Королева ходит последней

Декоративные камни, которыми была выложена дорожка к дому, жгли мне ноги. Но раз пришла, надо поговорить.
— Здравствуйте, ваше величество.
Айк ничуть не удивился моему приходу, будто знал, что так и будет.
— Здравствуйте, лер Эйш, — ответила я. — Уделите мне пару минут?
— Почему только пару? — Айк улыбнулся одними уголками губ. — Я готов поговорить, но напомню: меня интересует служба во дворце. Есть ответы, которые я дам только после официального назначения.
  
— Хорошо, — сказала я. — Мы это обсудим.
— Тогда проходите, ваше величество. Мой дом в вашем распоряжении.
— Я здесь не как официальное лицо, поэтому можете называть меня по имени, — ответила ему, входя в просторный холл, на котором лежала печать запустения, а затем — в большую светлую гостиную. Никто раньше не мог подумать, что в этом доме некому будет жить.
— Присаживайтесь. — Мрачный хозяин дома указал мне на кресло, а сам сел напротив. Камин не горел, и в гостиной было ощутимо холодно, но Айк даже этого не чувствовал. Я смотрела на портреты на стенах и думала, как же быстро судьба берет свое.
— Я слушаю вас, Бранда, — долетел безэмоциональный голос.
— Дело касается моего сына, — сказала я. — Вчера ночью он сильно меня напугал, и я хочу знать, с чем это связано. Болезнь? Или последствия эмоций?
— Боитесь, что мальчик сошел с ума? — усмехнулся Айк, глядя на меня исподлобья. — О нет, Бранда. Ил, конечно, близок к этому, но он совсем не сумасшедший. И так как он все-таки сын моего, можно сказать, друга, я поговорю с вами о нем. Дайте руку, мне так легче.
Я протянула ладонь, и тонкие, почти бестелесные пальцы сжались на запястье. На несколько мгновений Айк застыл, а я боялась пошевелиться, чтобы не потревожить его. Наконец он выпустил мою руку.
— Как я и думал. — Кивнул он сам себе. — Это не болезнь, Бранда, а магия. Дар Илверта еще не пробудился, но из-за сильных эмоций дает о себе знать.
— Что за дар? — Мой голос вдруг захрипел.
— Некромантия. Ваш сын — один из последних некромантов Литонии. Через недельку-другую станет последним. Тот, второй, уже стар и слаб. Ил видит мертвых. Пока только видит, но, когда дар разовьется, сможет говорить и управлять ими. Это великая сила, если разум выдержит постоянную связь с потусторонним миром.
Мне стало страшно. Так страшно, что застучали зубы. Ил — некромант? Почему? Его отец не был магом. Почему именно такая жуткая сила?
— Вы спрашиваете себя почему, — сразу понял Айк. — Все мы прокляты, Бранда. Илверт сделал так, что пресекся мой род, но и его род пострадал. Это всего лишь расплата. Согласитесь, в даре вашего сына приятного мало. Кто сам захочет, допустим, стать его супругой? Никто. Кто будет с ним дружить? Никто. Он обречен на одиночество, а вы только усугубляете положение, уже сейчас отгораживая Илверта от остальных.
— Нет, не отгораживаю! — возмутилась я до глубины души. — Наоборот…
— Наоборот что? Вам он не нужен. Для придворных понятно, что истинная правительница Литонии — вы. Что осталось вашему сыну? Прогулки по ночному дворцу? Или жалость вашего любовника?
Щеки вспыхнули, и я едва сдержалась, чтобы не сбежать.
— Успокойтесь. — Айк взглянул на меня холодно и сурово. — Это дар, а не проклятие. Если Ил будет достаточно силен, он справится. Такой шанс существует. Я вижу его взрослым. Значит, в большинстве вариаций он будет жить.
Я склонила голову, опасаясь продолжать расспросы.
— Что-то еще? — спросил Айк.
— Да. Накануне я получила одно предложение, и теперь не знаю, что делать.
— Ваше предложение касается политики, — сказал Эйш. — И я буду разговаривать о нем только во дворце. Так как, вы нуждаетесь в моих услугах, ваше величество?
— Да, — ответила я, подозревая, что еще пожалею о своей опрометчивости. — Да, я беру вас на службу, лер Эйш. Можете завтра приступить к своим обязанностям. Приходите, и мы обсудим условия нашего сотрудничества.
— Договорились. — И мой жуткий собеседник улыбнулся. — Завтра я буду во дворце. А сегодня у вас будет крайне интересный день, ваше величество. Эмоциональный, я бы сказал. Поберегите нервы. И не суйте руку Лису в пасть, он может укусить.
Я вылетела из дома Эйшей так, будто за мной гнались. Бежала, чтобы поскорее оказаться под спасительной защитой дворца, а сердце разрывалось. Некромантия? Нет, меня не пугало, что Ил разговаривает с мертвым. Только один мертвый меня настораживал. А если он расскажет сыну слишком много? Что тогда? Что же мне делать? Ответа не было.
  
ГЛАВА 18
 
Айк стоял у окна и смотрел, как Бранда удаляется от его дома. Шаг за шагом, так неотвратимо. Он мог бы убить ее сейчас. Просто, легко, без лишних свидетелей. Вряд ли королева кому-то рассказывала, куда идет. А даже если говорила, всегда можно ответить, что она ушла отсюда сама. И куда девалась, знают лишь боги. Но Бранда осталась жива. Почему? Хороший вопрос, и Айк знал ответ. Он не убийца. Кто угодно, только не убийца. С момента полного обретения дара его мутило от одного запаха крови. А значит, он не сможет убить Бранду. Вывод прост: кто-то должен сделать это вместо него. А для этого нужно находиться во дворце и подвести Бранду к неминуемой гибели. И она сама дала ему ключ. Впрочем, даже если бы Бранда отказалась от услуг Айка, он бы все равно нашел способ на нее повлиять.
Так странно… Айк прижался лбом к холодному стеклу. С того момента, как он приехал в Самарин, видения, кажется, взяли отпуск. И стало легче, будто с глаз спала пелена. И тяжелее одновременно, потому что груз прошлого навалился на плечи с новой силой. Айк чувствовал себя разбитым. Уничтоженным. Можно, конечно, цепляться за-жизнь, но ради чего?
— Я должен стать последним, — прошептал Айк сам себе. — Последним из Эйшей. Только тогда проклятие оставит нас.
В том, что проклятие было, он не сомневался. Чем иначе объяснить скоропостижную смерть Лео и матушки? Это Аттеус, несомненно. Именно он проклял род Эйшей, пусть и не имея магии. Но Айк давно не злился. Ему было все равно. Главное, чтобы это закончилось и больше никого не затронуло. Да, останется Тиана, но она ведь не Эйш. Давно не Эйш, с самого рождения. И Айк знал, что хотя бы в ближайшие годы ее минует злой рок его рода.
Опомнился Айк, только когда за окнами начало темнеть. Он тяжело двинулся в сторону спальни. Служанка спросила, подавать ли ужин, но он только махнул рукой. Ужин? Зачем? Не надо никакого ужина. Спать. Потому что сон приближает неминуемую развязку. В доме никто не болен, никто не страдает. А, значит, есть шанс уснуть.
Уже лежа в кровати, Айк по привычке призвал образ Аниты. И удивился, когда не смог ее увидеть. Что-то случилось? От одной этой мысли стало жутко и захотелось ехать обратно в Эйшвил. Но нет, если бы что-то случилось с Нитой, он узнал бы об этом первым. Нет, нет. Тогда он попытался увидеть Эйшвил. Замок стоял там, где положено, вот только Нитой в нем и не пахло. Почему? Куда она подевалась? Ищет его? Нет, не найдет. Айк хрипло рассмеялся и обхватил себя руками. Странно, что Ниту не затронуло проклятие. Хотя она ведь не Эйш. Не Эйш… Может, отказаться от своего имени? Предать память близких, струсить? Сколько раз Айк уже трусил? И не сосчитать. Вот только он был уверен, что не поможет. Это его рок, ему с ним жить и умереть.
Ник Вейс
Все запуталось. Вот единственный вывод, который мог сделать. На столе передо мной лежало письмо от Эрвинга, пересланное с помощью магии. Иначе оно ни за что бы не оказалось в моих руках так быстро. Аттеус был обеспокоен. Это чувствовалось в каждой строчке. И лучше мне поторопиться ответить, иначе через две недели друг будет стоять у ворот дворца, а ему тут делать нечего. Мне самому бы справиться.
  
«… передай Бранде мою записку, — настаивал Эрвинг. — Может, хоть тогда она поймет, что такое Айк Эйш. И держись от него подальше. Он не сумасшедший, каким бы ни казался. Это хитрый, изворотливый тип, и если он что-то задумал, это может очень дорого стоить».