Жаждущий мести (ЛП)

Она качает головой, и в ее глазах мелькает боль, когда она садится на корточки.
— Думаю, еда была слишком жирной, а шампанское только усугубило ситуацию. Я ела только вареный рис, чтобы похудеть.
Я спускаю воду в туалете, после чего поднимаю ее на руки.
Неся ее в спальню, я стискиваю челюсти, потому что уже знаю ответ, когда спрашиваю:
— Только вареный рис?
Юки кивает, а потом ее голова мягко опускается на мое плечо, когда она шепчет:
  
— Прости.
— Прекрати извиняться за все, — говорю я резким тоном из-за нарастающего в груди гнева.
— Мне нужно помыть посуду, — сонно бормочет она.
— У нас есть посудомоечная машина. — Я стараюсь говорить мягче. — Я хочу, чтобы ты отдохнула. Твоему желудку нужно успокоиться.
Когда я опускаю ее на кровать, ее взгляд скользит по моему лицу, а затем она спрашивает:
— Ты не злишься на меня?
— Конечно, нет. — Заметив, что платье сильно задралось, я хватаю одеяло и быстро накрываю им ее ноги. — Постарайся немного отдохнуть.
Юки не отрывает от меня взгляда, поэтому я присаживаюсь на край кровати. Не в силах устоять перед желанием, я нежно глажу ее по волосам, как это всегда делает мама, когда мы болеем.
Продолжая гладить ее по волосам, я замечаю, как ее глаза начинают блестеть от непролитых слез.
— Все будет хорошо, — говорю я, пытаясь успокоить ее. — Завтра моя мама отвезет тебя в магазин и купит все, что нужно. Выбери одежду и обувь, в которых тебе будет удобно.
— Я привыкла носить мужскую одежду, — тихо признается она.
— Если ты хочешь носить именно такую одежду, я не против. А пока можешь наденешь что-нибудь из моей одежды?
Она быстро качает головой.
— Спасибо за предложение, но ты вдвое больше меня. Мне ничего не подойдет.
Желая узнать ее получше, я спрашиваю:
— Как долго ты притворялась мужчиной?
— С тех пор, как нас с братом разлучили. Мне было одиннадцать.
Я выгибаю бровь.
— Почему ты притворялась своим братом? И где он?
Юки мгновенно замолкает и отводит взгляд.
По крайней мере, мне удалось немного поговорить с ней, и она перестала извиняться.
Я встаю и, выйдя из комнаты, направляюсь обратно на кухню.
Увидев тарелку с едой, я на мгновение задерживаю на ней взгляд и, моля Бога, чтобы она не была отравлена, разогреваю ее в микроволновке, после чего сажусь за стол.
Ну, попробуем.
Я отрезаю кусочек стейка и отправляю в рот. Несмотря на то, что мне пришлось разогреть еду, стейк получился сочным и идеально приготовленным.
Наслаждаясь едой, приготовленной Юки, я беспокоюсь о ее здоровье. Никто не сможет нормально жить, питаясь одним рисом.
Достав телефон, я звоню доктору Милаццо.
— Да, мистер Витале. Чем могу помочь?
— У моей жены проблемы. Последние три месяца она питалась только вареным рисом. Это ведь вредно для здоровья, да?
— Боже, конечно вредно! — Его обеспокоенный тон заставляет меня содрогнуться. — Вы должны отвезти ее в больницу, или, если это невозможно, я могу приехать. Вы дома?
— Да. Захватите с собой все, что вам понадобится.
Мы заканчиваем разговор, и, не обращая внимания на недоеденную еду, я выбегаю из кухни и мчусь в комнату Юки.
  
Глава 14
 
Юки
Мне кажется, я наконец-то умираю.
У меня так сильно сводит живот, что я не могу сдержать слез.
Меня мучили такие боли каждый раз, когда я воровала еду во время уроков кулинарии. Но теперь есть хоть одно утешение: Ютаро тут нет, и он не сможет меня ударить.
Услышав шум, я открываю глаза и вижу, как Аугусто быстро подбегает ко мне.
Паника вспыхивает в моей груди, и, инстинктивно реагируя, я перекатываюсь на другую сторону кровати, а затем вскакиваю на ноги.
Я не успеваю далеко уйти, потому что мои ноги подкашиваются.
Нет! Я слишком слаба.
Когда Аугусто обходит кровать, я закрываю лицо правой рукой и умоляю:
— Пожалуйста!
— Господи, Юки, — говорит он, и в его голосе слышится гнев.
Вместо того, чтобы ударить меня, он подхватывает меня на руки.
Не выдержав, я начинаю громко плакать. У меня ужасно болит живот, и мне настолько плохо, что мне становится уже все равно, что Аугусто сделает со мной.
— Сейчас приедет врач. Ш-ш-ш... скоро тебе станет лучше, — бормочет Аугусто.
Он снова укладывает меня на кровать, и, как и раньше, начинает гладить по волосам.
Я пристально смотрю на мужчину, который так сильно сбивает меня с толку, что я не могу предугадать его следующий шаг.
Мне кажется, Аугусто манипулирует мной, и как только я ослаблю бдительность, он нападет. Я ему ни капельки не доверяю и не знаю, что он задумал, но я не поведусь на этот образ хорошего парня.
У него звонит телефон, и, взглянув на экран, он встает и выходит из спальни.
Кстати, о спальне. Мне она очень нравится. Она просторная, а с балкона открывается вид на задний двор, где сейчас царит беспорядок. Похоже, садовник затеял там масштабные изменения, но каков будет результат, пока неизвестно.
Глядя на дверной проем, в моей голове проносятся фрагменты прошедшего дня. Мама Аугусто и Джианна были очень добры ко мне. С Риккардо и двумя их сестрами я провела не так много времени, но их дружелюбные улыбки согрели мое сердце.
После ухода Ютаро никто больше не ругался и не бил меня.
Сегодня я вышла замуж.
От этой мысли меня снова пробирает дрожь.
Отец даже не попрощался со мной. После заключения сделки с Коза Нострой я больше его не видела.
Это не должно так сильно ранить, но ранит.
Жаль, что я не родилась мальчиком. Тогда бы меня не разлучили с Рё.
Аугусто возвращается с другим мужчиной и говорит:
— Это доктор Милаццо. Он позаботится о тебе.
У меня нет сил двигаться, поэтому я просто наблюдаю, как врач измеряет мои жизненные показатели.
В спальню также заходит женщина в сопровождении двух мужчин, которые заносят какие-то странные медицинские принадлежности.
Когда мои глаза начинают закрываться, я вижу, как Аугусто направляется к двери. Перед уходом он бросает на меня обеспокоенный взгляд, и сразу после этого я погружаюсь в сон без сновидений.
Аугусто
Как только мама вбегает в дом, она сразу же направляется ко мне.
Я позвонил ей после того, как доктор Милаццо сказал, что следующие несколько дней будут очень непростыми для Юки. Поскольку она ела на приеме, им придется внимательно следить за ее состоянием и часто брать анализы крови, чтобы контролировать уровень электролитов и предотвратить их быстрое снижение.
Они боятся, что у нее могут случиться припадки или, что еще хуже, чертов сердечный приступ.
Когда мама обнимает меня, мое тело содрогается, и я изо всех сил пытаюсь сдержать гнев и беспокойство.
— Я убью Танаку, — рычу я, отступая назад, потому что сейчас я слишком зол, чтобы ответить на мамины объятия.
— Доктор Милаццо сказал что-нибудь еще? — спрашивает мама, ее лицо искажено беспокойством.
Я качаю головой.
— Я не буду им мешать, чтобы они могли сосредоточиться на Юки.
— Разумно. Я приготовлю нам кофе, пока мы ждем новостей от доктора Милаццо.
Зайдя на кухню, мама бросает взгляд на тарелку с недоеденной едой.
— Это очень вкусно, но из-за всего происходящего у меня пропал аппетит.
— Это понятно.
Пока она готовит кофе, я убираю тарелку и загружаю всю посуду в посудомоечную машину.
— Раз Юки какое-то время не сможет ходить по магазинам, я захватила с собой кое-какую одежду. — На мамином лице мелькает волнение. — Позже я схожу в магазин и куплю ей несколько вещей на первое время.
— Спасибо, мам. — Сократив расстояние между нами, я крепко обнимаю ее. — Прости, что так часто звоню тебе.
  
— Не извиняйся за это! Я хочу быть тебе нужной.
— Ты самая лучшая, — шепчу я, впитывая ее любовь.
— Мы справимся с этим, — она похлопывает меня по спине, а затем возвращается к приготовлению наших напитков.