Сама невинность для магната (СИ)

Вот только поздно — все уже успели снять ее на видео.
Моя рука от изумления дрожит, и я роняю телефон на стол, позабыв, что я тоже снимала. Все же мы с Лерой на такой эффект совершенно не рассчитывали.
Вернувшийся в зал Касаткин, застывает на пороге, заметив на сцене голую деваху. Хмурится. Боссу явно не нравится происходящее, хотя весь мужской коллектив пребывает в яром восторге и даже просит повторить номер «на бис».
  
— Вообще-то, это была женщина-кошка, — с улыбкой пытается выкрутиться из курьезной ситуации ведущий. Хотя он и не виноват, что некоторые приходят на корпоратив без трусов.
Нервно хватаюсь за свой наполненный бокал и залпом выпиваю содержимое.
Мне немного совестно, что мы с Федоскиной способствовали этому «разврату». Все-таки звенья цепочки на платье Мариши разжала именно Лера. Хоть бы эта крашеная сучка ни о чем не догадалась! Удаляю видео, к чертовой матери. Лучше с дурой не связываться. Месть и так удалась на славу, даже чересчур круто получилось.
Постепенно эмоции стихают. Марина, злая, как мегера, скрывается в уборной. Начинаются танцы. Выпив с мужчинами по рюмашке, Дима снова пристает ко мне. К этому времени его щеки сильно раскраснелись, язык немного заплетается.
— Малая, идем танцевать с тобой медляк, — пытается вытянуть он меня из-за стола.
— Спасибо, но я не хочу, — вежливо отказываюсь я.
— Да ты чего? Может, обиделась за что-то?
— Нет, все нормально.
— Тогда пошли, — тянет он меня за руки.
Но в это мгновение сзади появляется силуэт Касаткина.
— Тебе же сказано: девушка не желает.
— Герман Назарович, так я это… — пытается что-то мямлить Макаров.
— Не зли меня, — хмурится босс, скрестив руки на груди.
Дима испуганно ретируется обратно за стол, а Касаткин продолжает смотреть на меня.
— Потанцуешь со мной, Алина?
— По-вашему, я отказывалась ради того, чтобы танцевать с вами? — пожимаю плечами.
Самой очень хочется принять его предложение. Но как-то боязно танцевать с генеральным директором при всей честн о й компании. 
— Почему бы и нет, — хитро отвечает Касаткин.
Боковым зрением смотрю на Дмитрия, и меня охватывает злость. И правда, чего он вдруг привязался? Неужели из-за невинных разговоров решил, что я уже его девушка? Пожалуй, стоит слегка проучить его. Пусть босс и не совсем подходящая для этого кандидатура. Но с Касаткиным точно хочется танцевать больше, чем с Макаровым. Все равно я скоро уйду из ресторана. Один танец с гендиректором не повлияет на общественное мнение, зато может остудить пыл нетрезвого менеджера.
— И правда, почему бы и нет, — поднимаюсь я, смело глядя на босса.
Или это вино так ударило в голову, что мне уже плевать на свои запреты?
Мы с Касаткиным выходим к площадке, где кружатся в танце другие пары. Осторожно кладу руки на плечи босса и вздрагиваю, когда он крепко сжимает мою талию. Но это чертовски приятно. Чувствую его напряженное дыхание — и мне даже не хочется смотреть на своих коллег. Меня заводит близость этого мужчины, заставляя вспоминать постыдные вещи, которые он проделывал со мной на днях в кабинете.
— Что у тебя с ним? — неожиданно спрашивает Касаткин, и я различаю в тоне злость.
— С Макаровым? Ничего, мы просто общаемся.
Почему его вдруг заинтересовали такие подробности? Я же не спрашиваю, что у него с другими женщинами. Каждый из нас — свободная личность.
— Мне не нравится, как он на тебя смотрит.
— Просто он слегка перебрал.
— Ты его защищаешь? — усмехается босс.
— Нет, но он не сделал мне ничего плохого.
— Пусть бы попробовал, — цедит Касаткин сквозь стиснутые зубы.
Не понимаю, зачем он это говорит. Но спросить не решаюсь.
— Вы преувеличиваете, — только и бормочу я.
— Возможно. Но мне достаточного того, что я видел.
Я лишь тяжело вздыхаю в ответ.
— Алина, я спросить хотел… — начинает он и вдруг замолкает.
— О чем? — допытываюсь я. Но танец заканчивается, и теперь наша пауза со стороны выглядит немного нелепо. Германа Назаровича отвлекает кто-то из мужчин.
Смотрю на часы — и ахаю вслух. Четверть первого! Кажется, я совсем засиделась. Воспользовавшись тем, что Макаров куда-то отошел, забираю сумочку и крадусь к выходу. Мне удается покинуть ресторан по-английски, ни с кем не прощаясь.
«Ну что там со змеей? Почему не отвечаешь?» — приходит голосовое от Леры, пока я пытаюсь вызвать такси, стоя у выхода из заведения.
«Я удалила видео. Потом расскажу», — быстро отвечаю, возвращаясь в приложение такси. Но Лере не терпится выяснить подробности.
«Я ведь так и не усну, пока все не узнаю. Позвони мне».
«Давай не сейчас», — записываю ответ.
Она продолжает настаивать на своем, и время уходит безвозвратно. К тому моменту, когда мне удается доказать Федоскиной, что лучше поговорить обо всем позже, приложение не показывает ни одной свободной машины.
Да что за фигня? Вот и как теперь уехать домой?!
Как назло, начинается гроза, которая собиралась весь вечер. На голову падают первые тяжелые капли дождя, небо разрывает яркая молния.
Теперь понятно, почему машин нет! Но возвращаться в ресторан я уже не собираюсь.
Открываю карту и вижу в пяти минутах ходьбы станцию метро.
Если потороплюсь, успею на последний поезд, пока метро не закрылось. Возможно, в моем районе будет больше машин. Сегодня пятница, да еще и гроза эта — вот все и бросились резко заказывать такси.
Иду по улице в направлении станции. Косые струи дождя хлещут по щекам, волосы прилипли к лицу, мокрое платье облепило грудь и бедра.
Сквозь пелену перед глазами пытаюсь рассмотреть указатель, ругая себя за танец с боссом. Если бы не Касаткин — уже точно ехала бы домой.
Рядом неожиданно останавливается серебристый внедорожник. Боковое окно открывается.
— Алина, иди сюда! Ты совсем промокла!
— Герман Назарович, это вы, — едва не стуча зубами от холода, выдаю я.
— Садись в машину! — открывает он дверцу. — Я тебя подвезу.
Мне совсем не хочется ехать с ним. Точнее, и хочется, и колется одновременно. Но босс продолжает настаивать. Очередной порыв ветра практически загоняет меня в его машину. Стучу зубами, стараясь согреться. Босс сразу включает обогрев.
— Ладно, поехали, — ставит он перед фактом.
Я удивленно смотрю на него, почти ничего не соображая.
— Я сегодня не пил, так что давай без нотаций, — с улыбкой добавляет он, и машина трогается с места. Я лишь киваю, не в силах даже что-то сказать.
Тело начинает согреваться. Немного разомлев, на пару минут прикрываю глаза. А когда вновь выглядываю в окно, закрадывается подозрение, что мы едем совсем не той дорогой. Но может, здесь получится быстрее? Он водитель, а не я, ему виднее.
Однако вскоре мои подозрения подтверждаются.
— Мы пропустили развязку. Куда вы меня везете? — изумленно спрашиваю я.
— Скоро узнаешь, — загадочно улыбается он.
— Вы меня пугаете, Герман Назарович.
— Да прекрати. Зачем мне тебя пугать?
— Остановите машину, я выйду! — громко требую я.
— Где я здесь остановлюсь? — взглядом указывает он на объездную дорогу, где несутся машины, и добавляет: — Мы почти доехали. Расслабься, все ведь хорошо.
Вот только он требует невозможное — расслабиться я не могу. До меня смутно доходит, что он задумал, но я уже боюсь его о чем-либо спрашивать.
В голову приходит лишь одна мысль — бежать, как только мы доедем.
  
Глава 19
 
Вскоре Касаткин сворачивает на дорогу поменьше, и мы уже едем в сторону элитного коттеджного поселка. Вокруг в основном один лес, хотя мелькают пару заправок, кафе, ночной магазин. Сама я никогда здесь не бывала, но размеры домов, мимо которых проносится машина, дают отличное представление о немаленьких капиталах их владельцев. Да и адрес босса мне известен, пусть я не помню его наизусть. Буквально пару дней назад он просил сделать копию какой-то доверенности.