Дым без огня
Джессика поднялась со стула, подошла к окну и, пытаясь сосредоточиться, устремила взгляд на деревья Центрального парка, подернутые зеленой дымкой распускающихся почек. Несколько минут она молчала, обдумывая какой-то вопрос, но не решаясь задать его. Кристофер подошел и встал рядом.
— Кристофер, вы думаете, она знала? Была в курсе того, что мой отец не был разведен, когда она выходила за него замуж?
Кристофер дотронулся до плеча девушки, и тело Джессики моментально откликнулось на исходившее от его руки тепло и силу.
— О, она все прекрасно знала. Потому-то так быстро и избавилась от тебя. Она боялась, что в Нью-Йорке ты можешь докопаться до истины. Особенно она всполошилась, когда ты пошла в это независимое юридическое товарищество. Джессика отпрянула.
— Но я ей об этом не говорила…
— Однако она узнала. Ты оставила на столе номер телефона этого товарищества. Джессика издала горестный стон.
— И тут же явилась ко мне с предложением переехать в Денвер…
— Верно. Но это была лишь уловка, чтобы заставить тебя уехать, пока ты случайно не наткнулась на то, что могло разоблачить ее.
— Ха-ха… А я-то думала, что она решила избавиться от меня, потому что готова за каждый цент удавиться!
— Это тоже верно. Но к жадности примешивался еще и страх. Ведь все это было противозаконно.
Джессика содрогнулась при мысли о том, как же должна ненавидеть ее Глэдис.
— Самое смешное, что именно жадность ее и погубила. Если бы в ней сохранилась хоть капля благородства и она не пожалела бы какой-то жалкой пары тысяч долларов и отправила тебя ко мне с деньгами на питание и обучение, тогда ее расчет мог бы полностью оправдаться. Ты сняла бы себе жилье, и я не чувствовал бы за тебя никакой ответственности.
— И что же теперь с ней будет?
Кристофер сел на подоконник, взял Джессику за руку, притянул к себе и поставил девушку между колен. Этот жест был настолько интимным, что тело Джессики обдало жаром. Однако движения Синглтона были скованны, лицо ничего не выражало, и Джессика не могла сказать, кто же был сейчас перед ней — родственник, просто друг или любовник..
— Что с ней будет? Это зависит от тебя, Джессика. Я все узнал, но только ты можешь решить, давать ли этому делу ход.
Джессике показалось, что она стоит на вершине очень высокой горы, а вокруг бушует ледяной ветер.
— А если я скажу «да», у мачехи все отнимут и отдадут мне?
— Верно. И ты сможешь делать вес, что захочешь. Сможешь учиться, не думая больше о деньгах, жить полной жизнью, путешествовать во время каникул, как делают многие студенты…
Джессика поежилась от радости и засмеялась, представляя эту радужную перспективу.
— Глэдис не собирается бороться со мной? Я в это никогда не поверю.
— Нет, не собирается. Я взял на себя смелость внушить ей, что если она вздумает судиться, то ты привлечешь ее к уголовной ответственности.
Джессика высвободила руку из его ладони, хотя и против собственной воли. Склонив голову, она пыталась разобраться в обуревавших ее чувствах.
Наконец она выпрямилась и твердо взглянула в ожидавшие ответа синие глаза Синглтона.
— Забудьте об этом, Кристофер. Я не хочу этих денег. Я смогу прожить и без них.
Он вскочил с подоконника и схватил ее за руки.
— Ты с ума сошла? Деньги принадлежат тебе по праву. Это же твое единственное наследство!
— Если так, то это очень печально. Ведь настоящее наследство-это не деньги или… или вещи. Это любовь, которую человек оставляет после смерти. Это память и традиции семьи. Я признаю только такое наследство.
Кристофер выпустил руки Джессики и погладил девушку по голове.
— Черт возьми, Джессика! Из-за тебя я испытал кучу неприятностей!
— Да, я знаю. — На ее губах заиграла улыбка. — И ценю эти усилия гораздо больше, чем самое громадное состояние на свете. Но я до сих пор не могу понять, зачем это было нужно. Что могло заставить человека пойти против родной сестры?
— Ты стала мне дороже сестры, Джессика. Я не мог вынести, что она обижала тебя, украла у тебя семь лет жизни. Нельзя было позволить ей отнять у тебя и все остальное.
— Но… Глэдис тоже была нужна какая-то передышка. У нее была нелегкая жизнь.
— Не верь этому. Она сбежала с фермы, когда дела пошли худо, а потом вместо того, чтобы учиться или работать, предпочла искать выгоду в бесконечных замужествах, каждое из которых делало ее немного богаче. И сейчас она очень неплохо устроилась. У нее дом из восьми комнат, акр земли на берегу канала, роскошная машина… Ее мужу шестьдесят два года, и долго он не протянет, потому что у него эмфизема в последней стадии.
Джессика ошарашенно смотрела на Синглтона. Глэдис предстала перед ней в совершенно ином свете, и к этому следовало привыкнуть. Она слабо улыбнулась.
— Понимаю… Что ж, может быть, мы с ней сможем договориться без суда. Найти какой-нибудь компромисс, разделить деньги или еще что-нибудь. И вам совсем не надо будет вэто вмешиваться…
Синглтон провел по губам девушки кончиком большого пальца.
— Но я уже вмешался. Верь, я всегда буду на твоей стороне, что бы ни случилось. — Слезы подступили к глазам Джессики, горло судорожно сжалось. — Потому что каждый рано или поздно находит свою семью. Похоже, что моя семья-это ты, малыш.
Слезы градом хлынули из глаз Джессики, она потянулась и обняла Кристофера за шею.
— О, Кристофер, спасибо…
Прикосновение к его телу, каким бы мимолетным оно ни было, вызвало в Джессике настоящую бурю. Девушка опустила руки и отпрянула от Синглтона.
— Итак, это все новости? Надеюсь, больше сюрпризов не будет? — Она попыталась изобразить светскую улыбку.
Кристофер посмотрел на нее, прищурился и кивнул.
— Это все, — отрубил он, словно ставя точку, и у Джессики упало сердце. — Я счастлив за тебя, Джессика. Наконец-то тебе выпала удача. Ты ее заслужила. Теперь все будет хорошо. — Он отвернулся и мрачно уставился в окно.
Джессика удивленно наблюдала за ним. Кристофер выглядел ничуть не менее удрученным, чем она сама. Неожиданно для себя она вдруг сказала:
— Если вы не против, я хотела бы вернуться вместе с вами. Предпочитаю университет штата Колорадо.
Кристофер не пошевелился. Даже рубашка на его плечах осталась неподвижной, и Джессика решила, что он не расслышал ее слов.
— Почему же тогда ты уехала?
— Я… мне казалось, что вам плохо со мной. Я думала, что с Эмили вам будет лучше. Но теперь вижу, что могла ошибиться, и… если наш уговор остается в силе, то… — Кристофер стремительно обернулся, и на лице его было написано такое отчаяние, которого она и представить себе не могла. — Я не шучу. Но если вы не хотите…
— Я не хочу? Я? — Из горла Кристофера вырвался странный звук, словно он задыхался, и в следующую секунду Джессика оказалась в его объятиях. — Все мое несчастье в том, что я слишком хочу. Хочу тебя, котенок. — Кристофер прижимал ее к себе так крепко, словно не мог до конца поверить, что счастье, в котором он отказывал себе так долго, наконец-то оказалось у него в руках. — И это мне совсем не по душе…
— Не по душе? Ничего не понимаю…
Кристофер ласково погладил Джессику по спине. — Ты слишком молода… только начинаешь жить. Я не имею права связывать тебя. Ты станешь скучать, почувствуешь себя неудовлетворенной… Я скоро надоем тебе.
Джессика с наслаждением вслушивалась в эти слова. Упиваясь пьянящим теплом объятий Кристофера, она постаралась спрятать улыбку.
— Никогда в жизни не встречала человека с более богатым воображением, чем у тебя, Кристофер Синглтон… — Он поднял голову и все так же угрюмо посмотрел на девушку. — Почему ты решил, что без тебя я буду счастливее, чем с тобой? — хитро улыбаясь, спросила Джессика.
В его глазах на секунду вспыхнула надежда, но тут же угасла.
— До сих пор ты мало что видела. А теперь у тебя будут средства, чтобы путешествовать, знакомиться с новыми людьми, делать все, чего ты была лишена…
Инстинктивно поняв, что должен чувствовать сейчас Кристофер, Джессика еще крепче прижалась к нему. Господи, до чего хорошо снова быть рядом!