Призрачный свет (СИ)
Асана это узнала. Ее силы пошли вразнос. Потому что она чувствовала, как в груди растет шар огня. Если ее кто-нибудь увидит, и поймет, что она огненный маг… Ей житья не будет. Приставят учителя-надсмотрщика и будут фиксировать каждый шаг. А после выпуска из Академии — работа на благо королевства Паирата. До конца жизни. А жизнь мага дооолгая. Вон, даже смотритель Гримм был очевидцем Смуты, а она произошла более четырехсот лет назад.
Асана чихнула. Лоб покрыла испарина. Озноба не было, только волны жара сменяли друг друга. Жар в руках. Жар в руках. Потом в теле. И снова в руках.
На чердак нельзя. Если его снесет огненным выплеском, ей потом будет негде жить. А она вроде как почти обустроилась.
Мусорная шахта. Та яма, в которую ее выбросила принцесса Катания. Недалеко находится отсюда. Асана пошла в ту сторону быстрым шагом. Странно все-таки. Академия настолько огромна, что сотни студентов могут иногда блуждать в ее коридорах и залах и никого не встретить. У нее так обычно и бывало. Но она и предпочитала малолюдные места. Мысли стали резкими и рваными. Скоро начнется откат. Асана помнила, что такое было два раза. И ни первый, ни второй она не забудет до конца жизни. Потому что с того первого момента и началась ее жизнь здесь, с того выброса сырой магии, превратившей в пепел стаю нооров.
Она свернула в неосвещенный закуток. Прошла несколько метров. Вышла в чуть более светлый зал. И пока она шла, факелы в зале ярков вспыхивали, загораясь жгучим огнем. Сразу все факелы осветили нутро мусорной ямы. Асана почти в беспамятстве, мало что соображая, достала из сумочки на корсете веревку. Эльфийская, прочная. И длинная. Привязала ее к полуразрушенной временем колонне. И начала спускаться вниз, перебирая руками и отталкиваясь ногами от стен, раскачиваясь. И дышала очень медленно. Очень. Воздух через нос выходил жаркий, как само дыхание дракона.
Асана спустилась на дно. Прошла немного. Катакомбы без начала и конца. Говорят, сделаны древними зодчими. Очень прочные.
Асана шла и шла. Шаги ее горели, оставляя огненные следы. Изо рта шел огненный пар. Мусорники словно поняли, что сейчас грядет нечто страшное, и резво ушуршали по стенам далеко-далеко.
Асана вышла в темный зал. Колонны справа и слева. Потолок теряется в вышине. Ниши в стенах.
Девушка шла и шла, чувствуя, что сама становится факелом. Жар и огонь ее распирал, зрея внутри, стремясь единым всплеском вырваться наружу.
Пора остановиться. Она упала на колени и раскинула руки в стороны, освобождая свой огонь.
Из ее груди вырвался столп огня. Он расширился во все стороны, языки пламени жадно лизали камень. А сама девушка стала живым факелом — огонь исходил из всех пор кожи, не сжигая, однако волосы и одежду.
Огонь озарил весь огромный зал, до последнего камешка.
Асана стояла на коленях недалеко от входа в зал, хотя казалось, что она прошла порядочно. Огонь из нее изливался во все стороны, доставая даже до высоченного потолка. Зажег все факелы, что неведомо сколько сотен лет ждали этого. И озарил огромную морду дракона далеко перед ней.
Асана бездумно смотрела на него. Крылья широко раскрыты. Четыре лапы. Чешуйки выточены до мельчайших деталей. Оскаленная морда с жуткими клыками. И черные глаза с желтым вертикальным зрачком.
Огонь начал стихать. Асана начала дышать. Сначала через раз носом. Потом ртом, мелко, сквозь жар.
Огонь внутри нее угас, но факелы остались гореть. Морда дракона стала менее свирепой. Асана поднялась с колен и прошла вперед. Она уже ходила по этому залу. Ее вел шепот. Просто до дракона они не дошли, свернули раньше.
Асана шла. Дракон становился все ближе, и, одновременно, огромней.
Драконы исчезли очень давно, еще до Раскола. Да они бы его и не пережили, наверно.
Все началось с изгнания Неблагого бога. Драконов восстание против последнего оставшегося на Виарене бога подкосило. И пусть он был зол и жесток, но он был богом, который остался, не бросил. Правда, творил он жуткие вещи, и живущие гибли по его вине целыми городами. Драконы долго решались на помощь людям. Но решились, поняв, что нужно сберечь людей, которых поручили им оберегать Ушедшие боги. И помогли изгнать Неблагого.
Но сами драконы начали чахнуть и угасать. Некоторые историки полагали, что дело не в этической проблеме предательства бога драконами, которого они не смогли пережить. Дело в том, что с его изгнанием на Виарену перестала поступать божественная эманация, которая и давала драконам жизнь. Лишившись ее, драконы постепенно угасали как род. Потихоньку они вымерли. Вот и все.
Асане всегда было безумно жаль драконов. Она так хотела их повидать. Хоть разочек. Но вот что-то не складывалось. Самым главным было то, что они вымерли задолго до ее появления на Виарене. Потом она увидела чудесную реликвию из древних времен, но вот незадача, скорлупа дракона треснула. А теперь и взрослый дракон оказался мертвым камнем.
Асана потрогала его морду. Жуткий длинный клык с ее ростом. Заглянула в неподвижный немигающий глаз. Поднялась на постамент и провела рукой по его шкуре. Каменная, шершавая. Великолепная работа неизвестного скульптора. Настоящий дракон в натуральном виде. Говорят, некоторые были еще огромней. Те, что были из рода королевских драконов. Но они погибли первыми, изгоняя Неблагого, и никого из них не осталось.
Асана ощущала себя отстраненной от всего. Куда-то идти, что-то делать — это все уже не надо. Она там, где должна быть. Прошла статую до кончика хвоста. Он оканчивался тяжелой шишкой, скрытой в шипах. Оглядела хвост, продолжила взгляд наверх, туда, где начинались позвоночные гребни. И пошла по хвосту, поднимаясь. Гребни оканчивались шипами, острыми и грозными даже сейчас, каменными. А вот и выемка, куда мог сесть всадник. Иногда драконы так возили людей-друзей, рассказывали легенды. Асана уселась между гребнями. Справа и слева были наросты, за которые можно держаться при полете. Полет. То, о чем она всегда мечтала.
Она прикрыла глаза, представив себе бескрайнее небо. Сиренево-белые облака. Серые высокие грозовые тучи, никогда не опускавшиеся ниже. И двуцветные лучи солнц. А еще ветер, что не просто легко овевает кожу, а яростно дует, стараясь прорваться через защитное заклинание как раз на такой случай. Асана улыбнулась и открыла глаза. Жаль, что эти мечты так и останутся мечтами.
Потому что даже если этот дракон вдруг оживет, то он не сможет подняться в воздух. Магические линии стали другими, для людей, а не для драконов. И магия для них слишком легкая и ненасыщенная. И сила тяжести изменилась, так писали именитые драконоведы, Асана читала в детстве. Её фантазии навсегда останутся фантазиями.
Девушка сползла с дракона. Снова погладила его морду. Провела рукой по гладкому клыку. И отвернулась, пошла прочь. Веревка осталась на месте, наверх она быстро попадет. Теперь безопасно, лишний огонь ушел.
Выбравшись из темной ямы, Асана сначала аккуратно смотала веревку и поместила обратно в лепесток розы на корсете. А потом посмотрела на часы. Ужин почти прошел. Вот это да, неужели огонь сжигал ее несколько часов? Невероятно. Но есть ей не хотелось. Огонь напитал все оболочки, давая энергии достаточно, чтобы прожить без еды несколько дней.
После того второго огненного выброса Асана не ела три дня. И там тоже было сильнейшее потрясение. Тогда она и узнала, насколько силен ее огонь, и поняла, что надо учиться его контролировать. Слава всем богам, гномы, очевидцы всего этого, ее не выдали. Да у них бы язык не повернулся рассказать о ней чужаку. Ведь она тогда спасла почти всех гномьих детей клана Элемос.
Асана направилась в библиотеку. Рабочий вечер начинается. Кстати, припомнилось ей, сегодня восьмой день недели, а значит, последний рабочий. Потом два дня она может не приходить на работу. Эмоции возвращались. Состояние отрешенности проходило.
Обычно Асана издали видела магистра Сирша. Он или общался с важными преподавателями, или что-то объяснял молодым студентам где-то вдалеке. Иногда вообще сидел в своем кабинете. Асана обычно приветственно кивала ему издали, если видела. А магистр в ответ поднимал ладонь с прямыми пальцами, здороваясь.