Сама невинность для магната (СИ)

Неужели решил отвезти меня к себе домой?! Куда еще ехать в такую погоду?
Вот только я в гости как-то не напрашивалась!
Будто назло, всякий раз, когда собираюсь спросить Касаткина о его планах, язык будто к небу приклеивается, вообще не поворачивается во рту.
Такого приключения я точно не ожидала. Причем где-то глубоко в голове копошится понимание, что я и сама не прочь провести с Касаткиным хотя бы пару часов.
  
Пугает неясность, чем закончится эта ночь.
Останавливаемся около высоких черных ворот, босс тянется в бардачок за пультом. И меня вдруг прошибает: стоит оказаться на территории — назад пути уже не будет, я попаду в ловушку, которую подготовил опасный хищник.
Пока он не смотрит, тихонько открываю дверцу и выскальзываю из машины, прихватив сумку. Дождь еще капает, пусть уже не такой сильный — грозовой фронт пошел дальше. От неожиданного холода плечи мгновенно покрываются гусиной кожей.
Но я стараюсь не обращать внимания на дискомфорт. Спешу в ту сторону, куда не падает свет от фонаря. Еще и в лужу по пути случайно становлюсь. Теперь ноги неприятно скользят в босоножках. Ну и противное ощущение!
— Вот и куда ты собралась, скажи на милость? — раздается за спиной.
Теплые руки обнимают мои плечи. Касаткин разворачивает меня к себе, смотрит прямо в глаза. Нервно кусая губы, отвожу взгляд.
— Я не хотела к вам домой. Вы даже не спросили мое мнение, — наконец-то выдаю.
— Потому что ты бы все равно не согласилась, — говорит он прямо.
— Ну вот, сами же понимаете.
— Ты бы не согласилась ни завтра, ни послезавтра. Никогда. Я хорошо изучил твой характер. Даже если будешь сгорать от желания, сделаешь все наоборот. Думаешь, я сегодня не замечал, сколько раз ты на меня смотрела? Но ты ведь не признаешься.
— Я вас боюсь, — отвечаю прямо.
— Я тебе что, маньяк какой-то? Просто хочу… провести с тобой время. Не захочешь чего-то — отпущу, не сомневайся. Я умею останавливаться, — зло выдает он.
— В таком случае, остановитесь сейчас. Я вызову такси, — стучат мои зубы.
— И будешь мучиться дома в одиночестве? Ты ведь не торопишься, иначе ушла бы из ресторана еще раньше. Идем ко мне, потом решим, что делать дальше. Не разговаривать же под дождем, — демонстративно стряхивает он воду с волос.
Рубашка местами промокла и облепляет мускулистое тело, но Касаткина это будто и не волнует совсем.
— Не пойду, — упрямлюсь я.
Босс тяжело вздыхает в ответ. О чем-то раздумывает.
— Хорошо, тогда я сам тебя отвезу. Не хочу отпускать ночью с незнакомым таксистом.
Удивленно смотрю на Касаткина. Неужели он так быстро пошел мне на уступки?
Желание уезжать постепенно сходит на нет, но говорить это вслух я не собираюсь. Он очень верно подметил мое нерешительное состояние. Просто не хочется становиться временной игрушкой. Да и не временной тоже. В голове полная сумятица.
Наверное, лучше все-таки уехать. Молча иду обратно к машине и сажусь в салон. Касаткин усаживается за руль, поворачивается.
— Может, ты все-таки передумаешь? — кладет руку на мое колено и поглаживает.
Черт, как же хочется остаться! Прямо скулы сводит от желания еще немного побыть рядом с этим невероятным мужчиной. Такое со мной впервые в жизни происходит.
Мамы все равно нет дома, она ничего не узнает. Никто не узнает…
— Я… — теряюсь от его прикосновений.
Так хочется сказать ему «да», забыв про идиотские, никому не нужные принципы.
— Ну же, соглашайся, прошу тебя, — уговаривает он. Сразу понятно, на что именно.
Сейчас в полумраке машины он выглядит очень соблазнительно. Совсем теряюсь.
— Хорошо. Но только ненадолго, — судорожно выдыхаю.
Вот и сказала… Поддалась собственному искушению.
Касаткин торжествующе улыбается, заводит машину и въезжает в ворота, которые сразу же сами закрываются.
— Охранника я сегодня отпустил по делам, домработница приходит по будням. Так что нас никто не побеспокоит, — зачем-то сообщает он. Успокаивает меня, что ли?
Растерянно киваю. Кажется, я уже согласилась на все, что только возможно.
Но, в конце концов, я сама хотела.
Если что-то пойдет не так, просто уйду.
Мне уже двадцать один, а веду себя как упрямая малолетка. Все мои подруги давно спят с парнями, одна одногруппница вообще вышла замуж и родила ребенка.
А все из-за маминой чрезмерной опеки. Она боится признать, что я уже выросла.
Пора сделать шаг во взрослую жизнь. К черту девственность. К черту мораль.
Даже лучше, если мой первый мужчина будет опытным. Таким, как мой соблазнительный босс.
Я и представить себя не могу с каким-нибудь Макаровым, не говоря уже обо всех остальных. А вот с Касаткиным — пожалуйста. Потому что он сам как ходячий тестостерон. Красивый, самоуверенный, страстный. Словно запретный плод.
В доме включается свет. Осматриваюсь, обнимая руками дрожащие плечи.
М-да, в одной лишь гостиной три таких квартиры, как наша, поместятся, еще и свободное пространство останется. Все красивое, дорогое, идеально подобрано друг к другу. Интерьер в стиле хай-тек, с серыми стенами, стеклянными полками и столами, огромным диваном-трансформером, напротив которого темнеет большой экран телевизора. Дальше прозрачная лестница и двери в другие помещения.
Сбрасываю на пороге босоножки, чтобы не оставлять на идеально чистом полу следов.
— Предлагаю временно снять и платье. Я найду, во что тебе переодеться, — указывает Касаткин на мою мокрую одежду. — Оставь его здесь, я поручу домработнице привести его в порядок, когда она придет.
— Я потом сама все сделаю, — отказываюсь я.
Платье и правда надо бы высушить, чтобы уехать отсюда в приличном виде. Вот только как будет выглядеть, если я приму предложение босса?
Хотя… и так согласилась зайти. Терять больше нечего, кроме собственной совести.
— Как знаешь. Я бы мог заказать тебе новую одежду с доставкой на дом.
— Нет, не надо!
Все равно ночевать я здесь не намерена.
— Ладно. Как знаешь. Располагайся, я сейчас вернусь.
Он поднимается наверх. А я боюсь даже садиться на диван, лишь хожу и все разглядываю, не дотрагиваясь до вещей. Такое ощущение, что оказалась в ином мире, где все иначе. Хотя обстановка мне нравится, не могу отрицать.
Через несколько минут босс возвращается в другой рубашке и легких брюках.
— Вот, смотри, что у меня есть, — выкладывает он на стол какие-то черные шорты и яркую футболку. — Двоюродная сестра с племянницей недавно приезжали в гости из Чехии. От них осталась новая одежда, я собирался отдать Лизе, домработнице, но не успел.
Интересно, он так оправдывается, что у него в доме лежат женские вещи?
— Хорошо, я их надену, — вынужденно соглашаюсь, хотя мне и неловко.
— Поднимешься по лестнице, вторая дверь справа — ванная для гостей, — указывает он наверх. — Я пока загляну на кухню, приготовлю нам чего-нибудь вкусного.
— Я не хочу есть.
— Есть я и сам не хочу. А выпить, наверное, не помешает.
Я бы и сама выпила для смелости. От шока весь алкоголь уже выветрился из головы.
Ох, о чем я только думаю?! Сегодня я вообще себя не узнаю.
Захватив вещи, иду на второй этаж и нахожу ванную комнату, больше похожую на зал в аквапарке — только это сравнение и напрашивается. Платье аккуратно вешаю на теплую хромированную трубу, вместо него надеваю шорты с футболкой, которая идеально подходит по размеру. Заодно частично стираю косметику и расчесываюсь.
Тем временем Касаткин успевает принести в гостиную два бокала с напитками.
Коктейль внешне похож на «Дайкири», но могу ошибаться, все-таки я не слишком хорошо в них разбираюсь. По телевизору транслируется какой-то клип, но музыка звучит скорее фоном.
  
Герман смотрит на меня потемневшими глазами, шумно сглатывает.
— А тебе идет.
Опускаю взгляд на обнаженные ноги и чувствую смятение. Шорты совсем короткие.
— Другого все равно ничего нет.