Сводные. Не тронь меня (СИ)
— И еще кое-что, Зайчонок. За каждое оскорбление в свой адрес я буду жестоко тебя наказывать. Поэтому в твоих интересах помалкивать и быть хорошей девочкой… Поняла? — шепчу и смотрю в её голубые своими карими.
Вдох-выдох.
— Поняла. Мудак, — отрезает она в ответ, разворачивается и уходит, а я уже думаю, что нам точно будет очень интересно вдвоëм…
Я буду не я, если не загоню этого зайчика в свои силки…
Глава 2
Мирослава Зайцева.
Утро не задалось. Мама подняла меня после ночных кошмаров и наконец сообщила, что день «икс» настанет именно сегодня. А это значит, нужно переезжать в Сочи и казаться всем паинькой. Не сказать, чтобы я была какой-то оторвой, нет. Но и тихоней тоже никогда не была, однако при виде маминого мужчины в строгом деловом костюме тут же притихаю.
Отцовские долги дали о себе знать, мы бежим отсюда с позором и страхом. А ещё с чувством безысходности. Во всяком случае, я. Сколько росла здесь, всегда это ощущала… И даже не нищета была тому причиной.
Однако мама с этим мужчиной не из-за денег, скорее, из-за чувства защищенности. Он обещал помочь, спрятать и обеспечить. И она отчего-то согласилась.
— Азхар Альмирович, — здороваюсь я, кивнув, и он тоже одобрительно кивает. Он — татарин. Фамилия как-то перекочевала после их миграции, а вот всё остальное… Особенно его внешность кричит о том, кто он такой. Тёмный, броский, смуглый. И я слышала, у него есть достаточно взрослый сын. Вроде бы его зовут Дамир. Он не много о нём распространялся, но даже из короткого диалога я поняла, что он проблемный и очень своенравный. Оно и понятно, судя по всему, он им никогда не занимался. Парень был предоставлен сам себе всё это время.
— Это все вещи? Вадим отнесёт, — говорит он, щелкнув пальцами, и тут же на пороге нашего скромного жилища появляется крупный мужчина, судя по всему водитель, который его подвозил. Я жду, когда мама даст команду, что всё. И мы оставим эту жизнь раз и навсегда. Оставим людей, страхи и ненависть позади. Наконец вздохнем полной грудью. Не будем жить прошлым. Я верю, что когда-то всё должно наладиться… Когда-то в моей жизни больше не будет тех травм, что были раньше…
* * *— Как тебе город, Мирослава?
— По тому немногому, что успела увидеть, очень красивый, — отвечаю я с улыбкой, разглядывая улицы через стекло его комфортабельного автомобиля. Мы ехали долго, но так было нужно. Поскольку мама боится самолетов. А в поезде ехать не захотел сам Азхар Альмирович. Говорит, здесь комфортнее. Правда моя задница уже успела стать квадратной за это время.
— Ну вот… Приехали, — подъезжая к огромным автоматическим воротам, я сглатываю. Никогда не видела таких домов. Целый замок. И здесь живёт только его любимый сынуля? Ничего себе парню привалило с рождения…
— Проходите, — я ныряю к крыльцу следом за мамой. Вижу, что и ей видеть всё это крайне непривычно. А когда мы заходим внутрь, лицо мужчины закипает от злости. Повсюду стаканы, бутылки, а на диване спит какая-то размалёванная полуголая девица. Боже.
— Ты кто такая⁈ Пошла отсюда! — гонит её Азхар Альмирович, а мы с мамой переглядываемся. — Прошу простить нас. Выходки Дамира.
— Всё хорошо, Азхар, — успокаивает его мама, взяв за руку. — Не ругай его, пожалуйста.
— Я не собираюсь… Ругать… Пойду найду этого… Бездельника…
Когда он говорит это, мне хочется смеяться. Ведь он явно хуже, чем бездельник. Он просто какой-то избалованный вредитель. Как можно было столь безобразно изгадить такой шикарный дом?
Завтра же начну здесь всё мыть. Я удивлена, что у них нет экономки, которая убирает за ним весь срач. Хотя, возможно она потерялась среди бутылок и не смогла найти выход?
— Мира, только не груби мальчику… — шепотом просит мама.
— Что ты? Разве можно… Судя по всему, очень приятный молодой человек, — издеваюсь я, а мама хихикает, уходя в сторону лестницы. Я же хожу по гостиной и рассматриваю всё. А потом вдруг вижу, что что-то сверкает под диваном и наклоняюсь, чтобы посмотреть. Ну точно, это чья-то золотая серёжка. А рядом… О, боже… Использованный презерватив. Только этого не хватало. Фу!
— Вам помочь? — звучит грубый баритон, и я вздрагиваю… Господи…
Оборачиваясь, за секунды понимаю кого вижу. Он похож на своего отца, но что-то всё же отличается. Чуть светлее, видимо, в мать… Высокомерный, наглый с завышенным ЧСВ. Сразу видно. Тёмные глаза уже пожирают меня с головы до пят. Оценивающий взгляд явно не даёт мне больше шестёрки. А кривая усмешка говорит о том, что он не стремится подружиться. Но и я не собираюсь. Ещё чего.
После чаепития всё становится ещё более понятно. Он хочет войны… Что ж… Я дам ему войну.
* * *— Ух ты, какая, — слышу я на входе в универ и осматриваюсь. Кучка парней уже дают оценки моему образу. У меня нет брендовых шмоток, но одеваюсь я неплохо. Не ношу широкие балахоны. В основном красивые платья, топы и юбки. Я не стесняюсь своей фигуры и не прячусь за строгостью и практичностью. Нет. Я — эстет. Но эстет с очень скромными финансовыми возможностями. Да, и такое в нашем мире встречается, поверьте.
— Извините…Где здесь аудитория 213?
— Ты здесь новенькая? — спрашивает меня девушка. — Первогодка что ли?
— Да…
— Меня зовут Аделина. Я с третьего курса. Идём, покажу… Ты с какого факультета? Взяли в середине семестра? — спрашивает она удивленно. Очень общительная и симпатичная.
— Да, что-то вроде того… Я с экономического.
— Так, поняла. Учти, ты — свежее мясо, поэтому будешь нарасхват первое время. Видела, как коршуны на тебя смотрели?
— Кто?
— А… Да это дебильное название наших звёздных ребят футболистов. Самый главный коршун — Дамир Королёв. Но его сегодня ещё нет. Потом как-нибудь увидишь, он часто пропускает.
— Да неужели? — спрашиваю, ведь его отец говорил, что он строго следит за его посещаемостью, но, видимо, гаденыш и тут нашел лазейку.
— Вообще конечно, от них надо держаться подальше, — продолжает она своё предостережение. — Они, как бы это мягче сказать…
— Аморальные придурки?
— Вау, — смеётся она. — А ты остра на язык, да? Как тебя зовут?
— Мирослава, кратко — Мира.
— Интересное имя. Мне нравится. А вот и 213, — она провожает меня и машет рукой. — До встречи.
— Спасибо…
На первой же паре успеваю познакомиться почти со всеми одногруппниками. Слава Богу, никто не знает, как я сюда попала. Удивлена, что слухи еще не пошли. Вспоминая, как у нас в деревне они расходились, это сильно радует.
Половина дня проходит в спокойствии. Университет мне нравится, преподаватели и студенты тоже весьма сносные. У меня есть только одна проблема…
— Стой, да стой ты… Какая шустрая, — я снова слышу голос одного из этих самых коршунов, и замираю.
— Что?
— Ничё ты такая. Симпотная. Откуда будешь?
— Тебе всё скажи, — пытаюсь обойти я его со стороны, но он не пропускает. Плечистый, зараза. Прямо как мой нынешний братец.
— Да не убегай ты. Меня Сёма зовут.
— М… Жаль, что мне всё равно, — улыбчиво отвечаю и всё-таки ухожу, а сзади слышу гогот его друзей. Идиоты.
Кое-как досиживаю до конца последней пары. За мной должна подъехать машина, и когда выхожу из универа, они пасут меня всей своей шайкой-лейкой на крыльце. Только вот на этот раз… Там снова… Он.
Прохожу мимо, словно мы не знакомы, и спускаюсь по лестнице, когда ко мне вновь лезет тот самый Семён.
— Эй, красотка… Мы не с того начали, — он нагло хватает меня за локоть.
— Ромахин! — выпаливает Дамир, так громко, что я на автомате вздрагиваю. — Руки от неё убрал. Это сеструха моя. Нельзя никому трогать. Всех, блядь, касается. — он смотрит на всю эту толпу, и они тут же перестают ржать, отступая. Ну надо же… Какая честность.
— Чё встала? Топай давай к машине, — цедит он, спускаясь ко мне, и я скрещиваю на груди руки.
— Я не просила тебя заступаться, и ты мне не указ, братик.