Вечно голодный студент 4 (СИ)

— Да, — коротко ответила она. — Жаль некоторые платья…
— Хе-хе, — посмеялся я. — Ничего, будут новые.
— Итак, — произнёс Проф.
— Сейчас… — ответила Лапша и вытащила из кармана джинсов телефон.
Текст уже заблаговременно набран, поэтому она лишь нажала «Отправить» в чате.
Сразу же беру со стола телефон и начинаю читать. Мне крайне интересно, что даёт новое усиление…
  
— ' Апексная нейротоксическая фибропротеиновая матрица '
Описание: высшая эволюция с адаптивным фибропротеиновым композитом с контролируемой химической модификацией, позволяющей изменять состав паутины для достижения различных свойств: инертность, адгезивность, токсичность или прочность. Полный иммунитет к собственным токсинам, с возможностью временного усиления физических параметров через контролируемые инъекции. Произведена модернизация зрительных и слуховых органов, мышечных тканей, нервных волокон, а также пищеварительной системы.
Режимы:
Пассивный: Выработка нейтральной паутины для базовой защиты. Автоматическая регенерация состава.
Активный: Направленный выброс, с предварительной модификацией, на дистанцию до 92 метров.
Комбинированный: Высококонцентрированный состав. Дистанция — до 49 метров. Позволяет создавать многослойные структуры или инъекции для самоусиления.
Эффект:
+3 к «Ловкости», +3 к «Силе», +3 к «Выносливости» и +3 к «Экстракции энергии».
Стойкость: в зависимости от выбранной вариации, стойкость нейротоксинового секрета варьируется от 93 до 169 часов в условиях открытой местности, при стандартной температуре. Активность токсина снижается со временем — в замкнутых пространствах, без прямых солнечных лучей, снижение активности замедляется.
Дополнительно: Модификация состава позволяет нейтрализовать паутину для безопасного использования или усилить токсичность до уровня высокой летальности. Самоинъекции токсина предоставляют временное усиление — повышение регенерации на 90–130%.
Расход:
Активный: 973 килокалорий за активацию.
Комбинированный: 30 килокалорий в минуту.
Примечание: порог развития характеристик повышен до 15.
— Ох… — протянул я, пребывая под сильным впечатлением.
Лапша, тем временем, начала вносить изменения в таблицу своих характеристик.
А изменения там существенные, потому что по три единицы к «Ловкости», «Силе», «Выносливости» и «Экстракции энергии» — это очень существенно.
Спустя несколько минут она опубликовала корректировки.
— Ебутся утки вторые сутки… — прошептал Фазан. — Ебутся раки в свои сраки…
— Товарищи, должен сказать, что это кардинальное изменение боевых раскладов, — сообщил всем нам Проф, также пребывающий под влиянием лёгкого ахуя, как и остальные. — Нам нужно будет испытать всё это в ближайшее время. Лапша, ты готова?
— Конечно, — ответила она.
— Тогда все на стрельбище, — резко встал Щека из-за стола. — И чтобы к обеду фотографии Человека-Паука были у меня на столе!!!
Лапша посмотрела на него тяжёлым взглядом, от которого он поёжился.
— Это просто прикол… — произнёс он. — Думал, будет к месту…
Спускаемся в лобби, а оттуда в ускоренном темпе идём к стрельбищу, где проходит очередная тренировка ополченцев по обращению с огнестрельным оружием.
— … и чтобы завтра, на занятии, всё было ебать-копать не перекопать! — вещал назидательным тоном майор Берикболов. — Каждый должен знать правила обращения с ручными гранатами Ф-1 — завтра будем проводить экзамен! Не пройдёте его — нехуй вам делать в доблестном и краснознамённом ополчении «Фронтира»! Но послезавтра мы начнём заниматься моим любимым делом — строевой подготовкой!
Кто-то из ополченцев захотел что-то сказать.
— Молчать! Не двигаться! — рявкнул майор Берикболов, а затем увидел нас. — СМИРНА!!!
Это он так отреагировал на появление Профа, который, в нашей иерархии, является верховным главнокомандующим.
— Здравствуйте, бойцы! — приветствовал Проф ополченцев.
— Здравия желаем, товарищ командующий!!! — в один голос ответили ополченцы.
— Вольно, — кивнул Проф.
— Вольно! — скомандовал майор Берикболов.
Ополченцы расслабились.
— Мы займём стрельбище примерно на тридцать минут, — сказал Проф.
— Конечно! — улыбнулся майор. — Занятие почти закончилось.
— Продолжайте, — кивнул ему Проф и повёл нас на стрельбище.
Лапша вышла на огневой рубеж и вытянула вперёд правую руку.
— Мне начинать? — спросила она.
— Огонь по команде, — ответил Проф и достал телефон. — Так… Дистанция — девяносто метров. Огонь!
Лапша выпустила паутину и попала точно в центр мишени. Паутина прилипла к бумаге, а затем скрепки не выдержали и мишень упала в траву.
— Хм… — погладил Проф подбородок. — А ну-ка, возьми АК.
Лапша вооружилась АК-74М и взяла его наизготовку.
— Двести метров, три мишени, одиночными — огонь, — приказал Проф.
Лапша сделала три выстрела и я зафиксировал, с помощью ИК-зрения, что точность попаданий очень высока. В районе девяток-десяток. До этого у неё не было выдающихся стрелковых навыков, но я думаю, это сказывается повышение «Ловкости».
— Я могу лучше, — сказал Щека.
— Конечно, блин, можешь, — ответил я на это. — Но раньше Лапша стреляла хуже.
— Полагаю, органические изменения тоже влияют, — произнёс пребывающий в задумчивости Ронин. — А что с составом паутины?
— Я могу на ходу видоизменять его, — ответила Лапша. — Даже есть возможность сделать её не липкой и не токсичной.
— А зачем? — уточнил Фазан.
— Много зачем, — пожала плечами Лапша. — Наверное, можно делать нелетальные ловушки или преграды.
— Ну-ка, выдели нам пару метров паутины, пожалуйста, — попросил Проф.
Лапша прикрыла глаза, а затем из её правого запястья начала быстро выделяться паутина, имеющая матовый серый цвет, без характерного блеска.
— А это точно неопасно? — уточнил Ронин.
— Да, — уверенно заявила Лапша.
Я посмотрел на паутину через УФ-зрение и отметил для себя, что на ней нет такой же радужной палитры, какая была раньше. Похоже, что в ней не содержится токсичного секрета. Рискую и беру паутину рукой.
— Ноль эффекта, — сообщил я всем. — Похоже, что можно брать и использовать.
— Проверь её прочностные характеристики, — сказал Проф.
Наматываю паутину на пальцы — вообще не липкая. Вооружаюсь бытовым ножом и пробую разрезать паутину, но у меня ничего не получается.
— Ничего, — вздохнул я, а затем прошёл к столу. — Сейчас попробую разрезать её на опоре…
Но тут тоже никакого особого эффекта, потому что паутина слишком прочна.
— Фазан, нужно проверить её на разрыв, — приказал Проф. — У нас есть инструменты для этого?
— Конечно! — ответил Фазан. — Надо в мастерскую!
— Идём, — кивнул Проф.
Идём в отель и спускаемся в подвал, известное логово Фазана и группы наших инженеров и ремонтников.
— Мне нужен ещё метр паутины, — сказал Фазан.
— Держи, — выделила Лапша новую нить.
Фазан закрепил один конец паутины на специальном зажиме, а к другому привязал пыльную 16-килограммовую гирю, лежавшую до этого в углу. Он отпустил гирю и та повисла на паутине.
— Несерьёзный вес, — сказал Щека.
— Не проблема, — улыбнулся Фазан и повязал на паутину ещё одну 16-килограммовую гирю.
Но изменений вообще никаких, поэтому он закрепил на паутине 32-килограммовую гирю, вдобавок к двум предыдущим, но тоже без особого эффекта.
  
— Ещё одну надо, — решил Фазан и присовокупил к весу ещё одну 32-килограммовую гирю. — Надо же, девяносто шесть кило, а нити хоть бы хны! Удивительно, блядь! Ну, ничего, есть у меня ещё гири…
Он сбегал в подсобку и приволок ещё четыре 32-килограммовые гири.