого делать не буду. И если для этого придется вырвать собственное сердце, то так тому и быть.
Эта женщина и этот мальчик? Они моя семья, и я отстаиваю свои гребаные права.
  
Глава 22
 
ХЕЙДЕН
— Хорошо, милый, думаю, пора возвращаться в дом.
— Оу, — дуется Джетт. Они на пляже с Джесси рисуют палочками фигуры на мокром песке. — Еще немного? Пожалуйста?
— Уже темнеет, а у тебя был долгий день игр. Тебе нужен отдых, чтобы ты мог вырасти большим и сильным, как папа, помнишь?
Джесси улыбается мне в ответ.
— Вот так ты используешь меня, как пешку? Правда?
Смеюсь и обнимаю себя руками. Мне не холодно, но зная, что мы с Джесси скоро останемся одни… Ну, я волнуюсь.
— Я бы не сказала, что пешка, — отвечаю я. — Скорее, стремление.
— Понятно. — Его ухмылка становится шире, а в глазах появляется игривость, которой не было во время ужина. Бросив свою палку, он подхватывает Джетта на руки. — В таком случае, нам пора идти, малыш.
— Ладно, — вздыхает Джетт и нехотя бросает свою палку. — Поплаваем в следующий раз?
— Может быть, в воскресенье, — отвечает Джесси, прежде чем бросить быстрый взгляд в мою сторону. — Я имею в виду, если твоя мама не против.
Более чем не против. На самом деле, если бы он хотел проводить с нами время каждый день, я бы не возражала. Мне бы это понравилось.
— Звучит заманчиво. Может, мы и пикник устроим.
Джетт нагло ухмыляется и счастливо покачивается на руках у Джесси, пока мы поднимаемся по холму к хижине.
Двадцать минут спустя, после того как я уложила его в кровать, то обнаружила Джесси на кухне, сидящим на табурете и играющим на своем телефоне, с пивом рядом с ним.
— Я почти пришла, чтобы забрать тебя для подкрепления, — вздыхаю я, скручивая волосы обратно в пучок. — Он выразил недовольство тем, что завтра не сможет пойти купаться. Очевидно, до воскресенья еще слишком далеко.
Джесси убирает телефон и тянется за пивом.
— В его маленьком мире пара дней может показаться целой жизнью.
— Ммм… — Вздыхая, я беру бокал для вина из шкафа и наполняю его из коробки в холодильнике. — Но серьезно, насчет воскресенья, я знаю, что ты занят на работе в эти выходные, так что не думай, что тебе обязательно тусоваться с нами.
— Я хочу потусоваться с тобой. — Он соскальзывает со стула и обходит остров, допивая остатки пива, прежде чем поставить бутылку рядом с раковиной.
Как и в любой другой раз, когда он был рядом последние несколько дней, я чувствую тепло его близости, как одеяло, в которое хочется завернуться.
— Это нормально? — спрашивает он, прислоняясь спиной к стойке и закидывая одну лодыжку на другую, пока я потягиваю вино, и понимаю, что он снял обувь.
Боже правый, белые носки еще никогда не выглядели так чертовски сексуально.
— Эм, да. Конечно.
Не стесняйся, девочка, скажи ему, что ты на самом деле чувствуешь.
— Нам нравится проводить с тобой время.
 
Его светлые глаза пляшут туда-сюда между моими, а улыбка, спрятанная в его бороде, становится шире.
— Хорошо, — хрипло говорит он, и я проклинаю чертову толстовку, в которую переоделась, потому что здесь внезапно стало жарко.
Я киваю в сторону раковины, отчаянно нуждаясь в том, чтобы отвлечься.
— Мне нужно помыть посуду, иначе утром я буду себя ненавидеть.
— Хочешь, помогу?
— Нет, это займет всего несколько минут. Возьми еще пива. Расслабься.
Мгновение он смотрит, как я включаю воду, но вместо того, чтобы пойти к холодильнику за пивом, берет полотенце.
— Джесси. — Я сердито смотрю на него, но он просто делает глупое лицо в ответ, и через десять минут мы заканчиваем.
— Спасибо, но тебе действительно не нужно было это делать.
— И тебе тоже не нужно было готовить мне ужин, но ты это сделала.
— Сегодня вечером я делаю тебе приятное, помнишь?
— Да, но я все еще не уверен, что понимаю, о чем идет речь.
Он накидывает полотенце на ручку духовки и идет к холодильнику за пивом. Мышцы его спины напрягаются, когда он наклоняется, и дрожь пробегает по моему позвоночнику, надеясь, что все, что я запланировала, пойдет своим чередом.
— Как я уже сказала, ты много работал, и не только на этой неделе.
— Да, но это то, что я делаю.
— Я знаю, что это так. Но я говорю не только о твоей повседневной работе. — Джесси прищуривает глаза, когда откручивает крышку со своего пива.
— Ладно…
— Я говорю о том, что ты сделал для меня и Джетта тоже.
Его челюсть сжимается, и сухожилия на шее напрягаются, когда он сглатывает.
— Ты мне ничего не должна, Хейден.
— Я думаю, что должна.
— Нет, городская девчонка, ты действительно ничего не должна.
— Просвети меня.
Его глаза снова встречаются с моими, и он выгибает бровь.
— Если я скажу «нет», ты меня выгонишь?
— Да, — ухмыляюсь я, и он хмурится, но это на сто процентов притворство.
— Ну, черт.
— Ага. — Смеясь, я хватаю его за руку и тащу в гостиную. — Я так рада, что ты смотришь на вещи по-моему, потому что, поверь мне, в следующей части будет все, о чем ты и не подозревал, что тебе нужно.
— О, боже. Я должен нервничать?
— Очень должен нервничать. — Я отпускаю его руку и театрально машу в сторону старого тридцатидвухдюймового телевизора. — Это не твой большой экран, но я могу гарантировать, что у тебя нет одеял тети Клэр, чтобы завернуться в них, не так ли?
Его язык касается внутренней стороны щеки.
— Девочка, у тебя здесь даже кабеля нет.
— Кому нужен кабель, когда у тебя есть огромный DVD-плеер 2000-го года, а? — Его брови приподнимаются, и моя рука превращается в волшебную палочку, размахивающую по деревенской комнате. — Видишь? Магия. Прямо здесь, в этой гостиной.
Его плечи трясутся от беззвучного смеха, когда я передаю ему свой бокал с вином и быстро накидываю небольшую гору одеял перед диваном, прежде чем включить телевизор и вставить DVD.
— Давай, парень из братства. Давай сделаем это. — Я забираю свое вино и устраиваюсь поудобнее в беспорядке одеял, а он неохотно следует за мной.
— Что мы будем смотреть? — скептически спрашивает он, устраиваясь рядом со мной.
— Разве это имеет значение, пока ты проводишь время со мной? — Я легонько подталкиваю его локтем, и он ухмыляется. — Я так и думала.
Через несколько минут начинается фильм «Армагеддон» в смехотворно низком качестве, но я уверена, что ни одного из нас это не волнует. На самом деле, меня нисколько не волнует, что происходит на экране, потому что меня гораздо больше интересует мужчина рядом со мной и планы, которые я вынашиваю, чтобы помочь ему расслабиться. К сожалению, мне приходится тянуть время, чтобы не показаться совершенно очевидной.
Через двадцать минут я больше не могу этого выносить. Поэтому ставлю свой пустой бокал на журнальный столик и забираюсь на диван, позади него.