Как очаровать очаровательную

Кирк ощутил, как она мгновенно к нему прильнула, обнял ее за талию, прижал к себе и поцеловал еще горячее. И она тотчас отозвалась, приникла к нему и сладострастно задвигала бедрами, словно зовя, предлагая, моля.
Его не требовалось упрашивать. Он гладил ее тело, его руки скользнули с ее талии на бедра и округлые ягодицы. Он обнимал ее, упиваясь роскошью изгибов ее тела. Она гладила его руки, плечи, а потом потянулась к груди, расстегивая пуговицы жилета.
  
Неконтролируемая страсть пронзила его, подобно молнии. Боже, он хотел эту женщину! Его тело жаждало этого, жаждало ее. Но он не мог, не должен был нарушить достигнутое ими в конце концов хрупкое согласие. С огромным усилием оторвавшись от губ Далии, он, тяжело дыша, прижался лбом к ее лбу.
Она с таким недовольством поглядела на него снизу вверх, что он едва не рассмеялся.
– Что вы делаете? – требовательно спросила она.
– Я должен услышать, как вы скажете, что хотите этого. – Он обхватил ее лицо ладонями, дивясь шелковистости ее кожи. – Мы совершили так много ошибок, и еще одной я не хочу.
– Я уверена. После того, что вы сказали сегодня вечером… Да, Кирк. Да, да, да!
«Что я такого сказал? Что это было?»
– Далия, я…
Она поднялась на цыпочки и, прижавшись к нему, нашла губами его рот. Все мысли исчезли, сгорев в жарком костре страсти. Кирк оторвал руки от ее талии и обхватил ее грудь. Она тут же прильнула к его руке. Платье было тонким, как облачко, под ним он ощутил кружево сорочки и, нащупав затвердевший сосок, нежно его погладил.
Далия застонала и призывно и умоляюще потерлась об него бедрами.
Приподняв ее, Кирк усадил ее на бильярдный стол и расположился между ее ног. Разведя их, она безропотно ему открылась, задравшиеся юбки обнажили икры.
Далия вцепилась в его жилет и, недвусмысленно раскачиваясь, потянула Кирка к себе, она все сильнее впивалась в него губами, словно умоляя не останавливаться.
Его рука отпустила лодыжку Далии и поползла вверх по оголившейся икре, лаская ее восхитительную округлость. Ее кожа была так тепла, так чудесно шелковиста! Лаская ее икру, Кирк подобрался к колену, а затем, поднимая юбки все выше, к бедру.
Далия задохнулась от его дерзости. Тепло его ладони на ее ноге контрастировало с холодом воздуха, и это заставило ее сладко вздрогнуть. От ощущения его ползущей все выше руки ей стало свободно и легко. Шок сковал ее, только когда его пальцы коснулись интимных складок. Покрывая ее лицо и шею водопадом поцелуев и отвлекая шепотом и ласками, он погладил ее еще раз.
И каждое новое поглаживание порождало в глубине ее естества волну наслаждения, а дыхание перехватывало от неясного ей самой желания.
– Еще, – прижимаясь к его губам, прошептала Далия.
И Кирк принялся ласкать льнувшую к нему девушку все смелее и настойчивее, ее лоно увлажнила страсть. Внезапно ее со скоростью несущегося по небу метеора затопило сладостное облегчение, и, схватив его запястье, она качнулась вперед, отдаваясь волнам разливавшегося по телу наслаждения.
Крепко ее обхватив и уткнувшись лицом в ее шею, Кирк почувствовал, как нестерпимо заныл его член.
– Я хочу тебя, – простонал он. Он хотел ее, вожделел ее, он должен был ее взять. Кирк поцеловал ее со всей переполнявшей его страстью, а ее тело все еще сотрясала легкая дрожь.
Внезапно одежда сделалась им помехой и, стремясь слиться воедино, они принялись судорожно ее срывать. Когда Далия завозилась с пуговицами его жилета, Кирк отстранился.
– Нет. Не надо…
И спустив лосины, обнажил рванувшийся ей навстречу член.
Глаза Далии расширились, но без малейших колебаний она крепко сжала его теплыми пальцами. Стиснув зубы в сладострастной истоме, Кирк нежно взял ее за запястье и высвободился, тогда она обняла его за шею, а он подтянул ее к краю стола. И прижался к ней, ища кончиком мужского естества ее скользкое от возбуждения лоно.
Никогда в жизни Далии не испытывала подобного блаженства. Схватив его за плечи, она, едва он плавно в нее вошел, выгнулась, подаваясь ему навстречу. И задохнувшись, застыла, пораженная его размером. Кирк приподнял ее бедра и потянул к себе. Далия инстинктивно обхватила его ногами за талию и резко качнула бедрами вперед. На мгновение он остановился, но, сломив сопротивление, вошел глубже, и ее затопили волны такого мощного тепла и сладостной наполненности, что дыхание замерло, и она, ошеломленная чудом, целиком отдавшись своим ощущениям, закрыла глаза.
Толчки Кирка делались все сильнее и напористее, а у нее внутри разгорался пожар. Извиваясь, она старалась притянуть его ближе и в переполнявшем ее бешеном экстазе захватить его целиком.
Будто в тумане она видела перед собой лицо Кирка, его плотно сомкнутые веки с густыми ресницами, экстаз, преображавший его лицо с каждым толчком, которым он одновременно и брал, и давал.
Если бы она знала, какое ее ждет блаженство, не колебалась бы ни секунды. Распаленная, она сжала его ногами и, притянув к себе, снова ему открылась.
Он застонал, от напряжения над его бровями повисли капельки пота. Кирк покрывал поцелуями плечи Далии, шею, а его теплое дыхание смешивалось с ее дыханием. Ощущая, как отяжелели и налились ее груди, она гладила его руки и сильные плечи, жар у нее между ног обратился в пламя. Глубоко внутри нее вспыхнул огонь дикого вожделения. Далия сжала Кирка ногами, и с каждым его новым толчком на нее одна за другой накатывали все более глубокие и мощные волны наслаждения, подталкивающие ее к грани безумия.
Казалось, ее наслаждение передалось ему, потому что неожиданно он начал ускорять темп, двигаясь все быстрее и быстрее. А потом вдруг резко выгнулся, и в ответ на крепкое сжатие ее мышц где-то глубоко внутри себя она ощутила пульсацию, а Кирк, стиснув ее в объятиях, зарылся лицом в ее волосы и выкрикнул ее имя.
 
Глава 16
 
Из дневника герцогини Роксборо
«Оба только что были здесь и вдруг куда-то исчезли. Никто, наверное, и не заметил этого. Чуть позже кому-то захотелось увидеть лорда Кирка и поблагодарить за чтение стихотворения, но я сказала, что он извинился и ушел, сославшись на головную боль.
Я заверила Кирка, что Далия не останется равнодушной к этому стихотворению. Надеюсь, он не забудет поблагодарить меня завтра».
Оба, надсадно дыша, долго молчали. Было слышно, как в камине потрескивают поленья. Далия не сразу сообразила, что лежит навзничь на жестком столе, что ее не обращенный к камину бок совсем озяб, а между ее нелепо раскинутыми ногами примостился Кирк. Не разжимая объятий, Далия уткнулась лицом в его шею, будто стремясь продлить чудесное мгновение.
Кирк лбом прижался к ее виску, Далия слышала, как его дыхание становится ровнее. Исходившее от его могучей груди тепло было таким манящим, что она прижалась к нему еще крепче.
Потом он поднял голову и заглянул ей в глаза.
Она смущенно улыбнулась.
– Это было… – Кирк покачал головой. – Нет, я не нахожу слов.
Далия молча кивнула в ответ. Ее лицо все еще пылало страстью.
Кирк, отстранившись от стола, не спеша, обстоятельно, явно пытаясь растянуть удовольствие, опустил ее задравшуюся юбку. Далия невольно усмехнулась. Потом полез в карман и достал оттуда скомканный носовой платок.
– Вот, возьмите.
И поцеловал ее в лоб.
Жар от его дыхания волной разлился по ее телу. Кирк с улыбкой повернулся к пламени камина. Пока он ворошил угли, Далия приводила себя в порядок, после чего тоже подошла к камину, собравшись бросить в огонь платочек. Подняв глаза, она увидела свое отражение в висевшем над каминной полкой зеркале. Волосы растрепаны, лицо горит, губы опухли и покраснели. Она выглядела… довольной.
  
Улыбнувшись, она попыталась хоть как-то пригладить растрепавшиеся волосы.
Кирк встал у нее за спиной и, приобняв за талию, чмокнул в ухо.
Блаженно прикрыв глаза, Далия прильнула к нему, подставив шею для поцелуя. Их отражения в зеркале встретились глазами.