Призрачный свет (СИ)

Асана сама поразилась, с какой быстротой опустошила учебную сумку и покидала туда тетради. В музей очень хотелось. После этого можно наведаться в библиотеку.
И вот, стоит она перед створками дверей. И только теперь задумалась, вдруг тут пускают по пропускам? Ладно, надо войти, чтобы узнать. И она чуть повела пальцами в магическом жесте бесшумного открытия дверей. И вошла.
Внутри места оказалось даже больше, чем думалось Асане при первом взгляде. Входной зал был круглым. Из него шли три широких коридора. А в зале на подставках было выложено разное оружие. Мечи, сабли, луки и арбалеты. Латы древних рыцарей. Тяжелые. Сейчас такой металл мало где используется, гномы давно придумали более легкий и плавкий сплав.
На пюпитре лежал закрытый старый гримуар. Асана подошла поближе и прочитала название. Кодекс Рый. Содрогнулась про себя. Этот кодекс еще ужасней, чем Кодекс Парвитара, что читала Синтия после экзамена. Она решилась дотронуться до него. Какую силу он скрывает? Хотя бы ощутить… Но рука прошла сквозь обложку и страницы. Настоящим оказался только сам пюпитр, шершавый и холодный, как камень, из которого сделан.
— Юная нии, это иллюзия, — зачем-то пояснил старческий голос, будто девушка сама уже это не уяснила.
— Да, я вижу, — неловко отозвалась она, обернувшись. Вот ведь, застали на месте преступления, неудобно как.
Смотритель музея был стар. Даже не так. Он был ходячей древностью. Худой, прямой как жердь. Длинные седые волосы заплетены в аккуратную косу. Борода длиной до колен и сцеплена гномьими зажимами. Глаза так глубоко запали, что их и не видно, и вообще все лицо казалось скрытым в глубоких морщинах. Одет в темно синюю мантию с широкими рукавами, по краю подола расшитую золотыми и серебряными нитями.
— А почему это иллюзия? И я думала, что все книги находятся в библиотеке.
— Этот старый змей не доберется до Кодекса Рыя, — гневно всплеснул тощими скрюченными руками смотритель, — пока я жив! Нечего уникальному артефакту, ответственному за уклад нашей жизни, прозябать под замком!
А иллюзия оттого, что каждый норовит потрогать гримуар, — уже более спокойно пояснил старик, — А если каждый будет трогать мощную магическую книгу, отдача замучает. Это же древний артефакт, а не просто книга.
— О, я поняла, — устыдилась своего нелепого желания Асана, и представилась, — Я Асана.
— Смотритель Гримм, — церемонно поклонился ей старик, глядя в глаза. Асана поклонилась в ответ.
— А что тут самое интересное? — спросила Асана, чтобы скрыть неловкое молчание. Вот возьмет и скажет, что в музее интересно все.
Но вместо ответа смотритель Гримм поманил ее рукой, а сам отправился в центральный коридор. Коридор продолжился метров на 20, и стены его были увешаны картинами. Асана потрясенно узнала оригинал «Море», художника Гре Потиссана. А вот «Девушка в цветах» кисти Малии де Эрса, опальной принцессы прошлого столетия. Коридор закончился большим залом с куполообразным потолком.
Смотритель плыл не спеша. Асана чуть отстала и постаралась увидеть его ноги под подолом мантии. Не удалось. Казалось, он летит над плиткой пола. Плитка, кстати, тоже хороша. Асана даже ахнула, присмотревшись внимательней. Настоящая эльфийская работа! В плитках жило лето — зеленая трава колыхалась под легким ветерком, распускались яркие цветы, сияли солнечные желтые и рыжие лучи.
— Вот что тут самое интересное, — отвлек ее голос смотрителя. Асана подняла глаза с пола, — По-моему субъективному мнению, разумеется.
Перед Асаной на подставке лежало огромное яйцо. Пыльного красного цвета, с серебристыми прожилками-молниями. В длину оно было почти метр.
— Драконье? — почему-то шепотом уточнила девушка, подойдя поближе. Она осмотрела его со всех сторон, и печально констатировала — мертвое.
— Одно из нескольких, найденных при раскопках руин Закополя в пустыне Лисса. Это самое целое.
Асана видела страшную дыру на боку яйца. Из этой дыры ушла жизнь маленького дракона. Если бы он родился как положено, яйцо распалось бы на мелкие-мелкие части, а потом рассыпалось в пыль. Эту пыль тут же подхватил бы ветер, и рассеял по миру. Так рождалась божественная магия во времена драконов. Оттого и маги были сильнее. Ведь они вдыхали настоящую силу драконов, в жилах которых текла сама изначальная магия.
 
— Его можно потрогать? — заколебалась Асана. Драконья скорлупа! Настоящая! А ведь драконов нет на Виарене уже много тысяч лет!
— Можно, — милостиво кивнул-разрешил смотритель.
Асана благоговейно прикоснулась к шероховатой поверхности. Шершавая, словно покрытая миллионами микроскопических чешуек. Она чуть мерцала в свете магических светильников.
Асана наклонилась, чтобы рассмотреть их поближе, задержала дыхание, чтобы ничего не нарушить. И в этот момент снова сработало ее странное свойство. Как только кислород перестал поступать в организм, перед Асаной развернулось яркое видение — сумрачные горы, полуголый мужчина, что стоит спиной к ней, и легко держит огромный двуручный меч, золотая яма в черной пещере, отчаяние. И маленький младенец в этой яме открыл полностью черные глаза, секундой позже в них прорезался желтый кошачий зрачок.
Видение заняло секунду, потом Асана выдохнула воздух… И скорлупа под растерянным взором девушки и отчаянным — смотрителя — беззвучно осыпалась на мягкий алый бархат. Асана чихнула от неожиданности и пыль разлетелась по всему залу, как от сильнейшего порыва ветра.
— О, нет, — смотритель выглядел страшно. Мечту его жизни на глазах разрушила поганка-первокурсница. Драконья пыль кружилась, припорашивая его золотым снегом.
— Простите, я не хотела…Я не знала…, - Асана попятилась от разгневанного смотрителя. А тот гневно наступал на нее.
— Ты знаешь, сколько лет этому яйцу? Тысячи лет! А знаешь, сколько лет оно находилось в музее? Я лично сберег его во время Смуты, и все напрасно?!
Ох, напрасно он вдохнул драконью пыль… Смотритель сам расчихался, а Асана решила убраться отсюда, пока жива.
Она выбежала в коридор и прошла мимо величайших картин в истории, почти не глядя на них. Было немного горько, что она разрушила тут так много. И драконье яйцо (это надо умудриться!), и хорошее отношение к ней смотрителя Гримма (а старику и так трудно угодить, похоже), и будущие посещения музея, чтобы насладиться прекрасными вещами древности, которые всегда ее завораживали.
Асана вышла из коридора, и растерялась. Она оказалась в круглом зале, как входной, но это был не он. Похоже, она побежала не в тот коридор. А где тот? Девушку объяла паника. Куда идти? В голове зажглась картинка выходов. Так, есть тайный ход, даже два, но второй вычернен сплошной линией. Наверное, это плохо. Асана побежала туда через зал. Глаза все равно старались обхватить побольше древностей, чтобы полюбоваться. И тут она резко затормозила в беге.
Вот оно. Вот что тянуло ее сюда. Самая драгоценная вещь на свете. И только для нее.
Асана смотрела на осколок родового артефакта, что лежал на бархатной синей подушечке, окруженный другими вещами, малозначимыми для девушки. Один из 13 частей. И он скрыт тут у всех на виду. Девушка выдохнула. Она еще вернется за ним. И побежала дальше в коридор. И странно, он оказался тем самым входным залом. Асана жестом открыла двери и выбежала из музея.
Почему ее карта показала главный выход как тайный ход? Это было необъяснимо.
Асана в растерянности огляделась. Она оказалась в каком-то боковом коридоре, и он точно был не тем, через который она вошла в музей. Что за ерунда творится. Она чихнула. И ее чих вытолкнул из легких невесомую драконью пыль, что она вдохнула, пока чихала в зале музея.
Неучтенная магическая составляющая всегда, абсолютно всегда меняет природу магических сил любого мага. Первое правило в учебнике ученика мага. Там был четко прописан запрет на подобные эксперименты без присмотра взрослых магов, и до достижения магом совершеннолетия в 25 лет. То есть не пить чужую кровь другой расы, не есть волшебные грибы люми, не связываться с единорогами. Потому что все это внутри мага становится новой магической субстанцией, которая еще неизвестно как уживется с магическими венами мага. То есть — до полного совершеннолетия в 25 лет, магам не рекомендуется менять свою силу. Ибо в молодом неустойчивом организме это чревато последствиями, знаете ли.