Приговор (ЛП)

— Такая осуждающая.
— Нет. Мне не нравится думать о моём младшем брате и голых женщинах.
Майк фыркнул.
— Кстати, об этом. Ты тоже наблюдал, как она танцевала во втором клубе?
Майк кивнул, не сдерживая ухмылки.
Конечно, он так и сделал. Почему она всё ещё задавала эти вопросы?
— Я думаю, что у нас достаточно доказательств, чтобы обратиться в страховую по возмещению. Мы позвоним им завтра и сообщим о наших выводах.
  
— Это не всё, что у меня есть.
О, молодец. Более важная информация перед кофе.
— Ты уверен, что это не может подождать?
— Я немного покопался, чтобы узнать больше о твоём неизвестном чёрном камне сомнительного происхождения. Ты права. Прямой поиск не дал никаких результатов, как будто кто-то пытался скрыть информацию. — Сердитый взгляд Майка точно сказал ей, что он думает по этому поводу.
— Ты что-нибудь обнаружил?
Майк уставился на неё.
Конечно, он обнаружил.
— Мне пришлось проявить немного изобретательности, но да. — Он вытащил свой телефон, чтобы просмотреть свои заметки. Должно быть, это хорошо. Он снова лично доставлял информацию. — Глаз Ворона — самый большой монокристаллический чёрный бриллиант в мире весом 34,29 карата. Он не преломляет и не отражает свет, как обычный алмаз, и вместо этого обладает адамантиновым блеском. Последняя известная продажа драгоценного камня была в 1965 году за триста пятьдесят тысяч долларов, но его текущая стоимость оценивается в два точка одна десятая миллиона.
У Рейвен пересохло во рту.
Майк продолжил.
— Происхождение алмаза неизвестно, как и его нынешнее местонахождение. Считается, что он обладает огромной силой, которой может повелевать только кто-то из Иных, достойный, особенно кто-то с энергией воронов.
Все мысли вылетели из головы Рейвен. Какого хрена на самом деле? Зачем какому-то случайному чловеку дарить ей невероятно редкий и смехотворно ценный драгоценный камень? Которым могла владеть только она? Беспокойство терзало её изнутри.
— Ну, я не уверена, что когда-нибудь смогу превзойти эти чаевые. — О, хорошо. Она всё ещё могла произносить слова.
— Ты думаешь, он не знал о его ценности? Может быть, он подумал, что это чёрная шпинель, — сказал Майк.
— Рурк сказал, что в этом трудно ошибиться. Я думаю, можно с уверенностью предположить, что любой из Тёмного мира узнал бы его. — Бэйн, безусловно, узнал.
— У тебя достаточно денег, чтобы бросить работу в закусочной и пойти учиться на дневное отделение. Почему у тебя такой вид, будто ты съела лимон?
Она глубоко вздохнула и поискала слова, чтобы объяснить своё беспокойство.
— Коул видел камень дважды. Один раз в ту ночь, когда я его получила, и второй раз, когда он заставил Рурка украсть его и вставить камень в ожерелье для меня. — Она поднесла камень к лицу. Светопоглощающие поверхности не давали ей ответов.
— И он тебе не сказал.
Она покачала головой.
— Он не хотел, чтобы я знала его истинную ценность.
— Но почему? — Майк собрал фотографии.
— Я не уверена, но он ничего не сделал, кроме как пытался защитить и оградить меня от Тёмного мира. Я не думаю, что его мотивы гнусны.
Майк проворчал.
Она сверкнула глазами.
— Хорошо, я согласен. Но я всё равно хотел бы знать, почему твоё невежество пошло на пользу в данном случае.
Она продолжала свирепо смотреть на него.
Майк поднял руки в шутливом приветствии.
— Я согласен с тобой. Я действительно так думаю. Я просто не понимаю, как то, что не рассказав тебе, защитит тебя, если только…
— Он не хотел, чтобы я его продавала, — закончила она его мысль. Коул знал, как сильно она нуждалась в деньгах. Её первой связной мыслью после того, как Майк сболтнул о предполагаемой стоимости, было обналичить её.
— Он не хочет, чтобы я его продавала, — повторила она свои мысли и снова подняла камень. Её тёмная сущность оживилась, и пристальное внимание стаи ворон, которое она копила внутри, сосредоточилось на поглощающей свет поверхности.
— Если все недавние действия Коула были сосредоточены на твоей безопасности… — Майк кивнул на ожерелье. — Тогда наиболее вероятное объяснение заключается в том, что Глаз Ворона каким-то образом связан с той же целью.
— Это защищает меня, — сказала Рейвен.
Майк кивнул.
— Главный вопрос в том, как?
Глава 28.
Возможно, наши жизни не подходили друг другу, но, о-о-о, наши души умели танцевать.
— К. Таун-младший.
Энергия обвилась вокруг Рейвен и потянула, мощная и знакомая. Коул. Как будто он слышал их дискуссию, Лорд Теней послал свою энергию вперёд через миры, чтобы использовать её силу. Энергия ударила по её чувствам. О, это было какое-то волшебное любовное прикосновение, или это был просто стук в дверь?
Она собрала всю энергию и потянула.
Ничего не произошло.
Она попыталась снова.
Ничего.
Майк сказал что-то о светящемся металле, но она проигнорировала его, его слова заглушил гул энергии, пульсирующей в её венах.
О, чёрт возьми. Что ей нужно было сделать? Почему нет книги по Тёмным искусствам для чайников?
Тени в комнате собрались в маленький смерч тьмы. Её кожу головы покалывало от нарастающей кульминации энергии Тёмного мира.
Майк застонал и выхватил планшет у неё из рук.
— Потом.
Он вышел из спальни и закрыл за собой дверь.
Коул встал в центре комнаты. Сегодня он был одет в свою придворную одежду — чёрные матовые доспехи с блестящими серебряными деталями, длинный струящийся плащ с собственным разумом, а также подходящие перчатки, наручи и ботинки. Его пьянящий аромат окутал её.
У Рейвен потекли слюнки.
Он зачесал назад свои чернильные волосы, и его кожа сияла неземной яркостью.
Хорошо, что она не стояла.
— Что ж, — сказал он. — Так было лучше. Ты узнала мой входящий портал. Ты…попыталась удержать его?
— Да. — Она села и откинула простыни. — Я не знала, что делать.
— Ты поймёшь это со временем.
— Это то, чего я боюсь.
— Чего?
— Время. У меня не так много осталось.
Он склонил голову набок. Её страх почему-то забавлял его, но она не понимала, как или почему. В его взгляде вспыхнули серебряные искорки, как будто внутри шла внутренняя война. Взгляд исчез в одно мгновение, сменившись жаром и такой сильной потребностью, что у неё перехватило дыхание.
Слава сморщенным наггетсам Одина, Майк скрылся.
— Мой брат думает, что я слишком тороплюсь с тобой.
— Который из них?
— Майк. — Беар не знал достаточно, чтобы осуждать, а если бы и знал, то промолчал. Он тоже мало что рассказывал о своих отношениях с Хлоей.
Коул кивнул.
— Он мне не доверяет.
— Ты повелитель тёмных фейри. Мы все выросли на этих историях. — Хотя несколько тёмных фейри атаковали смертных с дикой самоотверженностью в тот момент, когда барьер пал, большая фракция осталась в стороне и позволила смертным прийти к ним. Вместо того чтобы использовать мощь и власть для завоевания более слабой стороны, они использовали соблазн и обещания экстаза, чтобы поработить тех, кем легко управлять. Титька Банши, даже Бэйн признал, что существуют другие варианты ведения войны, помимо насилия.
Губы Коула дрогнули, и он шагнул вперёд.
— Меня многие боятся, и на то есть веские причины, но я не Лорд Лжи и обмана.
— Просто убийц.
Его улыбка была угрожающей.
— Которых я безжалостно задействую, чтобы защитить тебя.
— Почему?
— Ты знаешь почему, — сказал он.
— Ты едва знаешь меня. — Что ж, он очень хорошо знал некоторые её стороны. В предыдущих отношениях у Рейвен никогда не возникало таких сильных или быстрых чувств.
  
— Я знаю всё, что мне нужно знать. Я знаю, что я чувствую, когда я с тобой.
Она встала и повернулась к нему лицом.
— И как это?
— Ты подобна мне.
Она втянула в себя воздух.