Королева ходит последней

— Благодарю, ваше величество. — Глаза Мартина вспыхнули восхищением. — Я сделаю все, что в моих силах. Вы не разочаруетесь во мне.
— Даже не сомневаюсь.
А теперь надо было поощрить дурашку. Я первая потянулась за поцелуем, запустила пальцы в мягкие светлые волосы своего любовника, заставляя его двинуться навстречу. Марти тихо выдохнул и углубил поцелуй. Я нежно провела пальчиками по его груди, расстегивая пуговицы, и вдруг услышала шум.
  
— Вам туда нельзя! — кричал караульный.
— Я старше тебя по званию и говорю, что мне туда можно.
Голос Вейса ни с чем не спутаешь. Я подскочила и приказала Марти:
— Поправь рубашку.
Сама же накинула на плечи шаль, надеясь, что выгляжу не слишком распущенно. Хотя, какая разница? Это моя спальня. Как хочу, так и выгляжу. И Вейс сейчас нарушает все мыслимые нормы этикета.
Дверь распахнулась. Я замерла посреди комнаты, горя возмущением, и уставилась на вошедшего. Марти часто-часто дышал за моей спиной, и это раздражало. Трус несчастный.
— Лер Вейс? — холодно сказала я. — Что вы делаете в моей спальне?
— Ищу дезертира, ваше величество. — Негодяй и бровью не повел. — Дезертира, который оставил пост и подверг опасности жизнь вашего сына.
— Не этого ли, случайно? — Я указала на побелевшего Мартина.
— Его самого, — кивнул Вейс. — Сержант Фейн, потрудитесь объяснить, по какому праву оставили пост?
— Это был мой приказ. — Я что, здесь пустое место?
— Раз уж это ваш приказ, ваше величество, — с тою же холодностью проговорил Вейс, — сержант Фейн должен был сначала доложить мне о том, что отправляется к вам, чтобы я заменил его кем-нибудь, и лишь йотом уходить. Иначе это дезертирство чистой воды.
— Не злитесь, лер Вейс, — улыбнулась я. — Мартин недавно в гвардии его величества. Поэтому, возможно, не сразу понял, как надо действовать.
— А если на вашего сына нападут, и он его не защитит, вы тоже скажете, что лер Фейн чего-то не понял? — сердито прищурившись, спросил Вейс.
И самое худшее, что этот мерзавец был прав.
— Хорошо, тогда в вашем праве назначить наказание, — ответила я спокойно, стараясь ничем не выдать бурю, клокотавшую в груди. — Только прошу учесть, что Фейн выполнял мое распоряжение.
— Еще четыре ночных дежурства, — отрывисто сказал Вейс. — И если будет новое нарушение — лично накажу плетьми. Думаю, вы меня поняли?
— Так точно, лейтенант Вейс, — испуганно ответил Марти.
— А теперь ступайте на пост.
Это что же, я теперь неделю должна выжидать, когда шпион Осмонда разрешит мне видеться с любовником? Какой вздор! Но я промолчала. Слишком уж красноречиво глядел на меня Вейс. Будто это меня тут надо отходить плетью.
— Прошу прощения, ваше величество. — Этот змей поклонился и вышел следом за Мартином, а я рассмеялась.
Как дуэнья, честное слово! Образец нравственности и морали. Ничего. В голову пришла совсем уж сумасбродная идея, но воплощу ее уже завтра. Месть хороша, когда ее подают холодной. Кажется, так пишут в книгах мудрецы?
Раз уж Марти у меня забрали, всю ночь я потратила на разработку плана. К утру он был готов, но нужно, чтобы у моей выходки было как можно меньше свидетелей, поэтому решила подождать до вечера. Обедала в компании придворных, разрешив сыну с его новым псом к нам не присоединяться. Ох, как же долго тянулось время до вечера! Наконец в десять часов мне доложили, что король лег спать. Значит, ничто не помешает змею навести мне визит.
— Попроси лера Вейса заглянуть ко мне, — приказала я доверенной служанке. — Скажи, хочу обсудить вопрос расширения гвардии сына. Пусть зайдет ко мне… в купальню.
Служанка посмотрела на меня большими глазами, но ничего не сказала. Я же выбрала наиболее тонкую из собственных сорочек для омовений. Это ведь не личная ванная комната. Да и Вейсу не стоит видеть больше, чем положено. Приказала напустить в воду ароматной пены и налить парфюма, прошла в небольшую комнатушку, служившую для переодевания, и сняла платье. Сама заколола волосы на затылке, но так, чтобы пряди все равно вились по спине. Ну, лер Вейс, держитесь!
Я вошла в купальню и опустилась в иену, дожидаясь второго «актера». Вскоре снаружи раздались уверенные шаги и в двери постучали.
— Входите, лер Вейс, — безмятежно ответила я.
Чуть обернулась. Вейс замер на пороге. Все еще без формы, в черной рубашке, таких же черных брюках и неизменных черных перчатках. Бесит!
— Вы звали, ваше величество? — спросил он, а на лице ни один мускул не дрогнул. Зараза!
— Звала, — ответила я. — Хотела спросить, что вы думаете о солдатах, которые служат в гвардии моего сына. Кого из них следует заменить? И выбрали ли вы уже тех двенадцать юношей, которые ее пополнят?
А сама чуть приподнялась над водой и поправила слетевшее плечико сорочки. Вейс улыбнулся. Так, будто наблюдал за игрой котят или щенков.
— Я ждал вашего позволения, ваше величество, — ответил он все с тем же непробиваемым спокойствием. — Поэтому еще не думал, кем пополнить отряд, но раз вы готовы дать такое позволение…
— Да, готова, — поторопилась я ответить.
— Тогда займусь этим в ближайшие дни. Что же касается тех юношей, которые уже состоят в отряде…
Я поднялась и потянулась за пузырьком с мылом, зная, что тонкая белая ткань сейчас очень выгодно очертит и спину, и грудь. А сама в зеркало наблюдала за Вейсом. Он продолжал смотреть на меня, но ни намека на желание или смущение не заметила.
— …достойные молодые люди, — ухватила я конец фразы. — Конечно, им нужна жесткая рука и постоянные тренировки, но при должном рвении, уверяю вас, лучшей охраны его величеству не останется и желать.
— Что ж, рада слышать, — ответила, нанося немного мыла на кожу и медленно смывая. — Все они из знатных семей, но главное — это ведь не древность рода, а готовность служить своему королю. Не так ли?
— Абсолютно так, ваше величество, — со странной, какой-то понимающей улыбкой ответил Вейс.
— Рада, что вы со мной согласны. Не подадите ли руку своей королеве? Ступеньки в купальню скользкие.
И развернулась к нему, поднимаясь над водой. Вейс миролюбиво протянул мне руку.
— А вам не говорили, что стоит снимать перчатки, хотя бы когда подаете руку даме? — поинтересовалась я.
— Увы, это невозможно, ваше величество, — ответил наглец, и мои пальцы коснулись холодной черной ткани перчатки.
Не знаю, какая муха меня укусила. Наверное, злость нашла выход, но я изо всех сил дернула Вейса на себя, чтобы он неминуемо упал в воду. Однако никак не могла предугадать того, что произошло. Вот его ноги заскользили к бортику. Вот Вейс развернулся корпусом, затормозил и даже не выпустил моей руки.
— Вы, верно, поскользнулись, ваше величество? — спросил он так же мирно и даже не покраснел.
— Да, — выпалила я, понимая, что теряю лицо, но сейчас было все равно. — Да, поскользнулась. Кто так подает руку? Вы могли меня уронить.
И рванулась к двери. Левая нога поехала по мокрому полу, я неловко взмахнула руками, но ухватиться было не за что. Зажмурилась, ожидая падения и боли, но вместо этого меня рывком поставили на ноги, и я уткнулась лицом в шелк рубашки. Замерла, осознавая случившееся. Втянула носом воздух, отмечая, как приятно пахнет от змея. Это был легкий запах металла с примесью каких-то трав. И лишь потом поняла, что Вейс осторожно обнимает меня за спину, прижимая к себе. Я стою в его объятиях практически голая, потому что назвать сорочку одеждой язык не повернется. Но самым жутким оказалось совсем не это, а желание так и стоять, а не зарядить наглецу пощечину.
— Благодарю, что не дали упасть, — сказала я, не узнавая собственного голоса.
  
— Это мой долг, ваше величество. Следить, чтобы даже волосок не упал с вашей головы, — с легкой иронией ответил Вейс.
Ощутила, как вспыхнули щеки, подняла голову и столкнулась с совершенно спокойным взглядом льдистых глаз. От желания залепить пощечину прямо запылали руки. А этот нахал даже не расцепил объятия.