Великие Спящие. Эпилог 1 (СИ)

— А здесь-то что не так? — искренне удивился Чаруэль, даже на мгновение выйдя из образа где-то даже чересчур велеречивого переговорщика. — Мой народ длительной самоизоляцией никогда не злоупотреблял и всегда, во все эпохи, налаживал партнёрские отношения с соседями по Торну.
— И все, кто на это шёл, рано или поздно плохо кончали, верно? — впервые за весь разговор подал голос Гхол.
  
— О, не преувеличивайте, — отмахнулся от него как от назойливой мухи Чаруэль. — Далеко не все и не всегда! — После чего неожиданно широко для помешанного на манерах эльфа усмехнулся. Только тогда стало понятно, что он шутил. — Кое-кто всё-таки уцелел и даже остался в прибытке!
Гхол, поначалу собиравшийся с головой окунуться в спор, наконец догадался, что над ним издеваются и, скрипнув зубами, замолчал. Эльф же посмотрел на безмолвно наблюдающего за перепалкой Кайфата и уже совсем иным тоном вдруг сказал:
— Вы ведь уже заметили, что астрал пришёл в движение?
Да, получилось несколько неожиданно, но Кайфат быстро нашёлся с ответом.
— М-мм, во-первых, не весь и не везде! А во-вторых, если сравнить с тем, что было во время вражды с Рошагом и Оррисом… да будут их души вечно гнить в Бездне… то и вовсе покажется, будто по ту сторону границы реальности царит одна лишь тишь да гладь. В общем как-то так!
Чаруэль, видимо делавший ставку именно на этот аргумент, недовольно поморщился.
— Да-да, вы правы. Но ведь и то, что он перестал быть спокойным как раньше, утверждать тоже не будете?
— Не буду, — покачал головой К’ирсан, пытаясь скрыть внезапно вспыхнувшую заинтересованность. Ему вдруг пришло в голову, что с этой стороны он на проблему Кукловода почему-то не смотрел. — Но мало ли тому может быть причин? Родился мощный природный артефакт, одни духи гоняют других…
— Вышел из спячки кто-то давно забытый и до сего времени активно не отсвечивающий, — напористо продолжил эльф, отбросив вежливость, и с усмешкой добавил: — Такой ведь вариант тоже возможен?
К’ирсан, наконец, получивший подтверждение своим подозрениям, откинулся на спинку кресла и, сложив пальцы домиком, небрежно бросил:
— На кого-то конкретно намекаете?
Повисла пауза, в ходе которой что Кайфат, что Длинноухий, буравили друг друга взглядами, а кажется немного растерявшийся Гхол видимо пытался переварить услышанное.
— Не то чтобы намекаю… — наконец протянул Черуэль, задумчиво покрутив надетый на мизинец перстень. — Ладно, зайдём с другой стороны. Что вы можете сказать об отправной точке тех событий, которые разрушили наши мир? О том, с чего началось падение Маллореана, Протектората и Нолда?
К’ирсана так и подмывало назвать корнем всех бед длинноухих расистских ублюдков, возомнивших себя гроссмейстерами мировых интриг, но сдержался. Конфронтация в данный момент не принесла бы никакой пользы, да и, положа руку на сердце, не одни лишь эльфы были виноваты в разрушении устоявшегося ранее порядка.
Вместо этого он растянул губы в самую малость издевательской ухмылке, из-за которой шрамы на лице стали выглядеть ещё ужаснее, и сообщил:
— Для кого-то падение, а для кого-то совсем даже наоборот.
Чаруэль раздражённо поморщился и, очевидно устав всё время уступать, решил «укусить» в ответ.
— Для кого-то да. Однако я сомневаюсь, что вы, ваше императорское величество, так уж рвались в наш мир из своего. И если отмотать всё назад, вряд ли променяли бы устоявшийся быт дома на полную тягот и страданий жизнь здесь.
К’ирсан, хоть и ждал ответного выпада, всё равно ощутил вспышку злости и потратил немало сил, чтобы её погасить.
— Вы и это знаете, — максимально ровным тоном сказал он.
— Мы многое знаем, на то мы и древний народ! — не без апломба выдал Длинноухий, но тут же сдал назад и с прежней учтивостью спросил: — Так что стало отправной точкой, знаете?
Кайфат в свою очередь также решил не обострять ситуацию и потому холодно бросил:
— Фиорские пророчества. Которые спали-спали в глубинах… не знаю, мировой души, астрала, может быть Бездны… а потом вдруг пробудились, подстроились под реалии эпохи и принялись толкать мир к концу света. Я прав?
— Вне всяких сомнений! — изобразил улыбку Чаруэль. — Но это слишком грубое приближение, попробуйте копнуть глубже. Оцените ваш собственный путь и путь ваших соплеменников, взгляните на вашу роль в пророчестве, а затем отмотайте время назад и… так с чего же всё началось?
К’ирсан вздохнул и, подперев щёку кулаком, задумчиво побарабанил пальцами по столу. Интуиция в голос кричала, что эльф медленно его подводит к личности Кукловода, однако утверждать наверняка Кайфат бы не стал. А значит переводить разговор к волнующей его теме было рановато.
— Видимо с нашего появления на Торне, — сказал он наконец и, словно бы поставив точку, легонько хлопнул ладонью.
И не угадал с ответом.
— А вот и нет, — довольно рассмеялся Чаруэль, явно ожидавший от собеседника именно этих слов. — Возможно я вас разочарую, но вы не уникальны. Логи заглядывают на Гуур’о’деми не то чтобы часто, но за тысячу лет десяток случаев точно наберётся. Прорываются через межмировые барьеры, притаскивают чужаков, проводят с ними одним им понятные ритуалы, потом уходят обратно…
— И? — поторопил эльфа заинтересовавшийся К’ирсан.
— И далеко не все из иномирян гибнут от их лап, — развёл руками Длинноухий. — Повторюсь, вы не уникальны, ваше величество. Торн уже не раз встречал чужаков. Вот только, знаете, что-то я не припоминаю, чтобы ваши товарищи по несчастью становились как вы частью Фиорских пророчеств.
— О, — сказал Кайфат, качая головой. Что ж, Перворождённый действительно смог его удивить. — И в чём же причина такой избирательности наследия древних кормчих?
— А ответ прост, — засмеялся Чаруэль, — и имя ему — Лес Смерти. Даже пережив обряды драконов межреальности, иномиряне всё равно находят свою погибель в Запретных землях. И ход истории остаётся неизменным.
— То есть вы считаете, что отправная точка в разрушении миропорядка это… — начал было Кайфат, однако закончить не успел.
— Именно! Некий маг, что отправил своего доверенного помощника в Заар’х’дор и стараниями которого ваши соплеменники оказались в Нолде, — сообщил эльф, прищёлкнув пальцами. — Скажу больше. Есть подозрение, что именно они и стали бы основными фигурами в пророчестве, если бы…
— Если бы не появился я, пережив переход через Запретные земели, — медленно произнёс Кайфат, впервые взглянув на ситуацию с подобной стороны и оттого испытав некоторую растерянность.
Впрочем момент слабости продолжался недолго, и уже через пару ударов сердца он вернул себе прежний самоконтроль.
— Но погодите, — произнёс Кайфат, нахмурившись. — Если верить словам моих соплеменников, с которыми повезло обменяться мнениями на тему нашего появления на Торне, из Заар’х’дора их забрал будущий Архимаг льер Айрунг, приказ же ему отдал Магистр Наказующих льер Бримс…
— Верно, — кивнул эльф.
— Но ведь они оба мертвы, а значит и ваш поиск виноватых не имеет смысла, — дёрнул щекой Кайфат, не сводя глаз с собеседника. Беседа определённо перешла в самую интересную свою часть.
И Длинноухий в очередной уже раз его не разочаровал.
— Ну во-первых, далеко не всё, что мертво, мертво в действительности. Уж Владыке ли не знать? — тонко улыбнулся Перворождённый. — А во-вторых… Кто сказал, что за ними не было ещё кого-то третьего? Кого-то, кто принадлежит к совсем другой эпохе, и чьи следы вы с удивительной для смертного проницательностью собрались искать в Стране Хань?
В разговоре повисла очередная пауза. Кайфат ждал продолжения, а эльф… эльф кажется просто наслаждался моментом.
  
— Может быть тогда назовёте имя этого таинственного Кукловода? — не выдержал Кайфат, со скрытым весельем покосившись на Гхола.
Тот явно переживал момент крайней растерянности, когда то, что он считал мнительностью его разлюбезного Рырги, вдруг оказалось подтверждено не кем-то, а давними врагами. Тут волей-неволей, а потеряешь опору под ногами.