Маскарад для двоих

Напряженный взгляд черных глаз остановился на Стефани.
— Так что, видишь, Стефф, в отличие от тебя я избежал мук неизвестности, почему родители назначили Дункана моим опекуном.
Было невозможно не заметить суровости в голосе Джоя, и Стефани не знала, что сказать.
После паузы, которая угрожала длиться вечно, заговорил именно Джой:
— Мне было десять, когда произошел несчастный случай. Я уже был Достаточно взрослым, чтобы понять, что мои родители не были совершенством. Мама не вызывалась дежурить в школьной столовой, а отец наверняка не знал, что такое школьные конкурсы. Сейчас, оглянувшись назад, я понимаю, что их брак не был счастливым. Но не могу сказать, что они оставались вместе исключительно из благородного намерения вырастить меня, как полагается. Их удерживали карьера отца и финансовый успех, ничего больше. В каком-то смысле то, что они умерли вместе, выполняя поручение Портера, было эксцентричным, но вполне подходящим для них способом уйти из жизни. Ирония в том, что лучшее, что они могли для меня сделать, — это как раз использовать меня как средство приблизиться к Дункану. Потому что для меня он оказался лучшим родителем, чем мог стать кто-нибудь из них.
Он повернул голову и поймал взгляд Стефани.
— Истории о том, что наши отцы постоянно соревновались друг с другом, всегда казались мне совершенно правдоподобными просто потому, что я точно знаю, каким человеком был мой отец. Я не знал твоего, так что не могу догадываться о его мотивах. Может, он не хотел, чтобы у моего «был перевес» над ним; может, сделал Дункана твоим крестным по какой-то совершенно искренней причине. Я не знаю. Но я точно знаю, что нам обоим чертовски повезло с Дунканом, Стефф.
Стефани просто улыбнулась — ответа не требовалось.
— А что касается твоего первого вопроса, который, — продолжал Джой, — чисто гипотетический, потому что у меня нет намерения когда-нибудь заводить детей, то — нет, я бы не использовал своих детей для продвижения в карьере. И так же не вступил бы в брак по расчету, чтобы получить повышение. И если бы, — он хмыкнул, — Брэд Кэри придерживался того же мнения, мы бы не оказались в столь затруднительном положении.
Горечи у него в голосе уже не было, и Стефани решила, что пора вернуться к их сегодняшним проблемам.
— Даже если ты прав и Брэд пробудет здесь всего три дня, — сказала она, — как ты сможешь не показываться на курорте? Маллиган все равно настоит на встрече там, где ему удобно.
На лице у Джоя появилось подкупающе мальчишеское выражение.
— Это часть моего плана. Нам просто не повезло, что Кэри не поехал на один из курортов Портера, как делает остальной персонал.
— Может, позвоним Дункану и попросим его проверить, сколько еще Брэд будет здесь? — предложила она.
— Телефоны, по которым можно связаться с материком, только в пентхаусе у Маллигана и в главном здании курорта. Могут подслушать, когда я буду пытаться все объяснить Дункану.
— А мобильник?
— Я пытался, когда просил, чтобы ты сюда приехала. Связь прерывалась каждые несколько секунд, без конца шумовые помехи. Нам повезло, что удалось разобрать хотя бы каждое пятое слово.
— Не так уж и плохо. Я же здесь, не так ли?
Он долго на нее смотрел, потом губы у него резко дернулись.
— Да… Но я отношу это к своему запасу везения на текущий год.
Она выдавила недоверчивый смешок.
— Я серьезно, Стефф.
Сердце забилось сильнее. Она подняла пустую чашку и сделала вид, что пьет. Просто чтобы закрыться от его взгляда. Надо было придумать чем заполнить паузу. Ничего не придумывалось, и она начала искать правдоподобный предлог, чтобы уйти.
— Я закажу завтрак. — Она встала. — Хочешь чего-нибудь особенного?
— Ну-у, это зависит от обстоятельств, — протянул он медленно, очень медленно, пройдясь по ней взглядом снизу вверх, прежде чем поднять глаза к лицу. — Ты спрашиваешь о завтраке или о… чем-то другом?
— О… о завтраке! — проговорила она, запинаясь.
Почему каждое его невинное замечание она воспринимает как намек?
— Раз ты предлагаешь обеспечить меня только завтраком, закажи что-нибудь банальное, например апельсиновый сок, фрукты, кофе и яичницу с беконом.
 
* * *
В дверь постучали, и Джой отложил в сторону документы по сделке, которые пытался изучать. Стефф отправилась открывать и вскоре вкатила в небольшую кухню тележку с завтраком.
— Как раз вовремя! — сказал он, снимая крышку. — Умираю с голода! Что за?.. — От возмущения у него даже перехватило дыхание. Он посмотрел на широко улыбающуюся Стефани — она что, не видела, что лежит на подносе?
— Не слишком радуйся, — предупредил он, — все совершенно сырое!
— Знаю. — Она все еще сияла. — Я так попросила.
— То есть?
— Когда я делала заказ, меня спросили, хочу ли я приготовленный завтрак или сырые продукты. Я сказала…
— Я догадываюсь, что ты сказала, Стефф. Все, что я хочу знать, — это почему?
— Конечно, чтобы я сама могла их приготовить.
— О Боже! — Это была мольба о божественном вмешательстве. Кулинарные эксперименты Стефф были пыткой почище лишения сна.
— Сначала я не могла понять, почему на кухне все есть, — защебетала она. — Но, видно, сэр Фрэнк учитывает пожелание людей, которые рассматривают кулинарию как вид отдыха и, как и я, хотят иметь возможность готовить, пока они здесь.
У него не было ни малейшего сомнения, что Стефф хотела бы везде иметь возможность готовить. Но она не умела этого делать! Может быть, кулинария и была видом отдыха для кого-то, но Джой, как, вероятно, и все иностранные правительства, рассматривал ее усилия как эксперименты с химическим оружием.
— Стефф, думаю, будет лучше, если мы закажем готовый завтрак.
— Почему?
— Э… потому что это будет гораздо легче. И потребует меньше времени, — сказал он, поняв, что нашел козырной аргумент. — Здесь нет посудомоечной машины.
— Не проблема — все отправляется обратно на кухню главного здания, поскольку мытье посуды никто не рассматривает как вид отдыха.
Замечательно! — подумал он. Что бы еще такое придумать?
— Стефф, дорогая… нас ждет впереди много работы. Зачем тебе изображать из себя рабыню и…
— Оставь, пожалуйста! — возмущенно прервала она. — Я не дурочка. Ты думаешь, что я не умею готовить, да? Говори правду! Это так?
Она хочет правды? Она ее получит! Поднимем забрало. Хватит с него притворства! Как будто ее милая улыбка и маленькое сексуальное тельце — достаточная причина, чтобы без конца угождать ей.
— Я не думаю, я знаю.
— Я тебе говорила, что ходила на курсы?
— На скольких уроках ты была?
— Половину семестра.
— На скольких уроках, Стефф?
— Хорошо, на пяти! Я была на пяти уроках, прежде чем уехала в Перт. И если бы не эта дурацкая поездка, я бы почти закончила уровень для начинающих. К твоему сведению, мой учитель сказал, что я многообещающая ученица.
— Так же сказал мой учитель по химии, когда я был в восьмом классе. В десятом я почти полностью взорвал химическую лабораторию! — возразил Джой. — И это после двухлетнего продвинутого курса!
— Ну что ж, если ты такой бестолковый, убирайся с кухни! Вот! — Она толкнула в его сторону тарелку с сырым беконом, двумя яйцами и чем-то, напоминающим замороженные мелкие бобы. — Меня не волнует, будешь ты есть их сырыми, отнесешь в здание курорта или сунешь…
— О, ради Бога, Стефф! Почему ты так помешана на готовке? Это же не преступление, если женщина не умеет готовить. Зачем мучить себя, пытаясь делать то, для чего ты не создана? Откуда эта навязчивая идея доказать, что ты можешь готовить? Думаешь, умение взбивать суфле делает тебя более женственной или привлекательной, чем ты есть…
— Оставь в покое мою женственность! К твоему сведению, я ею более чем довольна! А когда разочаруюсь, то начну изучать статьи по имплантации груди, а не поваренные книги!
—  Что начнешь делать?
— И более того, — она помахала вилкой у него перед носом, чтоб он не сильно зацикливался на ее последнем заявлении, — я не пытаюсь никому ничего доказывать! И меньше всего тебе, Джой Фокс!