Здесь вам не клан 6 (СИ)
Но я вижу город и понимаю, что местный Гельсинг в плане комфортабельности среды продуман ещё круче, чем экополис, в котором мы с Лизой прожили больше десяти лет. Старые здания утопают в зелени, кое-где виднеются модульные конструкции, смахивающие на развёрнутые тессеракты.
— Здесь нет машин, — вырывается у меня.
Потребность в общении трансформировалась в команду. Левый верхний угол экрана выдал диалоговое окно с Максом. Ландшафт мы видели одинаковый.
— Ты прав, — согласился дубль. — Это город без машин.
— Охренеть, — выдохнул я.
Нет, у нас тоже хватает удивительных мест. Особенно на Аравийском полуострове, в Японии и Сингапуре. Я спокойно отношусь к этому, поскольку подобные технологии начали бурно развиваться в «тридцатых». Именно — начали. Здесь же… завершённый концепт, на реализацию которого должно было уйти минимум одно поколение.
Общественного транспорта в Гельсинге хватало. Я видел ветки монорельсов, курсирующие по воде суда, вездесущие аэротакси и непонятные штуковины, похожие на автобусы-беспилотники. Насколько я понял, тут использовалось электричество, а также водородное топливо. ДВС превратились в рудименты наподобие каменных пещер и угольных электростанций.
Я менял камеры и наслаждался ракурсами.
А потом вдруг понял одну вещь.
Мы перенеслись в Паутину из темпорального пузыря, который дрейфует за пределами известных вселенных. Будущее, прошлое — эти категории утратили для теневиков всяческий смысл. И всё же, мы находимся в реальном человеческом городе, наблюдаем за его жителями, движемся вместе с прогулочными катерами и вращаемся на обзорном колесе телебашни. Гейт позволил перенестись туда вопреки законам физики и здравого смысла.
Переместившись на дрон блогера, ведущего прямую трансляцию в формате стрима, я увидел проплывающие внизу модульные небоскрёбы, сросшиеся под прямыми углами на высоте тридцатого этажа. Вершины небоскрёбов были отведены под парки и посадочные площадки. Я видел бассейны, прогуливающихся по дорожкам жильцов…
И тут меня осенило.
— Эй, — позвал я дубля. — Сейчас ведь конец апреля, да?
— Не поспоришь, — ухмыльнулся Ву.
В Хельсинки середина весны — не лучшее время для таких вот прогулок. Температура редко достигает семи градусов, а деревья ещё стоят голыми.
— Какого хрена здесь творится?
Прохожие в лёгкой одежде — тонких брюках, платьях, кофтах. Некоторые носят шорты и футболки. Я вывел поисковую строку в верхний правый угол, вбил запрос по погоде и получил семнадцать градусов.
— Это невозможно.
— Ты в одном из энергосберегающих городов, дружище, — пояснил дубль. — Тротуары накапливают тепло, как и стены домов. Климат корректируется орбитальными спутниками.
Даже у нас такого нет.
Впервые за последний год я почувствовал себя отсталым дикарём. Я прибыл из будущего, но Моноземля уже в 2023 году находится на более высокой ступени развития. Не удивлюсь, если в 2100 году они будут колонизировать соседние звёздные системы и достигнут бессмертия.
Человечество объединилось.
И результат налицо.
Когда мы выпали обратно в реальность пузыря, я несколько минут потрясённо молчал, переваривая увиденное. Макс, судя по выражению на лице, думал о более практических вещах, чем развитие нашей расы. Когда он заговорил, я был вынужден спуститься с небес на землю.
— Ты видишь, всё работает.
— Вижу, — признал я.
— Каков наш план?
— Это твой план, бро. Я готов его выслушать.
— Твой, мой… — недовольно пробурчал двойник. — Мы ведь одно целое.
— Давай, — подбодрил я. — Жги. Я внесу коррективы, если будет косяк.
Макс откашлялся.
— Ну… Смотри. Гейты позволяют подрубаться к Высоким Сетям. К глобалу с развитым виртом и хорошими пропускными характеристиками. А пузырь игнорирует время. Если мы подключились к Паутине Моноземли, то можем провернуть этот фокус и с нашей вселенной. Атака из пузыря на «Эскапизм», как тебе такое? Мы не станем уничтожать их дата-центры — всё равно восстановятся. Я предлагаю взломать МОР-2. Обойти протоколы нейросети и заставить концерн отредактировать собственное прошлое. Эмиссары по приказу МОРа сделают так, что «Эскапизм» НИКОГДА НЕ ВОЗНИКНЕТ. Их снесёт переменами. Во всех ветках, вне зависимости от бифуркаций.
Прокручиваю идею в голове.
Надо обсудить с Брукс, конечно, но…
В целом, звучит неплохо.
Смущают две вещи. Первая — я никогда не делал ничего подобного. И не уверен, что «Эскапизм» самоликвидируется во всех развилках. Вот пусть Ким и скажет мне, насколько этот сценарий правдоподобен. Дубль через пару часов отправится на работу, а Кимберли придёт поздно вечером. Лиза уже будет спать, и мы обсудим детали грядущей операции.
Второй аспект — технический.
Я высказал свои опасения вслух:
— А как ты собираешься обходить стандартизацию? Наша Сеть несовместима с Паутиной, никто ведь не синхронизировал…
— Знаю, — перебил кибермансер. — Но ведь нам и не нужно переделывать протоколы всего Интернета, понимаешь? Чтобы ломануть МОРа, достаточно подключиться к его локальной сети.
— И как это осуществить?
— Нужна крыса. Агент, который внесёт кое-какие изменения в их локалку и подготовит почву для атаки.
— С какого перепуга кто-то пойдёт на сотрудничество с нами?
— Ну, мы можем взять за яйца одного из эмиссаров в этой реальности. Перебросить его через пузырь в 2100-й год. А он уже выполнит всю грязную работу.
— По факту, это будет человек без биометрии. Ни одна система безопасности его не пропустит.
Макс пожимает плечами:
— Я изложил план. Он хорош. Твоя задача — помочь с решением.
Глава 17
Лиза сделала уроки, загрузила задания на проверку в систему онлайн-школы, немного посидела со мной и отправилась к себе в комнату.
Брукс пришла поздно.
Я пил кофе и лазил по Паутине, изучая мир. Читал новости, просматривал тематические сообщества. Очками и сенсорными перчатками не пользовался. Залипнуть в вирте на что-нибудь очень легко, а я планировал обсудить с Кимберли детали задуманной операции.
Когда на первом этаже раздались тихие шаги инструкторши, я отвлёкся от своего занятия.
Шаги приблизились.
Стук в дверь.
— Заходи, — я развернулся в кресле.
Едва Кимберли переступила порог, я понял, что она пьяна. Развязная походка, запах алкоголя, блеск в глазах. А ещё — откровенный наряд, от которого у меня чуть глаза на лоб не полезли. Облегающее чёрное платье с вырезом до верхней части бедра, открытое плечо и декольте, которое почти ничего не скрывало. В правой руке Брукс держала миниатюрную сумочку. Волосы были распущены и струились по спине.
— Чем занимаешься? — женщина направилась ко мне.
— Вот об этом я и хотел поговорить.
— Неважно, — Брукс швырнула сумочку на пол, взгромоздилась мне на колени и посмотрела в глаза. — Сегодня день откровений, малыш.
— Сколько ты выпила?
— Да я трезвая, как стекло!
Я сидел во вращающемся офисном кресле, а Ким — прямо на мне, широко раздвинув ноги. Из выреза выглядывало красивое сильное бедро инструкторши. Левую руку Кимберли положила мне на плечо. Когда я собрался ещё что-то сказать, девушка приложила указательный палец к моим губам.
— Тссс. Я долго терпела, малыш. Вот скажи, я красивая? Нет, не говори. В этом теле мне сорок два, но я трачу хренову тучу бабла на био… ну, ты понял…
Брукс икнула.
— Сколько мы с тобой знакомы? Не отвечай. Восемь грёбаных месяцев. И всё это время ты трахаешь малолеток. А потом ещё эту тёлочку из нашего отряда… И почему, вот скажи, почему ты ни разу не посмотрел в мою сторону?
Осознаю, что Ким чуть ли не прижимается ко мне грудью, а её рука гладит мои волосы. Нет, она мне всегда нравилась, а в последнее время так я и вовсе начал посматривать на инструкторшу с плотоядным интересом, но… Чёрт, я что, не верил в то, что у нас может получиться?
— Ты бы меня прибила.