Измена в 45. Я болею тобой

Пока охрана идёт, незнакомка продолжает сыпать гадостями.
– Отпусти его. Ты Денису давно не нужна. Как не поймёшь? Он с тобой только из жалости. Если отпустишь по-хорошему, то что-то он тебе оставит. А если нет, будешь пыль глотать на обочине жизни. Сорок пять – не тот возраст, в котором легко устроить личную жизнь. Может, кто-нибудь тебя и подберёт. Любые объедки в цене у голодных дворовых псов. А породистых кобелей разбирают такие дерзкие сучки, как я.
  
В восторге от собственной шутки она веселится, пока два мужика из охраны не входят в кабинет с лёгким коротким стуком.
– Маргарита Сергеевна, вызывали? – говорят почти хором.
– Проводите девушку, она заблудилась слегка.
– Заблудилась? – хихикает наглая блондинка.
– Да и с вещами на выход. Пусть переодевается где-то в другом месте.
– Ну это форменная наглость, – раздувается от возмущения. – Я всем поведаю в сети о сервисе в студии растяжки «Ты идеальна».
Опустив ладони на стол, усмехаюсь.
– Если планируешь прибрать студию к рукам, тогда стоит быть аккуратнее с отзывами. Тебе же потом с негативом разбираться.
– Ой, – отмахивается, – как выложу, так и уберу.
– А алгоритмы растащат твои слова по всему интернету. Поди прочь, ни единому слову твоему не верю.
– Поди прочь… ахахах, – веселится молоденькая и дерзкая шаболда, вскакивая на ноги. – Поди прочь… ну и выражения. С тебя точно песок сыпется, Маргарита Сергеевна. Сегодня, кстати, мужа не жди, ужин не готовь. У него сегодня будет самое вкусное блюдо на ужин. Моя…
Эта тварь произносит такое пошлое слово, что я невольно вздрагиваю, а охранники отводят взгляды, пытаясь сделать вид, что их тут нет, и даже спотыкаются.
– Не надо парни, я сама, – обходит подошедшую к ней охрану и выскакивает из кабинета.
Вернее, выскальзывает, словно ядовитая кобра в щель.
– Маргарита Сергеевна, – басит охрана, прокашляв смущение. – Мы проконтролируем, чтобы барышня покинула здание.
– Спасибо, Арсений. Будьте так любезны.
– Марк у кабинета пока постоит, чтоб не вернулась.
Я киваю и, дождавшись, когда парни выйдут, падаю в своё любимое белоснежное кресло. Кожа мягко принимает меня в свои объятья.
И закрываю глаза, ощущая, как сильно стучит сердце в груди.
Оно снова начинает сбиваться с ритма, как и раньше.
Денис, как ты мог? Если это всё правда?
Как ответ на мои немые вопросы, сотовый начинает заливаться весёлой мелодией.
Мне на экран смотреть не надо, чтобы понять, что это муж звонит.
 
Глава 3
 
Телефон всё звонит и звонит, и приходится сделать несколько вздохов, чтобы усмирить желание вывалить на Дениса новости про полоумную девицу, утверждающую, что она его любовница, вот прямо сейчас.
Нет, мне хочется видеть его лицо в тот момент, когда я буду спрашивать, а так ли это.
Я точно пойму, врёт он или нет!
На дисплее фото мужа. Денис красивый, статный, подтянутый. Бывший спортсмен, как и я.
Мы с ним погодки, всё делали вместе. И жизнь строили, и бизнес. И семью.
Познакомились в университете, где оба учились на факультете физической культуры. Денис входил в команду по спортивной гребле. Я была увлечена плаванием и мечтала попасть в сборную, чтобы однажды выиграть олимпийское золото. Я работала как проклятая, оттачивала технику, я должна была стать лучшей, должна была приложить максимум усилий для этого. Но случилась беда. Я помню, как однажды, во время интенсивной тренировки, мне стало плохо. Приступ случился прямо в воде. Сердце то колотилось, как проклятое, то замирало. Я думала, что утону. Привычная и знакомая с детства вода, где я чувствовала себя, как рыба, стала засасывающим болотом, из которого я не могла выплыть, как не старалась.
В итоге меня вытащили.
Диагноз стал ударом для меня.
Почему при других обследованиях ничего не находили? Как я все эти годы жила с проблемой и не замечала её?
Земля ушла из-под ног, и, к сожалению, произошедшее стало сигналом, что мои мечты о высоких достижениях в плавании придётся оставить.
После этого инцидента я немного потерялась. Но именно в этот момент Денис стал для меня опорой. Он всегда был рядом, поддерживал меня и вдохновлял на новые свершения. Мы начали встречаться, и вскоре наши отношения переросли в нечто большее. Которое закончилось походом в ЗАСГС под марши Мендельсона. Мы мотались по съёмным квартирам, искали своё место в жизни, и каждый новый день приносил нам радость и вызовы.
Спустя время на свет появились наши мальчики, наши близнецы. Это было что-то с чем-то! К такому жизнь меня не готовила. И без Дениса я бы не справилась. Мы вместе учились быть родителями, и, хотя это было непросто, каждый момент с нашими мальчишками наполнял нашу жизнь смыслом. Сейчас им по семнадцать, они заканчивают школу и готовятся к поступлению в университет.
Мы переехали в Санкт-Петербург, и это решение стало поворотным моментом в нашей жизни.
Денис всегда стремился к большему, и его упорство привело к тому, что он открыл собственную клинику спортивной медицины. Я гордилась им и его достижениями, наблюдая, как он растёт как профессионал и человек. Помогала чем могла. Брала на себя бухгалтерию, хотя ни черта в этом не понимала, но разобралась. Нанимала персонал, хотя явно не кадровик от бога. Да что я только не делала! И швец, и жнец, и на дуде игрец. Крутились, как могли.
Зато, когда пришло время открывать собственный бизнес, я ощущала уверенность. Подготовлена со всех сторон.
Студия растяжки и йоги стала для меня своеобразной отдушиной, куда я вкладываю много сил и времени.
Помогая людям находить гармонию и баланс в их жизни, я постепенно нашла её и в своей.
И до сегодняшнего утра я искренне считала, что в ней всё отлично.
Бог поцеловал меня в темечко.
Ну не сложилось со спортивной карьерой, зато по другим фронтам повезло.
Но нет… Оказывается это не так!
– Ритусик, привет, ты там занята? – чуть ли не кричит Денис в трубку, едва её снимаю.
Он где-то на улице, сигналят машины, видимо, трафик плотный и мужу плохо слышно, вот и орёт.
У него офис на Крестовском офисе, там обычно спокойно, но если день хороший, и все отдыхающие валят в парки, то на дорогах не развернуться.
– Привет, нет… обычные дела.
– Обычные дела… – напевает Денис. – Соскучился жуть. Ритусик, только не бей, а? Звоню, чтобы отпроситься. Я помню, что обещал с тобой вечер провести, но, слушай, я не смогу прийти к ужину. У меня важная встреча. Очень важная. Я уж пытался отвертеться и так, и этак, но не сдвинуть, не передвинуть. Мужики только сегодня могут собраться. А разговор будет очень важный.
Мужики… Точно ли мужики? Или ты поедешь в другое место жрать совершенно другие блюда?
Меня накрывает волной тошноты. Я даже прижимаю ладонь ко рту и с трудом проглатываю ставшей вязкой слюну.
У кого-то под ложечкой сосёт, когда они нервничают. Мои же внутренности сейчас просто сворачиваются в тугой морской узел. Ужасное состояние. Нечто подобное ощущала, когда доктора сообщали мне мой диагноз, и я пыталась принять реальность, что со спортивной карьерой всё: покончено. Неужели и с семейной жизнью тоже всё?
Нет, эту реальность я отказываюсь принимать!
Когда лежишь на больничной койке под тонкой простынёй и чувствуешь, как нервно и неровно колотиться твоё сердце – это одно. А когда к тебе на порог являются наглые девицы, утверждающие, что твой муж тебя не любит – тут совершенно другие ощущения приходят.
Но я знаю, что жизнь порой противоречива и непредсказуема. В себе-то нельзя на сто процентов быть уверенной, а тут хоть и не чужой, но всё же человек. Нет святых и безгрешных, хотя очень хочется думать, что я двадцать пять лет не прожила с подлецом.
  
Я ёрзаю на кресле и вздыхаю… Думаю, что ему на это ответить.
– Ну вот, – канючу я чуть шутливо, – а я так надеялась провести вечер с любимым мужем.
Мне просто надо увидеть твои глаза, милый, и я всё пойму, когда скажу, кто ко мне приходил сегодня в студию, да? Твои эмоции я умею считывать. Не скроешь!