Мы созданы из моментов (ЛП)

— Ты нашла нас, — замечаю я, стараясь говорить легко и непринужденно, хотя мое сердце бьется со скоростью мили в минуту. Ее волосы собраны на макушке, свободные пряди вьются вокруг лица, на котором совершенно нет макияжа. Чертовски красивая.
— Я не знала, что ты живешь так близко к хижине, — отвечает она, ее глаза смотрят повсюду сразу, а восхищенное выражение лица, именно то, на что я надеялся.
— Вау. Это тот самый «маленький» домик, который ты построил?
Я усмехаюсь, зная, что свет на крыльце и фонари на гараже даже не показывают всего.
— Это много для нас с Джеттом, но я хотел, чтобы у него было достаточно места для роста.
Она обхватывает себя руками, когда легкий ветерок проносится по крыльцу, и ее грудь чуть не выскакивает из майки с низким вырезом. На ней также те обрезанные леггинсы, которые она так любит, и я знаю, что скоро буду любить и ненавидеть, наблюдая, как она входит внутрь.
— Наверное, я должна была этого ожидать, — говорит она с легкой улыбкой.
— Да?
— Да. — Она смотрит на меня, поджав губы. — Ты никогда не был халтурщиком.
Я смеюсь и наклоняю голову в сторону входной двери.
— Заходи, пока комары не съели тебя заживо.
— Я не хочу отнимать у тебя слишком много времени. Уже поздно…
— Поздно для «Коул Стоп», но не для меня.
Я открываю дверь и пропускаю ее вперед.
— Джетт надевано уснул, но я могу разбудить его, если хочешь.
— Нет, нет. — Она качает головой и проходит мимо, ее сладкий, приторный аромат щекочет мне нос. — Пусть спит.
— Он сегодня много играл с моим отцом и Джинксом. И, наверное, не проснулся бы, даже если бы мы попытались.
И почему, черт возьми, мои ладони вдруг вспотели?
— Хочешь что-нибудь выпить? Пиво или, думаю, у меня есть пара этих крепких сидров…
— Нет, спасибо. Я не могу оставаться слишком долго, иначе мои яблоки станут коричневыми. Кроме того, я уже выпила бокал вина. Не хочу испытывать судьбу. — Она поворачивается лицом ко мне в холле, темные глаза стали намного яснее, чем утром. — Джесси, это великолепно.
Я открываю рот, чтобы поблагодарить, но останавливаю себя, потому что это Хейден. Единственный человек, чье мнение о моем доме я хотел услышать когда-либо. И хочу показать ей гораздо больше, чем просто вход.
— Могу я устроить тебе экскурсию? — Я провожу влажной рукой по шее, надеясь. — Ты можешь заглянуть хотя бы в комнату Джетта. Посмотреть, где он спит.
Она снова мягко улыбается и кивает.
— Мне бы этого хотелось.
— Я не хочу отвлекать тебя от пирога…
— Он может подождать несколько минут.
В ее голосе есть воздушная легкость, от которой у меня по позвоночнику пробегает дрожь. Проблема только в том, что на мне лишь баскетбольные шорты, и, если мой член узнает об этой маленькой вспышке, у меня будут проблемы.
Я прочищаю горло и наклоняю голову в сторону кухни.
— Здесь я притворяюсь, что готовлю всякое дерьмо.
Она смеется и к счастью обращает свое внимание на большую комнату слева. Как и во всем доме, здесь много темного дерева с современными элементами, и мне нравится наблюдать, как она рукой бежит по гладкому карамельному граниту, когда все это рассматривает.
Далее идут столовая, небольшая гостиная/зона отдыха и ванная комната на первом этаже, затем мой кабинет, которым я никогда не пользуюсь, и семейная комната, которой пользуюсь каждый день.
— Вау! — Хейден улыбается, когда мы заходим внутрь, и я знаю, что будет дальше, еще до того, как она это скажет. — Джетт никогда не говорил мне, что у тебя есть кинотеатр.
— Нет? — Я складываю руки на груди и ухмыляюсь. — Нет ничего лучше, чем смотреть мультфильмы на стопятьдесятидюймовом экране.
Она поджимает губы, и я сдерживаю собственный смех, потому что у меня такое чувство, что знаю, о чем она думает. Джинкс и Эйден сказали, что я слишком перегибаю, но мы с Хейден оба знаем, что это неправда.
— Давай я покажу тебе комнату Джетта, — говорю я вместо этого, кивая в сторону холла, а затем веду ее обратно по паркетному полу к лестнице в передней части дома.
 
Комната Джетта находится по середине коридора на втором этаже, и его дверь широко открыта, как всегда, пока я не лягу спать. Включаю свет в коридоре, чтобы она могла получше разглядеть, но как только ее взгляд падает на него, свернувшегося калачиком в кровати, свет становится бессмысленным. Она вообще не смотрит на остальную часть комнаты.
— О, он выглядит таким маленьким в этой большой кровати, — шепчет она, прижимая кончики пальцев ко рту, задерживаясь у двери.
— Я думал, что он выберет гоночную машину или даже двухъярусную кровать, но ему больше всего понравилась эта, — говорю я за ее спиной. Это просто двуспальная кровать с дубовой рамой и толстым матрасом, ничего особенного.
— Правда? Его кровать дома… — Она замолкает и стоит так близко, что я слышу, как та сглатывает. — Его кровать в Грин-Бей — это самосвал. Он настоял на этом.
— Черт, не может быть? — тихо смеюсь, делая вид, что не заметил поправки.
— Я всегда думала, что это его способ ощущать тебя рядом с нами. — Она снова смотрит на меня, темные глаза искрятся нежностью. — Может быть.
Мое сердце снова начинает колотиться, и я делаю тихий вдох в надежде успокоить его.
Она мягко улыбается, как раз, когда Джетт зашевелился в своей кровати. И я инстинктивно тянусь руками к ее бедрам, оттягивая ту назад и выводя из комнаты вместе со мной.
Только когда обхватываю ее, чтобы закрыть дверь, прижимаясь грудью к ее спине, я понимаю, что делаю.
— Черт, извини. — Я быстро отхожу, почесывая одной из моих жадных рук волосы. — Я не должен был…
— Все в порядке. — Хейден непроизвольно поднимает руку к моей руки и нежными кончиками пальцев касается моей кожи, прежде чем отдернуть ее. Этого достаточно, чтобы вызвать мурашки и еще одну дрожь от шеи до копчика. — Он может быть медведем, когда просыпается вот так.
Да. Я слышу, что она говорит. Она права. Но также…
Я чувствую это. Так же, как и несколько недель назад, стоя перед ее цветочным садом.
Между нами все еще что-то есть.
И оно гораздо сильнее, когда она стоит всего в полуметре от меня, так близко, что я слышу ее дыхание.
Это чувство вызывает столько вопросов. Например, действительно ли у нее все закончилось с Лейном? Думала ли она обо мне так же, как я о ней? Будет ли нормально, если я притяну ее к себе и зацелую до смерти?
Мне хочется знать все это, но никогда не воспользуюсь ее уязвимостью, потому что, как бы ни чувствовал кипящее напряжение между нами, я также понимаю боль в ее глазах.
Поэтому я наклоняю голову в сторону лестницы и подавляю любопытство.
— Давай принесем тебе масло и муку.
— О, точно, — смеется она, хотя ее взгляд устремлен на оставшиеся двери в коридоре. — Эти яблоки сами не сделают себе тесто.
Я бы с удовольствием закончил экскурсию, но моя комната будет одной из остановок. И я ни за что на свете не позволю ей вторгнуться в мое личное пространство, рассчитывая на то, что она снова будет там спать.
Мы возвращаемся вниз, и пока я достаю ингредиенты для нее, она задерживается на другой стороне острова, взглядом снова окидывая кухню.
— Я придерживаюсь того, что сказала ранее. Твой дом действительно прекрасен, Джесси. — Гордость расцветает в моей груди, и я киваю.
— Спасибо. Было много работы, но я доволен конечным результатом.
Ее ресницы слегка трепещут.
— Это так похоже на тебя, — говорит она. — Но это нечто большее.
Да, я знаю, но это тоже разговор для другого раза.
— Мне очень помогли, — говорю я вместо этого. — Эйден, Джинкс, мой отец…
— Но это было твое видение. Твоя мечта.
Она поджимает губы и отводит взгляд. Но не раньше, чем я вижу отблеск эмоций в ее глазах.
И тогда я чувствую себя дерьмово.
Я не подумал о том, как трудно ей будет приехать сюда, видя, что я сделал, жизнь, которую построил для нашего сына, в то время как ее жизнь рушится. Особенно зная, как она относится к тому, чтобы обеспечить ту стабильность, которой ей не хватало в детстве.