Сводные. Не тронь меня (СИ)

— А в чём, собственно, претензии?
— В том, что пол твоей машины раскурочено! Дамир, ты совсем… Не при дамах будет сказано…
Мы встречаемся взглядами. И я чувствую себя виноватой.
— Послушайте, — встреваю я.
— Я сам оплачу её ремонт. Так вышло, тебе не о чем беспокоиться. Случайно занесло в кювет, — перебивает он, и все втроём смотрят на меня.
— Сам оплатишь… Конечно сам! — фыркает его отец, а я вдруг снова чувствую, как горячая ладонь Дамира аккуратно накрывает моё голое колено. Это действует на меня как удар током. Все нервные окончания в момент задевает и невозможно переключиться.
  
Чёрт, что он, блин творит? Пытаюсь скинуть её, но он вцепился как клещ и не отпускает.
— Мира, ты что-то хотела сказать? — спрашивает мама, нахмурившись, а я мотаю головой.
— Нет.
Боже мой, надеюсь, ничего не видно…
— Передай мне мясо, пожалуйста, — просит мама, и у меня нет выбора.
Как только я задействую обе руки, чтобы передать матери блюдо, его наглая ладонь уползает совсем наверх. Она уже… О, боже!
Сжимаю ноги и улыбаюсь всем, будто ничего не происходит. На деле же… Просто горю от ужаса. От стыда. От невыносимого чувства у себя между ног, заставляющего низ моего живота нещадно ныть и вибрировать.
— Зато Мирослава уже успела обзавестись друзьями, — улыбается Дамир, глядя на меня. Мало того, что трогает, так ещё и издевается.
— Правда, дочка? Это отлично, — радуется мама, пока эта сволочь ухмыляется.
— Я в ней не сомневался, — говорит его отец, и мне кажется, я сейчас сломаю ему руку своими плотно сжатыми бёдрами.
— Ну… Мира не такая плохая, как я. Не забываем, — добавляет он, глядя на отца, а потом смотрит на мою маму. — Вы бы, наверное, сильно расстроились будь она похожа на меня. Разбивала машины, устраивала вечеринки и всякое такое.
— О, боже… Она же девочка, ты что, Дамир! — в ужасе отмахивается мама. Он начинает отводить свою руку, и я расслабляюсь, но как только делаю это, он резко возвращает её обратно прямо к моим трусикам, и я взвизгиваю, дёрнувшись на месте.
— Мира, всё в порядке?
— Да, просто… Мне показалось, будто мышь увидела…
— Глупая, нет у нас мышей, — говорит этот гадёныш. Я строю кривую усмешку и склоняюсь к его уху, пока родители начинают что-то обсуждать. Его пальцы елозят по ткани, вынуждая меня ёрзать.
— Убери свою руку, я закричу.
— Ты достаточно натворила. Дай потрогать. Не душни.
— Слышишь ты… Кусок…
— Ладно, — он забирает ладонь, и я наконец выдыхаю, успев стиснуть свои бёдра.
Но всё ещё не понимаю, почему он не стал сдавать меня и взял вину на себя?
Это какой-то хитрый план? Или нечто большее?
  
Глава 6
 
Дамир Королёв.
Я мог бы конечно сдать эту дурочку родителям, но мне по-честному стало её жаль. Она, похоже, никогда ничего плохого в жизни не делала, и её счастье, что у меня есть деньги на ремонт. Потому что я получаю прекрасную стипендию за игру в университетской сборной, а ещё подрабатываю во время пар в одной фирме, дела не совсем законные, поэтому я в вечном проёбе и отцу знать об этом не нужно.
После ужина раздается тихий стук в мою дверь, мне даже кажется, что мне показалось, но потом он вдруг усиливается.
Открываю и вижу на пороге смущённого взволнованного Зайчонка.
— Ааа… Так вот она. Мышь, которую ты видела, — ржу, и она кривит губы.
— Дамир… В общем, вот… — она толкает мне в руки свёрнутые купюры. — Всё, что у меня есть, но я буду возвращать постепенно, честно.
Моя левая бровь ползёт вверх.
Ты ж моя девочка…
Признаюсь, охренеть, как удивила таким вот благородным жестом.
— Не нужны мне твои копейки, — возвращаю их обратно. — Забирай и иди отсюда.
— Я ведь правда сожалею.
— Я вижу, зайка. Захочешь предложить, что посущественнее, я буду ждать тебя в комнате после отбоя, — подмигиваю ей и захлопываю дверь перед её лицом. Знаю конечно, что не придёт. Издеваюсь просто.
Иду работать дальше. Нужно написать программу, а времени в обрез. Мне совсем не до неё, а когда через десять минут я снова слышу настойчивый стук в дверь раздражаюсь ещё сильнее.
— Да что⁈ — открываю в порыве негодования и вижу отца. — Блин, бать, извини. Чё такое?
— Дамир, на разговор, — холодно зовёт он и идёт к себе в кабинет. Это значит, я должен плестись за ним, как щенок. В любой момент, когда ему приспичит… Что ж…
— Что такое? — вторю, когда захожу внутрь за ним.
— Эта девочка Мирослава… Поддержи её по-братски. Она многое пережила… Я тебя по-отцовски прошу. Будь с ней мягче.
— Пережила? Что пережила? — спрашиваю так как не понимаю о чём он вещает.
— Не важно, Дамир. Просто прошу. Сделай так, чтобы она освоилась. Чтобы была в университете под твоей защитой. Я же знаю твою славу. Уберечь сестру ты в состоянии.
— Ладно, я понял, — говорю, и он жмёт мне руку.
— Надеюсь на тебя, сын.
Выхожу оттуда и снова иду к себе. Мысль о том, что она там пережила как-то нездорово будоражит. Спросить напрямую?
Так она меня в жопу пошлёт.
Но и в няньки ей я не нанимался. Ай да похрен. Завтра поговорим.
* * *
Ранним утром продираю глаза за столом. Ура. Хотя бы прогу доделал и выслал. Получил бабки, не зря старался. И вырубило прямо там на месте.
Тут же бегу в душ, переодеваюсь и спускаюсь на завтрак. Где меня снова ждёт всё семейство. Давненько всё же не было так насыщенно. Женщины в доме чувствуются. Даже если эти больно молчаливые.
— Отвезёшь Мирославу? — спрашивает отец, отпивая кофе, пока Ольга ухаживает за ним.
— У меня машина в автосервисе, знаешь же.
— Возьмёшь мою.
— Отвезу, — уже бурчу себе под нос, потому что спорить нельзя, а смотреть на зайчонка не хочется вовсе. Ибо она опять нацепила юбку, которая разлетается в разные стороны и короткий топ, так что всё пузо на голе. Вот кто так делает, блядь⁈ Будто специально. Я только справился с утренней эрекцией. Как теперь из-за стола выходить?
— Подожду тебя в тачке, — иду покурить и успокоиться. Вместе с тем, поправляю неудобные джинсы. Пока стою и держусь за причинное место сзади незаметно подкрадывается Мира.
— Бля, хули так пугаешь⁈
— Я готова.
— Иди, я сейчас.
Она разворачивается и следует к машине.
Смотрю на её походку… Хрупкую спину и задницу, и понимаю, что для меня не стало бы помехой даже сорвать с неё пробу. Пиздец она секси. Другой вопрос, что нужно что-то делать с этим образом, потому что иначе с ней сделают что-то до меня.
— Пристегнись.
— Я уже, — пищит она своим тонким голоском, а уже возле универа я проезжаю мимо. — Куда мы⁈ Ты проехал!
— В магазин, — цежу сквозь зубы.
Она молчит, только смотрит на меня выжидающим сердитым взглядом.
— Я куплю тебе шмоток, ясно? Нормальных шмоток. Спрятать всё это. Отец попросил меня защищать тебя, а как это делать, если ты ходишь полураздетая, не сказал.
— Но мне нравится так одеваться, — хмурит она брови и смотрит на себя.
— Я не говорю, что у тебя нет вкуса. Просто надо вложить немного финансов и прикрыть все твои… Выдающиеся… Места, — подбираю слова, а она всё сверлит меня своими омутами.
— И куда мы? В какие-то модные бутики, где одна вещь стоит как половина твоей машины?
— Почти, — ухмыляюсь я и тащу её в торговый центр. Я знаю, где одеваются девочки. Многих водил, многим покупал. У меня никогда проблем с этим не было. Кто что просил, то и получал. Правда я сам никогда никого не одевал, но эту барби мне бы хотелось нарядить, а после возможно и раздеть… Только батя мне потом оторвёт что-нибудь. Поэтому забудь, нахрен, Дамир! Не испытывай судьбу.
  
— Ой, а можно эти туфли?
— Туфли можно, но вот эту юбку — нет.
— А что с ней не так?
— Мира, она короткая пиздец. Вот это платье нормальное.
Она смотрит на ценник.
— О, боже… Это что? За что? За кусок тряпки?