Охота на Трясогузку (СИ)

— О чём? — встрепенулась я, припоминая, что с Элкой мы созванивались вчера, а вот о чём говорили — хоть убей, не помню.
— Да там у Женьки п-проект выстрелил, и теперь второго января его ждут в Тулоне. Ты ж сама п-понимаешь, что от таких предложений не отказываются.
— В Тулоне? Это во Франции, что ли?
— Ага, п-представляешь, Лазурный берег!.. — восторженно прочирикала Стешка и явно собралась поведать об этом месте подробнее, но опомнилась и смущённо улыбнулась. — Вот такие новости.
  
— И-и… какой вывод я должна из этого извлечь? — поинтересовалась я, уже ощущая нарастающее раздражение.
Могла бы и не спрашивать, потому что уже догадалась, к чему этот разговор.
— Скорее всего, лететь на Занзибар у Женьки не п-получится, — Стефания виновато развела руками. — Он только сегодня узнал и Генке п-позвонил. Но это же х-хорошо, правда?
Да это пиздец!
— Я так и знала, что какая-нибудь херня непременно случится, — я со злостью пнула по ножке стула.
— Но это не х-херня, Саш, это удача. А если у Женьки там всё хорошо п-пойдёт, он и нашего Кира к объекту подтянет. Это же здорово!
— Поздравляю! — рявкнула я. — Но я надеюсь, Элка не отваливается? Женька ведь без неё должен быть в этом своём… бля… ну как его?
— В Тулоне, — тихо подсказала Стешка и в защитном жесте выставила ладошки. — Сань, ты лучше сама у Эллочки сп-проси.
И, конечно, я тут же всё выяснила. И мне захотелось рвать и метать.
И хрен бы с ним, с этим Женькой, тем более, что вдвоём с Генычем — это неуправляемая парочка. Но моя Элка!.. Предательница! И без Женьки она не может, и Данька заболел… И, конечно, она прежде всего, мать и жена, и только потом-потом подруга — где-то там…
Может, я и не права, но мне сейчас по хрену! Мне-то что делать⁈ У нас до вылета сутки остались, а я и без мужика, и без любимой подруги. Из шестерых остались только я и Стешка со своим Генычем. Тот ещё фрукт!
— Мы можем, кстати, Макса с Мартой позвать, — придумал этот олух, и я совсем озверела:
— Ты долго думал? Кто мне эти люди?
— Это мои друзья, — со значением заявил Геныч, а в ответ ему так и рвалось:
«А ты-то мне кто⁈»
Но, глядя как Стешка жмётся к своему центнеру счастья, я прикусила язык. А Кир благоразумно напомнил:
— Геныч, вообще-то это Сашкино путешествие, поэтому и компанию набирает она.
— А те, кто против меня, — я пронзила взглядом Айку с Киром, — уже соскочили.
— Вот именно! — взревел Геныч. — А я, между прочим, ради нашей Александрии отложил открытие бара, и даже отказался от съёмок в Париже.
— В передаче «В мире животных»? — непроизвольно вырвалось у меня, а Стешка пронзила меня злым взглядом.
— «В мире инквизиции», — парировал Геныч. — Там сейчас как раз большой семинар для охотников на ведьм. А кстати, о ведьмах… может, мы Германовну пригласим? Можно даже с Жориком. М-м? Что скажешь, Александрия, как тебе такая компания?
А я вдруг вспомнила, как Инесса мечтательно закатывала глаза, когда я говорила о Занзибаре. Много ли ей ещё осталось путешествовать? Во всяком случае, с этой дамочкой скучать не придётся. Да и Жорик мне нравится…
— А как же билеты? — поинтересовалась я, мысленно уже утвердив замену.
— Сань, ты сперва у Инессы поинтересуйся планами на Новый год, и если она согласится, я позвоню Горскому, и он всё переоформит, — успокоила меня Айка и тут же взвинтила: — А маму вы не желаете прихватить? А то она здесь от безделья пропадает.
— Ай, ты издеваешься? — рявкнула я, а Геныч из солидарности со мной аж с лица спал. — Я собираюсь отдыхать, а не заниматься спасением аборигенов от заморской напасти по имени Настя.
— Ну не хотите — как хотите, — Айка пожала плечиками. — Просто у вас всё равно одно место пропадает.
— А мама тоже не была на Занзибаре, — жалостливо протянула Стешка. — А в последнее время она даже ведёт себя прилично.
— Только через мой труп! — взвыла я, а Геныч за Стешкиной спиной в знак одобрения поднял сжатый кулак.
  
Глава 16
 
Пятница 
Около семи часов вечера внушительный чёрный кроссовер тормозит напротив ресторана «Фламинго».
— Инесса Германовна, спасибо Вам большое, — произношу я с чувством и берусь за ручку автомобильной двери.
— О, нет, милая, это тебе спасибо, — улыбается Инесса и, окинув меня профессиональным взглядом, поигрывает бровями. — На самом деле мне было приятно работать с таким роскошным материалом, а твоё предложение — это лучший новогодний подарок за всю мою жизнь. Спасибо, солнышко, и, прошу тебя, не обижайся на Элюшку. Она, бедная, и сама очень переживает, что испортила тебе праздник…
— Да ничего она не испортила, — я отмахиваюсь и тоже улыбаюсь вполне искренне. — Теперь, когда у меня такая компания, мне больше не о чем волноваться.
— Вот и умница, — Инесса ласково гладит меня по руке. — И давай уже расслабься, деточка, не держи в сердце зла. Новый год — это отличный повод, чтобы отбросить всю хуйню, что тебя отравляла, и раскрыться навстречу новому и прекрасному. И ни о чём не жалей, моя девочка, не ошибается лишь тот, кто плывёт, как говно, по течению. Зато нам, умным женщинам, каждая погрешность добавляет щепотку мудрости. Ну всё, увидимся в аэропорту. Давай-ка, выше носик, и ступай с Богом.
И едва я покинула прогретый салон машины, как она сорвалась с места и, пролетев на только что загоревшийся красный свет, помчалась дальше опасным зигзагом. Вот и ещё щепотка мудрости в копилку Инессы. Эдак за поездку с горкой наберётся.
— Александриночка Валентиновна, как же здорово, что Вы приехали! — радостно встречает меня Анечка и щедро плещет бальзамом в уши: — С ума сойти, какая вы красотка!
Сама знаю. И впервые это её «Александриночка» не режет слух. Кажется, помощница действительно искренне рада моему присутствию. О том, что я всё-таки появлюсь на корпоративной вечеринке, я сказала только ей. А боссу сообщила, что постараюсь быть, поэтому привыкший держать всё под контролем Рябинин уже второй день зол, как сто чертей.
— А Павел Ильич уже несколько раз о Вас спрашивал, — щебечет Анечка. — Но Вы не волнуйтесь, всё только началось. Вы даже не представляете, как все наши будут Вам рады.
Звучит как бред, но я знаю, что сейчас Анюта не пытается мне льстить. А дело в том, что улыбчивый обаяшка Вадим Палыч, на лояльность которого все так уповали, преподнёс нашим торговым сюрприз. И если я, «недотраханная злая сука», предоставляла своим подчинённым полную свободу действий, не контролируя их рабочий режим, и спрашивала лишь по итогам, то «новый» Рябинин мгновенно изменил установленный порядок.
Теперь продажники появляются в офисе не когда им вздумается, а каждое утро ровно в девять, и ещё обязательно — в конце рабочего дня, чтобы отчитаться по итогам этого самого дня. Изменения коснулись и отдела закупок. А Рябинин-старший неожиданно все нововведения поддержал, и народ дружно взвыл. Что называется, прочувствуйте разницу.
Об этом Анечка поведала мне ещё позавчера, немало меня удивив. И ладно Пал Ильич, но подобные драконовские методы вообще не характере Вадика, тем более он ещё не вступил в должность. Ох и чудные дела у нас творятся! Однако вмешиваться в рабочий процесс у меня нет ни малейшего желания — я уже почти целый час в заслуженном отпуске.
— Ой, какое платье! Обалдеть! — обалдевает моя помощница, пока я придирчивым взглядом осматриваю себя в зеркале.
Но придраться не к чему — мой лук безупречен. Блестящие, тщательно отутюженные волосы, вечерний макияж от Инессы и струящееся по фигуре чёрное шёлковое платье превратили меня в женщину-вамп. Такой меня коллеги ещё не видели, и, откровенно говоря, именно поэтому я здесь. Прежде чем обрести что-то новое, сперва надо красиво отпустить старое.
  
Ну, вперёд, Александрина!
— Старый год спешит проститься, Новый — в дверь уже стучится, — доносится из ресторанного зала задорный голос ведущего. — Пусть же этот Новый год вас избавит от невзгод…