Эпоха Титана 5 (СИ)

Ольга — лекарь, может быть полезна. Вика… — ничем не полезна. Обычная девушка-маг, но внутри что-то шевельнулось. Человеческая часть, всплыл: вчерашний ужин, тепло семейного стола, благодарность в их глазах. Вика, которая легла рядом ночью, шептала «спасибо, мой спаситель».
Тепло: странное, непривычное.
Я кивнул.
— Заберу их обеих, — сказал коротко. — В одно место, там безопаснее, чем здесь.
  
Есть несколько идей как потом использовать Вику для моего плана с Медведевыми. Только на таких условиях я согласен, мне не нужен бесполезный балласт. Они вернули свой долг артефактом, а нянчиться, я не собираюсь.
Вячеслав посмотрел на меня долго, изучал лицо, глаза, выражение.
— Ты обещаешь? — спросил он хрипло. — Обещаешь, что спасёшь моих девочек? Защитишь их?
— Да, — вылетело само, раньше мысли.
Они мне обязаны и будут полезны — успокоил себя. Василиса и Борис, с ними моя задумка быстрее осуществится. Осталось подготовить девочек к гигантам.
* * *
Через полтора часа трупы исчезли.
Вячеслав позвонил кому-то. Через двадцать минут приехал фургон без опознавательных знаков. Трое мужчин в масках и перчатках молча загрузили тела, вынесли через чёрный ход. Деньги не взяли, видимо, были должны Вячеславу.
Кровь с пола оттёрли специальным составом. Запах пороха выветрили, открыв окна. Мебель расставили обратно, картины повесили. Дыру в стене прикрыли большим гобеленом.
Дом выглядел почти нормально, если не знать, что здесь было, не заметишь. Ольга и Вика собирались в комнате. Я стоял в коридоре, ждал. Крутил в пальцах теперь уже мой артефакт.
Слышал, как Вика плачет за дверью. Ольга утешала её, говорила что-то успокаивающее, но голос тоже дрожал. Они боялись. Через двадцать минут они вышли.
У каждой по два небольших чемодана. Лица бледные, глаза красные от слёз. Ольга держалась чуть лучше, Вика едва, губы дрожали, руки тряслись.
Мы спустились вниз. Родители ждали у двери. Елизавета в дорожном платье, волосы убраны под платок. Вячеслав в пальто, рука перевязана под одеждой. Их вещи уже стояли у выхода — два больших сундука.
Елизавета бросилась к дочерям, обняла обеих разом. Прижала к себе, зарыдала. Плакала навзрыд, не сдерживаясь. Плечи тряслись, слёзы текли по щекам ручьями.
— Мои девочки, — шептала она сквозь слёзы. — Мои маленькие девочки.
Ольга и Вика обнимали её, тоже плакали. Все трое стояли, сжавшись в комок, и рыдали. Вячеслав подошёл, обнял всех троих. Стоял молча, гладил дочерей по головам. Лицо каменное, но глаза влажные.
Я стоял в стороне и ждал. Сколько же слюней с соплями развели. О чём переживать? Сказал же, что защищу, пока они будут на меня работать. Сами сваливают, чего ныть без причинны?
Наконец они разжали объятия, Вячеслав держал дочерей за плечи, смотрел им в глаза.
— Слушайтесь Владимира Николаевича, — сказал он твёрдо. — Он поможет, обещал и я ему верю. Не делайте глупостей. Будьте осторожны. И… — голос дрогнул. — Я вас люблю!
Девушки кивнули. Елизавета прижала их к себе ещё раз, поцеловала в лоб, в щёки.
— Я вас люблю, — прошептала она. — Очень сильно люблю, помните это. Всегда.
Она отступила на шаг, утёрла лицо платком. Меня сейчас стошнит от этой мыльной оперы. Столько эмоций за раз, даже ком в горле уже встал. Ещё парочку минут и я бы им сказал, что думаю по этому поводу.
Вячеслав подошёл ко мне.
— Береги их, — сказал он тихо, но твёрдо. — Ты обещал.
Протянул руку, я пожал её.
— Сдержу, — ответил коротко.
Мы вышли на улицу. Такси уже ждало у калитки, его вызвали заранее, пока они собирались. Другая машина, другой водитель. Мужик средних лет, равнодушное лицо, ему плевать на пассажиров.
Водитель загрузил чемоданы в багажник без слов. Девушки сели на заднее сиденье. Я сел рядом с водителем. Оглянулся назад. Родители стояли на крыльце, смотрели вслед. Елизавета махала рукой, плакала. Вячеслав обнимал её за плечи.
Ольга и Вика смотрели на них через заднее стекло, пока машина не свернула за угол и дом не скрылся из виду.
— Куда? — спросил водитель равнодушно.
Я назвал адрес особняка Быкова. По дороге молчали. Ольга смотрела в окно, лицо напряжённое, губы сжаты. Пыталась держаться, не показывать слабость.
Вика прижималась к сестре, уткнулась лицом ей в плечо. Ольга обнимала её, гладила по волосам.
Я сидел, думал. Быков взбесится. Две девушки-аристократки в его доме. За одной охотятся Вороновы, теперь добавятся Медведевы.
Купец начнёт орать, угрожать, требовать убрать их, но ничего не сделает. Он уже связался с СКА, уже в игре. Бойко и Чешуя используют его как базу для своего агента. Отступать поздно.
Машина свернула в Зелёный пояс. Через двадцать минут остановились у ворот особняка. Я расплатился с водителем, мы вышли.
Охранники у ворот, те же двое, молча пропустили нас. Ветеран кивнул мне, посмотрел на девушек оценивающе. Молодой отвернулся, проверял что-то в блокноте.
Водитель выгрузил чемоданы, уехал. Мы прошли по дорожке к особняку. Девушки шли молча, смотрели по сторонам. Я толкнул дверь, она открылась. Холл пустой, тихо. Только тиканье часов на стене.
— Ждите здесь, — сказал я девушкам.
Они кивнули, остались стоять у входа с чемоданами.
Я пошёл вглубь дома, поднялся на второй этаж. Нашёл кабинет Быкова — дверь приоткрыта, внутри свет. Постучал. Вошёл, не дожидаясь ответа.
Быков сидел за столом, перебирал бумаги. Поднял голову, увидел меня. Лицо напряглось мгновенно.
— Что-то случилось? — спросил настороженно.
— Нужно выделить комнату, — сказал я. — Для двух девушек.
Быков нахмурился.
— Каких девушек? — спросил медленно.
— Нужных в моей работе.
Быков встал из-за стола, подошёл ближе. Посмотрел на меня внимательнее — на кровь, на рану, на одежду.
— Владимир Николаевич, — начал он осторожно, — я понимаю, что вы…— подбирал слова, — особенный человек, но я не могу просто так селить незнакомых людей в моём доме. Кто они?
— Идём, — сказал я. — Покажу.
Мы спустились вниз. Ольга и Вика стояли в холле, ждали. Увидев нас, выпрямились.
Быков остановился в трёх шагах от них. Посмотрел на лица внимательно. Прищурился, вглядываясь. Глаза расширились мгновенно, лицо побледнело.
— Кольцовы? — выдохнул он тихо. — Дочери Вячеслава Кольцова?
Ольга кивнула.
— Да, господин Быков, — ответила она спокойно. — Ольга и Виктория Кольцовы.
Быков повернулся ко мне резко. Лицо из бледного стало красным за секунду.
— Вы… — начал он, голос дрожал. — Вы привели сюда дочерей Кольцова⁈ Вы понимаете, что это значит⁈
— Лучше, чтобы никто не знал, что они здесь, — сказал я спокойно.
— Почему⁈ — голос Быкова сорвался на визг. — Почему вы это сделали⁈ Зачем притащили их сюда⁈
— Потому что.
Быков схватился за голову обеими руками. Дышал тяжело, часто. Лицо покраснело ещё сильнее, вены вздулись на висках.
В появился Прохор. Как тень, я даже не услышал шагов. Он посмотрел на ситуацию, взгляд скользнул по мне, по девушкам, по Быкову.
— Господин, — произнёс он ровно, невозмутимо, — прикажете проводить дам?
Быков повернулся к нему. Открыл рот, закрыл. Выдохнул медленно, пытаясь успокоиться.
— Их ищет побочная ветвь Вороновых, — выпалил я, пока Быков не начал снова орать. — Хотят забрать младшую на обследование. Узнать, как она выздоровела после семи лет паралича.
Быков замер, побледнел мгновенно, краснота сошла за секунду. Лицо стало серым, как пепел.
— Вороновы, — прошептал он. — Побочная ветвь Медведевых?
Он отступил на шаг, схватился за стену для опоры.
— Ты хочешь, чтобы меня разорвали не только Змеевы, но и Медведевы⁈ — заорал он вдруг. — Ты с ума сошёл⁈ Один Великий Род охотится за тобой — мало⁈ Решил добавить второй⁈
  
Я посмотрел на него спокойно.
— Проблем не будет, — сказал ровно.
— НЕ БУДЕТ⁈ — Быков подскочил ко мне и схватил за грудки. — Ты понимаешь, с кем связался⁈ Это не уличные бандиты! Это Великий Род! Они раздавят меня, как насекомое! Мой бизнес, мои связи, моя жизнь…. Всё пойдёт прахом!