Здесь вам не клан 6 (СИ)

— А как же, — Волков довольно крякнул. — Вагон и маленькая тележка. Секунду…
Перевернув несколько страниц своего талмуда, следак отыскал сноску с указанием нужной папки, извлёк её из-под самого моего носа, раскрыл посередине и небрежно произнёс:
— Вот. Полюбуйся.
Я принял папку из рук фискала и жадно уставился на изображение человека, до неузнаваемости перекроившего историю Земли. Видимо, выражение радости сменилось на моём лице разочарованием, потому что Волков выдал насмешливый комментарий:
— Не ожидал, да? Рассчитывал на фамильное сходство?
Проницательный говнюк.
— Рассчитывал, — глупо отрицать очевидное. — Согласись, было бы логично. Ключевой противник концерна отправляется в прошлое, чтобы осчастливить всех маной небесной и основать старейшие рода, которые в будущем не позволят «Эскапизму» осуществить вторжение.
— Скромность украшает человека, да, Макс?
— Я могу и не знать о своих грядущих планах, — пожимаю плечами. — Вдруг я нащупаю этот путь завтра. Или через год.
— Ну-ну. И ты не подумал, что мы в Особом отделе тоже подобную версию рассматривали.
— Допустим. И что?
— Отсекли.
— А почему?
— Пошевели извилинами. Пункт первый — на картинке явно другой парень. Не ты.
Вот здесь не поспоришь. Я опять всмотрелся в портрет, сделанный около полутора веков назад, и не обнаружил в нём ни одной знакомой чёрточки. Молодой человек лет двадцати. Статный, как сказали бы в те дни, с горделивой осанкой и умными глазами… Чёрные кудри, усики, фрак с высоким воротником. Нечто, напоминающее сорочку с бантом… Художник работал то ли углём, то ли грифелем, и я не мог представить всё это в цвете, но… Сразу бросилась в глаза яркая деталь — очки. С круглыми линзами, в тонкой оправе. А ещё — бакенбарды. И трость, набалдашник которой лежал на ладони, затянутой в перчатку.
— С этим ясно, — срисовав Основателя, закрываю папку. — А что с пунктом номер два?
— Выброс маны. С приходом Безымянного Мага в наш мир хлынула энергия. Так не бывает при обычных темпоральных путешествиях, согласен?
— Ну, да.
— Он пробил портал из неизвестного мира, оттуда всё и потекло.
— Стоп, — до меня вдруг дошло. — Проколы в иные вселенные… они же… ну, типа вечные? Значит…
—…можно отыскать те самые врата, — завершил мою мысль Волков. — Умница. Давай зачётку, к экзамену допущен.
— И? — я покосился на заветный стеллаж.
— Ты, конечно, думаешь, что мы всё знаем, но скрываем от общественности.
— Нет?
— Существует Проблема Первого Портала. Или Парадокс Первого Портала. Называй, как хочешь. Об этом рассказывают на старших курсах Магикума. Заметил, что в биографических справках об Основателе напрочь отсутствует информация о Первом Портале?
Я напряг память.
Вспомнил одну из лекций и блеснул эрудицией:
— Малаховка. Прокол был сделан в Подмосковье, в окрестностях Малаховки.
— Да, — кивнул Волков. — Правда, он исчез.
— В смысле? — я опешил.
— Исчез, — терпеливо повторил следователь. — Зарос, затянулся, перестал существовать.
— Так не бывает. Это межмировой…
— Я вас умоляю! — Тимофей всплеснул руками. — Ты же не думаешь, что первый задался этим вопросом? Да, Основатель проник в нашу реальность, затопил пространство маной, начал открывать людям средоточия. А Первый Портал захлопнулся. И никогда больше не открывался. Я могу тебе показать отчёты экспедиций — их было штук двадцать, не считая тех, что организовали тайные общества. Выдвигались разные гипотезы. Фанатики верили, что Портал не схлопнулся, а был замаскирован. То есть, Основатель применил хитрую атмосферную магию. Навёл морок, как сказали бы наши предки. Ни одна из экспедиций не увенчалась успехом.
— А почему Парадокс?
— Межмировой портал невозможно закрыть, но он закрыт.
— Разве речь не идёт о стабилизирующих арках? Нам рассказывали про старых портальщиков, которые исчезали бесследно и не могли совершить обратный переход.
— Мало ли, что вам рассказывали, — раздражённо откликнулся канцелярист. — Ты же путешествовал с Крафтом. Всё, что он открывал, навеки врастало в ткань мироздания. Или нет?
 
— Так и было, — нехотя признал я.
— Часть проколов, сделанных учениками Безымянного Мага, вела на нашу планету, — объяснил канцелярист. — То были неудачники, раскрывшие врата в океан, джунгли, небо. Не все случаи изучены и задокументированы, но свидетельств хватает, чтобы сделать выводы. Сейчас убедишься.
Волков отложил кожаную тетрадь и скрылся в лабиринте стеллажей. Что-то щёлкнуло, послышался звук перелистываемых страниц.
— Вот, например, — голос фискала стал сухим, как у докладчика на трибуне. — Тысяча восемьсот девяносто шестой год, четвёртое сентября. С неба на кукурузное поле в штате Иллинойс упал неизвестный мужчина. Авиации ещё не было, дирижабли в этом районе не пролетали. Никаких высотных сооружений.
Пауза, шаги, очередной щелчок и перелистывание.
Я, признаться, охренел.
Где штат Иллинойс — и где тайная канцелярия государя-императора… Или от неудачников русским духом пахнет? Удивительно широк спектр фискальных интересов!
— Годом ранее норвежское китобойное судно выловило из морской пучины человека, который утверждал, что перенёсся туда силой своего воображения. Незнакомца сочли сумасшедшим, однако на следующий день он исчез. Поиски результата не дали, мужчину сочли пропавшим без вести. Важный момент: потерпевший был русским, а наших кораблей в тех водах не наблюдалось.
— Хорошо, — я понял, что дотошного канцеляриста надо остановить. — Успокойся.
Волков разложил все документы, закрыл стеллажи и вернулся обратно.
— В общем, не могло такого произойти, — резюмировал следователь. — Есть там какие-то законы сохранения магической энергии, которые даже Основателю обойти не под силу. В этом и парадокс.
— Законы могут быть любыми, — отрезал я. — Но если эти законы противоречат фактам, их надо пересматривать.
— А какими фактами владеешь ты, Макс?
— Безымянный Маг — из нашего мира.
— Откуда сведения?
— Уэслер сказал.
— Джонатан Уэслер? Монолитовец?
— Он самый.
— Мало ли, — канцелярист пожал плечами. — Уэслер, конечно, крут. Это один из учеников, причём сильнейших. Но это не значит, что он не преследует собственные цели, пытаясь тобой манипулировать.
— Возможно. Но ведь Гидры для чего-то отдали приказ похитить меня прошлой осенью. После этого разделались с эмиссарами, которые перекраивали ветку событий в Детройте. Я нужен Монолиту. Не понимаю, для чего, но… определённо нужен.
— Уэслер вмешался?
— Он хрономаг.
— Не знал, — канцелярист сокрушённо поцокал языком. — Хорошо скрывается.
— Я что думаю, — тянусь к кожаной тетради, начинаю механически перелистывать страницы. — Уэслер знает или догадывается о том, как мы связаны с Основателем. Личность и мотивы Основателя помогут разобраться в происходящем.
Тетрадь изобиловала пометками, ссылками и сносками. Этапы жизни великого волшебника были пронумерованы и увязаны с папками, где хранились нужные сведения. По сути, я держал в руках оглавление объёмной книги, сложенной из секретных документов.
— Хочешь выяснить имя, — догадался мой собеседник.
— Конечно.
— Тупик. Безымянный Маг никому не представлялся, не рассказывал о своём прошлом, давал минимум информации. Его называли Учителем, Сенсеем, Гуру… ну, и прочие эпитеты на разных языках. Сам он, кстати, перешагивал через любые языковые барьеры. Известны тридцать пять языков, наречий и диалектов, которыми Основатель владел в совершенстве. Дать список?
Я отмахнулся:
— Не обязательно. Тимофей, ты хоть сам понимаешь, что это значит? Простой человек не способен выучить столько языков. Без доступа к нейролингвистическому программированию…
— Он был менталистом, — напомнил Волков. — Как известно, эти ребята могут общаться на невербальном уровне, с помощью образов и универсальных понятий.