Замуж за ревизора (СИ)

На пороге стояла поздняя осень. Снег ещё не выпал. И Мэри рассчитывала, что вполне может найти пригодные для еды растения.
Мэри обогнула крепостную стену и почти сразу увидела хозяйский сад. За невысокий каменной оградой стояли яблоки, груши и сливы. Мэри подошла поближе: железная калитка, ведущая в сад, была лишь прикрыта, но не заперта на замок. За ней располагалось несколько грядок, то, что некогда было небольшим розарием, и даже небольшой полупустой парник. Все это выглядело серым, забытым, давно не ухоженным. Но на деревьях ещё висело несколько плодов, а у каменной стены были повядшие заросли топинамбура.
Мэри вырыла несколько корней этого растения, набрала на грядке переросшего щавеля, сорвала несколько яблок и подумала, глядя на все это богатство, что хорошего начала семейной жизни ни ей, ни супругу никто не обещал. А завтра следует первым делом сходить на рынок за продуктами.
Вернувшись со всем этим в дом губернатора, Мэри так увлеклась готовкой, что не сразу расслышала, как к ним вновь нагрянули гости.
— Даже не упирайся, скверный мальчишка, — раздался чей-то злой голос.
Мэри сначала отложила кухонный нож, которым резала овощи, но затем, когда крики повторились, подумала и засунула его за пазуху, после чего вышла встречать названных гостей. Ими оказались господин Хендрикс, уже знакомый Мэри амбал-сподручник мерзкого старикашки и мальчишка лет десяти, которого амбал держал за ворот куртки, словно котенка за шкирку. Мальчишка при этом брыкаться, лягался и даже пытался укусить обидчика, чем, вместе со своим грязным и оборванным видом, ещё больше напоминал скорее дикого зверька, чем обычного ребенка.
— Добрый вечер, дорогая племянница, — поприветствовал Хендрикс Мэри. При этом в голове его была такая прохлада, что сразу становилось ясно: выражение «дорогая племянница» старикашка придумал лишь для того, чтобы больше не трудиться запоминать как «племянницу» зовут. Мэри или Марта?
Мэри лишь слегка кивнула головой в знак приветствия, мечтая скорее вернуться к топинамбуру, который в данный момент казался куда более приятной компанией.
— Мы пришли к твоему мужу, — продолжил Хендрикс, — по первому «городскому происшествию» с начала его работы в должности губернатора. Позови его.
Мэри хотела напомнить, что Хендрикс забыл сказать «пожалуйста», но в этот момент губернатор сам вышел из своего кабинета, избавив девушку от необходимости говорить со старейшиной Бройте о вежливости.
— Добрый вечер, господин губернатор, — слащаво улыбнулся тому Хендрикс, — прошу вас помочь разобраться. Сегодня вечером мы поймали этого мальчишку на конюшне господина Троге. Он не местный и к тому же воришка. В его кармане мы нашли монеты, ранее украденные у господина Олофа на рынке. Но когда Виндон, — тут Хендрикс кивнул в сторону амбала, — любезно попросил мальчика убираться из города, тот начал сопротивляться. А ещё он говорит, что знает вас, господин губернатор. Губернатор чуть наклонил голову и внимательно осмотрел всю компанию. Хендрикса, подобострастно ожидающего его вердикта, верзилу, которого оказывается звали Виндон, и мальчишку. Последний, кстати, перестал брыкаться и теперь смотрел на всех с неким торжеством в глазах. Мэри же вспомнила, что она уже видела мальца: тот приехал на облучке повозки вчера, вместе с губернатором. Возможно ли что он вместе с губернатором? Только супруг Мэри никак не желал говорить что-либо по этому поводу. А возможно, его язык просто не мог что-либо вымолвить от количества выпитого. Мэри ещё хорошо помнила о пяти бутылках вина, что он с утра унес к себе в кабинет.
Молчание прервал мальчишка.
— Сэдрик! Ну скажи им!
Мэри посмотрела на супруга, впервые осознав, что только сейчас слышит, как его зовут. Но губернатор лишь склонил голову на другой бок, все ещё наблюдая картину перед собой.
— Мы можем кинуть мальчишку в темницу при башне, — предложил господин Хендрикс. Эта фраза несколько оживила губернатора:
— При башне Бройте есть темница? Я не видел упоминания о ней в архивах.
 
Господин Хендрикс замялся, видимо понимая, что выдал не ту информацию. Но вскоре желание подлизаться к губернатору перевесило, и старик ответил:
— Да, темница. В подвале у северных ворот. Если вы распорядитесь, то…
Губернатор прервал его:
— То есть вы предлагаете мне бросить десятилетнего ребенка в темницу?
— Он вор, — спокойно ответил Хендрикс, — я знаю такой тип: если мы вывернем его карманы, то точно найдем подтверждение моим словам и помимо денег нашего достопочтенного Олафа.
Губернатор и притихший мальчишка обменялись многозначительными взглядами, после чего Мэри уже точно не сомневалась в их знакомстве. Мальчишка при этом несколько виновато поступил глаза, а потом и вовсе отвёл их в сторону, на что Сэдрик лишь тяжело вздохнул.
— Мне однозначно нравится идея темницы, — наконец медленно изрек господин губернатор.
Виндон радостно тряхнул мальчишку за воротник, на что парнишка пнул его ногой в отместку.
— Значит темница? — довольным голосом произнес Хендрикс. Его явно радовало, когда в городе всё идёт по его правилам.
— Нет! — Мэри, сама ругая себя, выступила вперёд.
Ей не нравилась мысль прогнать десятилетнего ребенка из городка, откуда и взрослый-то вряд ли выберется. И совсем претило то, что за пару каких-то монет, за которые мальчик наверняка хотел купить себе еды, его сейчас бросят в темницу.
— Что вы творите! Это же ребенок!
Губернатор, Хендрикс, Виндон и даже мальчишка посмотрели на нее вполне как на полоумную.
— Сэдрик, это кто? — спросил мальчик.
— Моя новая жена, — спокойно ответил губернатор.
Парнишка лишь присвистнул.
— Ты что, снова женился?
— Ну ты знаешь, я никогда не могу устоять перед красивой и честной девицей, — слегка покосившись в сторону Хендрикса, ответил губернатор.
Старик же, осознавая подвох, чуть отошёл в сторону. И даже Виндон отпустил-таки шиворот мальчишки.
— Так вы все-таки знакомы? — мягко, словно все ещё не веря в происходящее, спросил Хендрикс губернатора.
— Конечно, господин Хендрикс. Это Арон, мой сын.
Хендрикс и Виндон отпрыгнули от мальчишки как от огня, а тот победно ухмыльнулся, мол, «вот вам!».
Мэри же внимательно посмотрела на мальчика. Его волосы были темными, но в отличие от отца не имели того теплого каштанового оттенка. Нос был слегка приплюснутым, широким. Ко всей картине добавлялись слегка оттопыренные уши, и в целом он ни капли не походил на господина губернатора. Что не помешало Хендриксу мгновенно перестроить свою линию поведения.
— Как чудесно, что этот юный сорванец ваш сын, — сладко улыбнулся он.
Арон, освобожденный от оков Виндона, прошествовал к отцу, не забыв при этом показать Хендриксу и его сподручному весьма неприличный жест.
Но Сэдрик не был столь рад принять сына.
— Значит в твоём кармане нашли пару чужих монет? — прищурился он.
Арон слегка вжал голову в плечи, но на помощь весьма неожиданно пришел господин Хендрикс.
— Мальчик ещё так мал, не будьте к нему столь строги!
Мэри протёрла глаза: да, староста деревни был мастером мгновенных перевоплощений! Не он ли ещё минуту назад хотел посадить ребенка в темницу?
Сэдрик же посмотрел на старикашку, затем на Арона, и широко улыбнулся.
— Как всегда вы уговорили меня, друг мой, — сказал он Хендриксу. — Хотя, думаю, нам все же стоит взглянуть на темницы. В воспитательных целях. Но сейчас уже поздно, так что жду вас в гости завтра с утра. И, если не сложно, принесите ещё пару бутылок вашего чудного вина, — подмигнул он.
Хендрикс полностью растаял от счастья, Мэри же громко прочистила горло. Куда ж ее мужу ещё вина, если он не помнит о собственном сыне?
— Кстати, — обратился Сэдрик к Арону, — познакомься со своей новой мачехой, Мартой.
— Мэри! — сквозь зубы прошипел в девушка.
Мальчишка же сделал шутливый реверанс в ее сторону.
— Мадам, как приятно!
И Мэри подумала, что может он всё-таки и правда сын ее супруга.