Дым без огня

Но огненный водоворот, который захватил их Кристофером, не имел ничего общего с ее девичьими грезами. В один миг хорошо продуманная схема жалась. Слишком горячо. Слишком быстро. Они не были готовы к этому. Нет, не так: она не была готова, пугала неопределенность ситуации. В этом кроется истинная причина ее неуверенности. Вне всякого мнения, Кристофер был более искусен в любви, чем а могла себе представить. Он быстро поймет, что Джессика совсем неопытна, и охладеет к ней…
  
— Кристофер… — Джессика запрокинула голо-, чтобы глотнуть немного воздуха. — Кристофер, мы должны остановиться…
Прерывистый стон разочарования вырвался из его груди.
— Я понимаю. Прости. Я не хотел, чтобы так лучилось. — Однако казалось, что он не в силах совладать с собой. Он целовал ее снова и снова — томительными, жадными поцелуями.
— Кристофер! — Джессика обеими ладонями уперлась ему в грудь.
— Да, да, конечно. — Закрыв глаза, он прижимался лбом к ее лбу и тяжело дышал. Наконец он решительно отступил, глядя куда-то в сторону. — Ты права.
Джессика вовсе не была в этом уверена. Каждая клеточка ее тела молила о том, чтобы снова очутиться в его объятиях и испытать все, что обещали его прикосновения.
Кристофер подошел к темному окну.
— Как бы мы объяснили это Глэдис? — вслух думал он, не имея понятия о подлинных приличиях, которые вызвали сопротивление Джессики.
— Глэдис? — На Джессику словно вылили ушат холодной воды.
— Ну да… Она прислала тебя сюда, чтобы я за бой присмотрел, а я не оправдал ее доверия и завязал с тобой интрижку. На что это похоже?
Джессика стиснула руки, почувствовав, как холодно и пусто стало вокруг.
— Завел интрижку? Вы так называете то, что сейчас произошло? — Джессика боялась, что ее голос вот-вот сорвется.
Кристофер отвернулся от окна.
— Прости. Я не хотел выразиться так грубо. — Окончательно сбитый с толку, он сунул руки в карманы и принялся ходить по комнате, погрузившись в глубокое раздумье. — Но согласись, мы находимся в весьма щекотливом положении. Я не знаю, как мы объясним ей все это. Кроме того, дело не только в Глэдис. — Кристофер остановился и угрюмо уставился в стену. — Джессика, как мы объясним ситуацию всем моим знакомым в Денвере? Скажи мне, пожалуйста.
Джессика нащупала у себя за спиной стул и неуклюже села.
— Конечно, мне следовало бы об этом подумать, — произнесла она вслух, а в голове пронеслась череда мрачных мыслей. Кристофер-адвокат в престижной фирме, которого ждет блестящая карьера. У него есть любовница, вполне соответствующая его жизненным стандартам.
— Хуже всего, что я представил тебя как мою племянницу, а наша паршивая газетенка раструбила об этом по всему свету, — подвел он итог своим невеселым размышлениям. — Если теперь я начну появляться с тобой на людях как со своей девушкой, все подумают, что я намеренно лгал, чтобы оправдать наше совместное проживание. На моей безупречной репутации можно будет поставить крест.
Репутация, черт ее побери! Джессика дрожала, но изо всех сил пыталась не заплакать.
— Я не могу этого допустить, — сказал Кристофер. — Просто нужно взяться за ум, пока не поздно,
Однако даже на расстоянии в десять футов сила их взаимного притяжения не ослабевала, и Джессика недоумевала, как можно с этим справиться. Только озлобившись и ожесточившись, загнав чувство глубоко внутрь, где оно тем не менее будет жить. Разве не так Джессика преодолевала все свои обиды и разве забылась хоть одна из них?
Девушка напомнила себе, что Кристофер не считает ее достаточно важной персоной, чтобы ради нее рисковать репутацией. Ему важней карьера и люди, с которыми он считался, а Джессике Стоун попросту нечего делать в его хорошо отлаженной жизни. Хуже того, она путала все его карты. Разве не так?
Пока Джессика размышляла над этим, с виду она все больше успокаивалась, а когда гнев достиг апогея, просто улыбнулась.
— Нет проблем, Кристофер. Инцидент исчерпан.
Глаза Синглтона сузились. Казалось, самообладание Джессики окончательно выбило его из колеи.
— Джессика, что-нибудь не так? — Он подошел к девушке.
— Нет, все в порядке. Просто вы правы. Я согласна. Пойдут слухи, люди будут сплетничать о нашей разнице в возрасте, о том, что мы не пара или что мы дальние родственники. И потом эта история с, моим арестом. Все это вам совсем ни к чему, Правда? Поэтому просто забудем о происшедшем и не будем давать повода для сплетен.
— Джессика, я никогда… — Он нахмурился, но мгновение спустя пожал плечами и согласился. — Хорошо. Я рад, что ты все поняла.
— Вот и чудесно. Я рада, что вы рады. А теперь нам обоим стоит поспать. Особенно если мы завтра все же собираемся кататься на лыжах. А мы ведь собираемся, правда? — Задавая этот вопрос, Джессика хотела выяснить, смогут ли они с Кристофером вести себя как ни в чем не бывало. После всего того, что произошло между ними…
Несколько мгновений, показавшихся девушке вечностью, Синглтон молча смотрел на Джессику. — Да, — наконец промолвил он. — Собираемся. Кристофер получил то, чего хотел, — на их взаимном чувстве поставлен крест. И все же, выходя из комнаты Джессики, он был совершенно сбит с толку.
Прежде чем лечь в постель, Джессика раскрыла свой дневник и задумалась обо всем, что случилось за день. Она никогда не узнавала так много нового, никогда так не смеялась и никогда так крепко не любила… Четверть часа она просидела над чистым листом бумаги с ручкой в руках, гадая, как же об этом написать. Столько всего произошло, столько надо было запомнить. Но когда Джессика закрыла блокнот, там значилась только одна короткая строчка: «Идеальных дней не бывает».
Глава 8
На обратном пути по радио передавали всякую дребедень.
— Загляни в отделение для перчаток. Кажется, там завалялось несколько кассет.
Джессика порылась в «бардачке» и усмехнулась.
— Ха! Ронни Джеймс Дио. Знали бы об этом достопочтенные партнеры…
Кристофер подумал, что сегодня день прошел хорошо. Даже чудесно, если вспомнить о том, что произошло вчера вечером. Джессика была на высоте. Кристофер провел беспокойную ночь, думая о щекотливости ситуации, но, когда они встретились за завтраком, Джессика улыбнулась ему как ни в чем не бывало. Все утро они провели вместе, катаясь на лыжах, но о вспыхнувшей страсти не было сказано ни слова. Он затронул эту тему, несколько неуклюже спросив, все ли в порядке, но она досадливо отмахнулась и сказала, что не хочет об этом говорить. Затем и он сделал вид, что ничего не произошло, и только несчастное выражение, появлявшееся иногда в глазах Джессики, напоминало ему о случившемся и о том, что девушка не забыла об этом.
Их дружелюбие было блестящей игрой двух актеров, заслуживавшей премии «Оскар». Кристофер гадал, насколько же их хватит. Хотелось надеяться, что надолго, потому чтовступить в связь с Джессикой было совершенно невозможно. Как он объяснит это Глэдис? Разве сестра не сочтет его предателем, увидев, что он воспользовался гостеприимством в эгоистических целях? Глэдис, которая действительно заботится о благе Джессики, ни за что не простит его. И будет совершенно права.
— Расскажи мне о своем решении стать няней. Чертовски интересно, как эта мысль пришла тебе в голову.
— Я впервые задумалась об этом много лет назад. Когда мне исполнилось пятнадцать.
Кристофер был удивлен и польщен. Она все-таки решилась ответить.
— В те времена мы с друзьями каждую субботу ездили в Манхэттен. Компания была не из лучших, — поколебавшись, призналась Джессика. — Правда, и время тоже было не излучших.
— Может, расскажешь об этом поподробнее? Где ты тогда жила? И с кем? Я никогда об этом не спрашивал.
  
Джессика опустила глаза.
— Я всю жизнь жила с отцом в Бруклине. Конечно, наш дом не стали бы фотографировать для журнала, но там было вполне терпимо. Сначала он принадлежал моей бабушке, потом она умерла и оставила его отцу. Двухквартирный дом. Когда я была маленькой, бабушка жила на втором этаже, а мы с отцом — на первом.