Газонокосильщик (СИ)

— Отвали малой! — небрежно бросил один из них, бегло оценив численное преимущество не в мою пользу.
— Малой у тебя в штанах, — усмехнулся я, припомнив очень крутую, а самое остроумную оскорбительную подколку аж из самого моего далёкого пятого класса.
— Что⁈ — разъярённо рявкнул мой оппонент по интеллектуальным дебатам. — Да у меня член поболе твоего будет, малыш!
— Твоя мамка говорила иначе, — не сдержался я. — И сестра…
  
— Ах ты… — парень замахнулся, собираясь размазать меня по полу, ненароком глянул в сторону бармена, помрачнел и тут же опустил руку. — Выйдем на улицу. Поговорим. — коротко бросил он.
— Ну выйдем, — равнодушно пожал я плечами.
Здоровяк усмехнулся, кивнул парням, и вся троица нетвёрдой походкой двинулась в сторону выхода. Я вздохнул и неторопливо поплёлся следом. Пришла пора отрабатывать двадцать баксов. От каждой девчонки…
— Эй! — услышал я за спиной возмущённый голосок Гвен, подскочившей со своего места.
— Куда⁈ Сиди! — дёрнула подругу за руку Линда.
— Но… Может ему помощь нужна… — растерянно пробормотала блондинка.
— Сиди! Мы ему за это деньги заплатили, — упрямо фыркнула брюнетка.
— Но… А вдруг его убьют?
— Не убьют. Максимум, покалечат.
— Серьёзно⁈ — снова испуганно вскочила со своего места девушка.
— Да сиди ты уже! — недовольно прорычала Линда, и голоса девушек пропали за закрывшейся за моей спиной дверью бара.
Тройка моих оппонентов обогнула бар справа, уверенно добрела до тёмной пустынной парковки позади заведения и замерла там, став небольшим полукольцом и ожидающе поглядывая в мою сторону.
— Ну! Чё ты там вякал⁈ — поинтересовался один из парней, едва я приблизился к ним, и через мгновение выстрелил в моё лицо кулаком с блеснувшим в свете уличного фонаря кастетом…
Ой как не хорошо! Так же и убить можно!
Парни реально были здоровыми — широкоплечие, с обветренными лицами и сбитыми костяшками кулаков, наверняка закалённые не одной уличной дракой в тёмной подворотне, опытные…
Только и я вырос не в самом благополучном районе Воронежа. Эх, ребятки… Да ваш Венис-Бич по сравнению с нашим Северным массивом — это как утренник в детсаду против слэма на концерте Metallica. Вы бы на Северном и пяти минут не протянули…
А ещё алкоголь… Количество выпитого делало их медлительными и неуклюжими. А я почти не пил — так, просто обновлял иногда пиво на более холодное, делал по глотку, да и всё…
Я легко пропустил кулак с кастетом мимо своего уха, сделал шаг вперёд и нанёс противнику два подлых удара в печень. Рывок ко второму, уворот, и тут же ответка в подбородок. Минус два…
Третий среагировал чуть быстрее — не стал атаковать, а наоборот, неожиданно разорвал дистанцию между нами. Умно!
В его руке блеснул сталью старенький Glock. Чёрное воронёное дуло уставилось прямо мне в лоб, и я дружелюбно поднял руки, демонстрируя противнику раскрытые ладони…
— Убьёшь меня? — спокойным голосом поинтересовался я, глядя ему прямо в глаза.
Здоровяк ухмыльнулся, опустил ствол и направил его чуть ниже пояса.
— Сначала кое-что отстрелю… — хмыкнул он.
Короткий рывок. Удар по запястью и ещё один прямо в челюсть. Удивление в его глазах, и ещё один контрольный в нос. Под моим кулаком хлюпнула кровавая юшка с чужого носа, и я брезгливо отряхнул свою руку.
Минус три…
Я подобрал выпавший из руки здоровяка пистолет, выдернул магазин и передёрнул затвор, выбрасывая патрон из патронника. Перевернул магазин в руке, быстро отщелкал двенадцать зарядов большим пальцем, хаотично разбрасывая их по асфальту, и стёр свои отпечатки с чужого оружия. Подошёл к мусорному баку и скинул ствол туда. Оглядел три постанывающих тела на асфальте, удовлетворённо хмыкнул и двинулся обратно в бар…
— Юху! Наш победил! — радостно взвизгнула Гвен увидев меня в дверях бара. — А я вам говорила!
— Победил, победил… — усмехнулась Линда. — Алекс, ты как?
— Всё хорошо, — кивнул я, занял своё место за соседним столиком и сделал глоток тёплого пива из бутылки.
— Чёрт! — громко прошептала блондинка, наклонившись к уху моей соседки.
— Что опять? — недовольно проворчала брюнетка.
— Кажется, я его хочу. Прям коленки сводит…
— Началось… — Линда закатила глаза под лоб, сделала глоток пива и устало переглянулась с Энджи.
Кажется, Гвен исполняет это не в первый раз, и девчонки уже немного устали от неё.
— А у него есть девушка? — не сдавалась блондинка, кидая в мою сторону любопытные взгляды.
— Нет. Вроде.
— Хм… Хорошо… Официант! Нам ещё пива!
Я покачал головой и хмыкнул, кинул в рот парочку сухариков и откинулся на спинку своего дивана. Да уж… Весело тут у них…
Мои подопечные закончили веселиться ближе к полуночи. Расплатились по счёту, поднялись из-за стола на слегка подрагивающих ногах, и нетвёрдыми походками, поддерживая друг дружку, двинулись в сторону выхода.
Я кинул на стол шестнадцать баксов, сделал последний глоток пива и последовал за троицей подруг…
Мы успели отойти от бара на десяток шагов, когда кто-то из девушек ткнул рукой в сторону тёмного переулка.
— Там что-то… — пробормотала Гвен, внимательно вглядываясь в полумрак.
— Что? — нахмурилась Энджи, проследив за нетрезвым взглядом подруги.
— Помогите! — словно отвечая на вопрос рыжей, из темноты раздался и тут же захлебнулся тонкий девичий визг.
— Бля! — коротко выругался я. — Стойте здесь! — бросил я своим подопечным и осторожно двинулся в сторону тёмного переулка на доносящийся оттуда звук борьбы и глухой, тихий стон.
Ну и где все ваши патрули и копы, когда они нужны? Ни одного живого человека вокруг…
* * *
*Дело Родни Кинга.
Реальное событие в истории Лос-Анджелеса.
3 марта 1991 года, Родни Кинг, 25-летний афроамериканец, не остановил свой автомобиль по требованию полиции и попытался скрыться по автостраде. Позже Кинг признался, что боялся ареста, так как был пьяным (уровень алкоголя 0,19 промилле, что выше нормы), и в случае задержания это усугубило бы его положение, как недавно освобождённого по УДО за грабёж.
После 8-километровой погони его автомобиль остановили 20 офицеров LAPD и Калифорнийского дорожного патруля. Четверо белых полицейских, в порыве праведного гнева или азарта, избили Кинга.
Полицейские били Родни более 2 минут, нанося десятки ударов дубинками и ногами. Заставляли встать и снова избивали , когда он пытался подняться . Использовали электрошокер, ломали кости, били по голове. Смеялись и издевались, пока он лежал без сознания. Один из офицеров кричал : ' Бей его сильнее , чтобы он не вставал !'.
Кинг получил переломы костей лица и челюсти , р азрыв тканей глаза ( почти ослеп ), перелом ноги, с отрясение мозга , м ножественные гематомы , кровоподтёки и ожоги от электрошокера . После избиения Кинг лежал без сознания в луже крови, а копы продолжали издеваться.
Медсёстры госпиталя Pacifica заявили, что полицейские, которые доставили Кинга, открыто шутили и хвастались о количестве ударов, нанесённых Кингу.
Избиение снял на камеру Джордж Холлидей — обычный житель, который случайно увидел всё из окна и записал на VHS. Видео попало на телевидение и взорвало общественное мнение. Полиция Лос-Анджелеса уже была известна расизмом и жестокостью, но это видео стало неопровержимым доказательством. Это стало самым громким случаем полицейского насилия в истории США.
Суд.
29 апреля 1992 года — суд оправдал всех четверых полицейских, несмотря на видеодоказательства. Это вызвало ярость среди афроамериканского и латиноамериканского населения, особенно в бедных районах.
Уже вечером толпы людей вышли на улицы — начались беспорядки, грабежи, поджоги. Толпы громили магазины, жгли автомобили, нападали на белых и азиатов. Беспорядки быстро превратились в хаос, с грабежами и убийствами. Лос-Анджелес превратился в зону боевых действий на 5 дней.